Воспоминания демона

Мой Сиэль сидит на диване перед камином в старом поместье в гуще леса. Он положил свою голову мне на плечо и обнял руками колено, прижимая его к груди - другая нога спокойно свисала с дивана. Я сидел приобняв его за плечи одной рукой, а другой держал книгу какого-то современного писателя, я читал ему вслух, пока тот смотрел на мигающее оранжевыми переливами пламя. Я перевёл взгляд на огонь и на миг перестав читать... В зрачках отразились языки пламени и на меня нахлынули воспоминания о том, что было до этого момента... *** Сиэлю уже тридцать лет, он демон и мы всё ещё связанны оковами контракта. За это время он сильно изменился. Его тело стало более сильным и ловким. Он сделал себя выше и теперь макушкой достаёт до моего носа. Синеватые волосы отросли до ключиц, и Сиэль стягивает их на затылке атласной лентой. Его лицо почти не изменилось, только исчезло ощущение хрупкости и невинности детских черт. Он стал ещё более гордым и величественным чем когда был человеком... Его отношение к людям не стало более гуманистическим, презрение и отвращение к человеческому роду стало для молодого демона ещё более выразительным, оно и понятно. Для демона трудно найти в мире людей тех, кого можно за что-то уважать... Хотя... Демоны никого не уважают. Они могут кого-то бояться, признавать чужую силу, но не уважать... Это просто невозможно. Сиэля нельзя обвинить в его ненависти к людям, ведь я тоже их ненавижу. Наши с ним отношения изменились. Незаметно стёрлись рамки господина и слуги. Мы стали кем-то вроде друзей, но, только если это можно так назвать. Мы же демоны, как ни как. Однако... Мы стали подолгу общаться вечерами, ночами, дождливыми днями, целыми сутками. Ведь для нас стёрлись любые рамки времени. Зачем они, если необходимость во сне и еде отпала. Вместо этого, время разделяло настроение Сиэля. Когда оно благосклонно мы общаемся, гуляем, но когда оно плохое, я терпеливо выслушиваю гневные тирады в свой адрес. Да, когда он зол, я не имею права звать его по имени. В последние десятки лет, господин становился всё более раздражительным. Его зрачки часто меняли привычную форму на кошачью, а сапфировый холодный цвет радужки заменял сияющий гневом рубин. Он всё чаще за последние пять лет терял контроль над своей демонической сущностью, но все эти разы он сам справлялся с адским существом внутри. Трижды Сиэль пытался убить меня в порыве ярости. В последний раз у него почти получилось... Мне повезло что он, захваченный сущностью, сумел взять контроль над телом и снова запереть ненадолго адскую тварь. Позже, когда сознание вернулось в тело, я удивился тому, что господин способен на такой контроль, ведь он до сих пор отказывается поглощать души. Однако убивал он с легкостью и беспощадно, но души, что ещё не покинули тело, отдавал мне на расправу или жнецам, если те приходили за душой умершего. Сиэль полностью закончил свою месть десять лет назад. Он убил каждого родственника и наследника тех людей, что когда-то очень давно лишили его чести. Он хладнокровно искоренил много знатных для общества древних, прогнивших изнутри родов. И тогда, осуществив окончательно месть, он хотел отпустить меня. Хотел освободить от оков вечного контракта с молодым неконтролируемым демоном. Я тогда растерялся после услышанного предложения. Господин дал мне неделю на обдумывание решения и разрешил уединиться на это время. Чем я и воспользовался, отправившись в Грецию на гору Олимп. В древнегреческой мифологии Олимп — священная гора, место пребывания богов во главе с Зевсом. На самом деле я не иду туда, что бы навестить олимпийских богов - их там никогда не было, я шел, что бы навестить заточённого там моего домашнего любимца - адскою кошечку Ситри. Она была там заточена, кажется, за двадцать лет до того как я отозвался на зов маленького мальчика. Почему она заточена, а