— Вот так бы сразу!

Сентябрь... — Мисс Грейнджер, — зашипел под ухом зельевар, — вы ведь не слон, потише ходить не учили? — Простите! — прорычала Гермиона. — Что вы рычите, как Цербер, вы ведь девушка! — издевался мужчина. — Не нравится — заткните уши. — Дома заткну, а сейчас тихо, — Снейп укоризненно глянул на неё. — Профессор, вы боитесь, что я не успею прикрыть вашу задницу? — Нет. Я боюсь, что не успею прикрыть вашу, — язвительно ответил он. — Профессор, мне... — Знаю, знаю, обидно, что я вам не доверяю и всякое такое... — Я могу защитить себя и вас в том числе, — прошептала она, повернув голову, чтобы видеть глаза зельевара. Снейп на мгновение замер, глядя на неё. — Девочка... — совсем ласково прошептал он. Гермиона опешила, не ожидая такого в свой адрес. Где-то в доме раздался смех. — Пойдёмте. Сжимая палочки в руках, они продолжили обследовать дом, возле которого с утра были замечены Пожиратели. — Главное — не попасть в ловушку. — Ловушку? — удивилась гриффиндорка. — Да, ты приходишь, а там их несколько, и, как только начинается драка, появляются ещё Пожиратели, — пояснил мужчина. — Ясно. — Если это ловушка, немедленно дадите мне руку, чтобы мы могли аппарировать, понятно? — Да, сэр. Снейп кивнул, радуясь тому, что она не начала спорить. — На счёт три. — Раз, два... три! — Три! Распахнулась дверь и они моментально оглушили двоих пожирателей. Только зельевар взмахнул палочкой, чтобы проклясть третьего, как раздались хлопки, и появился десяток людей в серебряных масках. — Руку! — крикнул он. Но девушка не успела даже двинуться в сторону Снейпа, как отлетела в другой конец комнаты. Зельевар, зарычав, принялся проклинать пожирателей. — Северус! — крикнула гриффиндорка, проклиная мужчину, который целился в зельевара. — Петрификус Тоталус! Петрификус Тоталус! Петрификус Тоталус! — девушка обезвредила троих, и что- то сильно ударило её наотмашь. — Круцио! — закричал властный голос, и Гермиона рухнула на колени, содрогаясь от боли. Северус, сражаясь с тремя пожирателями, видел, как на девушку направляют непростительное, но ничего не мог поделать. — Авада Кедавра! — «Вот ещё двое, и я помогу ей». — Авада Кедавра! — «Ещё один», — пронеслось в его голове, когда он уворачивался от проклятий. — Круцио! Зельевар и его противник замирают, глядя на девушку и её мучителя. — Круцио! Девушка всхлипывает, но тянется рукой к палочке, стараясь противостоять непростительному заклятию. — Круцио!!! Гермиона поднимается на ноги; трясущейся рукой она поднимает волшебную палочку. Ухмылка медленно сползает с губ пожирателя, стоящего перед ней. — Сектусемпра! Сектусемпра! Сектусемпра! — кричит она, смотря на оседающего на пол истекающего кровью мужчину. Её взгляд переходит на руки. Она вся в крови: одежда, руки, лицо, пол вокруг неё, стены — всё забрызгано. На теле мужчины под её ногами нет ни единого живого места. — Авада Кедавра! — зельевар убивает последнего Пожирателя и подходит к девушке. Гриффиндорка сидит на полу, глядя на свои руки. — Что я наделала... Что я наделала... — шепчет она. — Мисс Грейнджер, — ноль эмоций со стороны девушки, — мисс Грейнджер, Гермиона. — Что я наделала... — Тише, всё хорошо, — мужчина обнимает гриффиндорку и исчезает вместе с ней. Оказавшись на Площади Гриммо, он ведёт её в ванну, открывает теплую воду и в одежде ставит под душ. — Мисс Грейнджер! — Что я наделала... — Гермиона! — рычит зельевар, встряхивая её. Кажется, только сейчас она замечает мужчину возле себя. — Вы в-видели, как я его у-у-убила... Что я наделала... — Вы всё правильно сделали. Вы умница, слышите? — Нет. Вы не поняли, про-профес-ор... — Северус! — не выдержал он. — Просто Северус. — Вы не поняли, Северус... Вместо того, чтобы у-убить, я его Сектусемпрой... И я такой заряд адреналина получила, когда проклинала его. Я становлюсь как они, я наслаждаюсь смертью! Что я наделала?.. — Нет, нет. Посмотрите на меня, — девушка подняла взгляд на лицо зельевара, — он тебя мучил, а ты ему отомстила, понимаешь? Месть свойственна людям. Если бы не это, он убил бы тебя. И действительно, Северус поймал себя на мысли, что, пока он справлялся с теми пожирателями, тот мог запросто убить девушку. — Ты всё правильно сделала. Молодец. Слышишь? Гермиона слабо улыбнулась. — Вы меня хвалите, профессор? — Самое что ни на есть, — усмехнулся он. — Я сейчас закрою шторку, а вы разденетесь и примете душ. Я буду здесь, после дам вам полотенце и мы пойдём вниз, я приготовлю успокоительное. — Лучше какао. — Хорошо. Закрыв шторку, зельевар снял мантию и сел на пол, спиной к ванне. Через пять минут раздался голос девушки. — Эмм, сэр, вы ещё здесь? — Да. — Я всё. — Держите, — он протянул руку с полотенцем за шторку. Замотавшись, она вышла. — Думаю, уместно будет называть друг друга по имени, если нам суждено работать вместе, — предложил зельевар, вытирая вторым полотенцем плечи, шею, руки девушки. — Хорошо... Северус. Мужчина помог ей надеть её банный халат. Гермиона затаила дыхание, глядя в глаза зельевару, когда его рука скользнула под халат и стянула полотенце. — Нельзя ходить в мокром, — объяснил он, — а теперь нас ждёт какао... — И... — И всё, — подытожила Гермиона. — И после этого случая он так к тебе относится? — спросил Гарри. — Да. Думаю, тогда он понял, что я могу за себя постоять. — Ну да. Сопротивляться Круциатусу. Как ты смогла? — После Беллатрикс. Помнишь Малфой-Мэнор? Гарри кивнул. — А зачем профессору в Аптеку? — А, он изготавливает зелья для них. Гарри, а ты уже выбрал домик? — Нет, — улыбнулся парень, понимая, к чему клонит подруга, — и я буду безумно рад, если ты мне в этом поможешь. Гермиона улыбнулась. — Я только переоденусь...