не оставлена у меня дома, в аду? Заточение в горе - было наказанием за то, что она поцапалась с трёхглавым цербером Диредом, при дворе его величества Люцифера. В драке они разнесли половину северной башни дворца. Я тогда очень не хотел наказывать свою лапочку, но Люцифер был в гневе, а потому беспощаден. Он приказал заточить Ситри на сто лет в недрах горы Олимп... Я не навещал её уже пятьдесят лет, она наверняка соскучилась, моя маленькая миленькая Ситри... Через портал я попал прямо из особняка в недра пещеры к адской кошке. Неделю я пробыл с ней в пещере и излагал ей свои мысли. Ситри, как та, что знает меня уже очень и очень давно, посоветовала мне сделать то, что хочу, а не то, что положено делать демонам в такой ситуации и, о хаос(!), мне пришлось признать, что без этого спонтанного молодого демона будет скучно. Однако... Моя дьявольская гордость не желает всю вечность быть на цепи у демона ниже меня рангом. Потому я принял единственное верное решение... По истечению недели я открыл портал, который перенёс меня из пещеры в густой лес вокруг особняка. Этот лес прятал его от любопытных взглядов людей и потому о нём никто не знал. Когда я выходил из густой чащи, заметил гордо стоящего демона-аристократа на пороге своей собственности. Его зрачки были кошачьими, радужка левого глаза - фиолетовой, а правого - красной. Похоже, его сущность снова рвётся наружу, но внешне Сиэль был абсолютно спокоен. Когда взгляд рубиновых глаз встретился с моими - цвета бургундского вина, Сиэль кивнул, разрешая подойти ближе. Что я и сделал. - Что ты решил, Себастьян? Я преклонил колено перед ним в уже давно отработанным жестом. Сиэль стоял неподвижно, гордо выпрямив плечи и в аристократическом благородстве приподняв подбородок. - Господин, - я говорил медленно, чётко проговаривая слова, мне некуда спешить. - Я прошу вас дать мне свободу. Освободить меня, Себастьяна Михаэлиса, от нашего контракта. - Я сделал паузу, набирая в лёгкие воздуха. - И прошу вас после этого исполнить одну мою просьбу, как плату, вместо души. Сиэль перестал стоять неподвижно, его лицо перестало напоминать мраморную статую. Цвет его глаз приобрёл цвет моря - Сиэль смог перебороть сущность. - Себастьян Михаэлис, - ровный тон придавал графу-демону ещё более аристократический вид. Пентаграмма в правом глазу засветилась - это прямой приказ. - Я освобождаю тебя от оков контракта, - мимолётная боль пронзила мою руку и глаз Сиэля. Его пентаграмма издала мигающий тусклый свет и растворилась в ставшей голубой радужке. Маленькая капля крови выступила в углу глаза и скатилась вниз по щеке. Он небрежно вытер её чёрной перчаткой. - И я обещаю исполнение любой твоей просьбы. Я улыбнулся и легко встал с колен. - Сиэль, - я подошел ближе, - Разрешите ли вы мне и дальше жить в этом поместье вместе с вами, до тех пор, пока нам не надоест общество друг друга? - к концу фразы мой голос перешёл на шепот, и одной рукой я приобнял молодого демона за талию шепча в губы. Лицо Сиэля почти не изменилось, только слабо скрываемая улыбка прояснила суровый вид своего хозяина, и цвет глаз снова стал красным. Он приобнял меня руками за шею, чуть приподнимаясь и так же шепотом на ухо, не вырываясь из объятий. - Это новый контракт, Себастьян? - лукавый шепот. - Нет, - я чуть подумал, отодвигаясь и беря его лицо за подбородок, обнял крепче за талию. - Это демонический договор. - И я притянул его губы к своим в поцелуе, что подтверждает мои слова. Он ответил на поцелуй, и я спрятал загоревшийся пламенем ада глаза под плотной пеленой век. Теперь нас ничто не разлучит ещё очень много веков. *** Сиэль оторвался от пламени и поднял на меня вопросительный взгляд. Улыбнувшись ему, я коснулся губами открытого лба на мгновение, обнимая чуть крепче. Он прижался ко мне плотнее, и я продолжил читать на том же месте где закончил... Конец