***

Казалось, что день был просто сумасшедший. Но Гермиона и Гарри были абсолютно удовлетворены результатами. — Да, Гарри, вот этот последний дом просто великолепный. Поверь мне, Джинни будет в восторге! — всё не успокаивалась девушка. — Я тебе верю, Гермиона. И полностью согласен. Завтра же буду договариваться с мистером Черчелем по поводу цены. — Явились! Где вас целый день носит? — спросил недовольный Северус Снейп, открывая бутылку вина. На кухне был накрыт ужин на троих. — Хозяин чего-нибудь ещё желает? — поинтересовался Кикимер. Гарри глянул на Снейпа, который, в свою очередь, смотрел на Поттера. — Эм, нет, Кикимер, спасибо, — наконец ответил Гарри. — Мм, Северус, вино. У нас какой-то праздник? Гриффиндорцы помыли руки и сели за стол. — Да, — ответил зельевар, разливая напиток. — Я наконец-то подписал контракт с Европейскими Аптеками. — Поздравляю! — сказал Гарри, поднимая бокал и чокаясь с остальными. — Поздравляю, дорогой! — язвительно-нежно протянула девушка. Снейп с искорками в глазах посмотрел на гриффиндорку. — Спасибо, дорогая! — не менее язвительно протянул он, усмехнувшись. Гарри чуть не подавился, Гермиона залилась смехом, а зельевар как ни в чём не бывало принялся за ужин. — Ну так где вы были?.. Ужин прошёл под рассказы Гарри и Гермионы о всех тех домах, которые они посетили. После девушка отправилась в душ, а мужчины с вином отправились в гостиную. Через полчаса в белом банном халате и с книгой в руке спустилась Гермиона. Устроившись на диванчике, она принялась за чтение. — Я завтра пройдусь по магазинам. Кому-нибудь нужно что-то купить? — поинтересовалась девушка. Гарри помотал головой, а Северус, кажется, был полностью погружён в себя. — Гарри, ты завтра с утра пойдёшь к мистеру Черчелю? — Да. — Хорошо. У нас в пять будет собрание, — пояснила она, — если хочешь, можешь присутствовать. Гарри улыбнулся. — Дорогая, а ты ни о чём не забыла? — раздался баритон зельевара с кресла. — Конечно нет, дорогой, — пролепетала гриффиндорка. — Ну тогда, — Северус поднялся с кресла, — спокойной ночи, мистер Поттер. Спокойной ночи, жена, — обратился он к девушке. — Спокойной ночи, муж, — улыбнулась гриффиндорка и могла поклясться, что слышит, как зельевар смеётся на лестнице. — Эээ, Гермиона, а ты мне ничего не хочешь рассказать? — Ой, Гарри, давай в другой раз. Это слишком длинная история. Я тоже уже пойду спать. Парень взял девушку за руку, когда она проходила мимо него. Гриффиндорка испуганно отдёрнулась. — Гермиона, ты чего? — Не делай так... — Да я просто хотел пожелать тебе спокойной ночи. Девушка глубоко вдохнула. — Прости. Спокойной. Гарри ничего не оставалось делать, кроме как пожать плечами.