И явился ты.

Бильбо сидел в главном зале Дейлкладача и накладывал себе еду. Вернувшись из замка Диннок, он успел помыться и отдохнуть, а потом поговорить с Дис и пересказать ей все, что удалось узнать от Торина. Бильбо испытывал зверский аппетит, вызванный страстной ночью с Торином, утомительной дорогой и продолжающимся заживлением раны. По его телу пробежала приятная дрожь, когда он вспомнил прошлую ночь, проведенную в страстных объятиях Торина. Проснувшись утром, они снова долго занимались любовью, позабыв даже про завтрак. Торин и в самом деле справился с хандрой, но на смену ей пришли нетерпение и раздражение от того, что теперь его освобождение зависело не от него, а от других людей. Дело было не в том, что он им не доверял, а в том, что Торин привык во всем полагаться только на свои силы и не мог просто сидеть и ждать. Бильбо был рад, что уехал очень рано и Торин не успел испортить ему настроение своим брюзжанием. – Они нашли Мэг! – объявила Дис, войдя в главный зал. – Ее только что схватили. – Прошу тебя, скажи, что она во всем призналась, – попросил Бильбо. Он отодвинул пустую тарелку и отпил из кружки козьего молока. Дис села рядом и тоже налила себе молока. – Думаешь, она на коленях молила о прощении? – Это было бы неплохо. – Даже слишком хорошо. Энгус сказал, что она потребовала, чтобы ей объяснили, на каком основании ее забирают из дома кузена. – У нее объявился родственник? – Нет. Один бедный дурачок решил, что судьба улыбнулась ему, послав в его дом трех красивых женщин, готовых к любовным играм. Но он понял, что это никакое не счастье, когда в его дверь принялись ломиться рассерженные и вооруженные люди Торина. Энгус рассказал, что этот человек едва не вытолкал женщин почти голышом, но Двалин велел ему дать им возможность забрать свои вещи. Мэг начала ругаться и хотела сбежать, поэтому ей связали руки. Две другие отказываются говорить. - Итак, Мэг здесь и ждет, когда ты применишь к ней свое умение, - резюмировал Бильбо. - Ты тоже будешь допрашивать ее? - Разумеется. Эта женщина стоит у меня, как кость в горле. Я хочу заставить ее признать свою вину не меньше твоего. Она должна ответить за все, что натворила. - Денек предстоит трудный, - усмехнулась Дис. - Эту женщину будет трудно заставить говорить. Вряд ли она так легко признает свою вину. - Я уверен, что она будет сопротивляться до последнего, но ведь мы с тобой тоже не собираемся с ней чай пить. Мы расколем ее, обещаю, - подмигнул Бильбо Дис. - О, а вот и все остальные! - улыбнулся он. - Вижу, Дис уже сказала тебе, - проворчал Двалин, усаживаясь за стол. - Я пытался говорить с Мэг, но она только осыпала меня оскорблениями и угрозами. И еще она утверждает, что Торина скоро повесят за убийство его дяди. – Если бы вы, парни, пореже развязывали пояс на своих штанах, мы теперь не возились бы с этой сучкой, – проворчала Дис. – Не думаю, что леди пристало использовать слово «сучка», – с нарочитой укоризной покачал головой Бильбо. – И давай забудем о том, кто и чем занимался с Мэг. - Вы уверены, что сможете заставить ее говорить? То есть я хочу сказать, если ты в этом не уверен, то зачем вам страдать и позволять ей плеваться ядовитой слюной? На лице Дис мелькнула мстительная усмешка: - Как-то раз Мэг пыталась забраться в постель к моему мужу, - процедила она. - Поверь, я смогу заставить ее говорить. - Кстати, - встрепенулся Бильбо, - вы выяснили, чем Торин занимался в день убийства вашего дяди? Вы можете доказать, что у него не было времени на убийство? – Да, можем, – ответил Двалин. – Мы были с ним с самого утра, но единственные свидетели – это люди нашего клана. Не думаю, что наше свидетельство будет иметь вес. – Ты прав. Но если кровь не засохла к тому времени, как в дом вошли люди графа, мы сможем доказать, что убийство было совершено после полудня. Должно быть, Мэг загнала лошадь насмерть, чтобы так быстро добраться до графа и вернуться обратно. – Кровь действительно еще не высохла, – сказал Двалин. Все недоуменно посмотрели на него. – Пока Бильбо утешал Торина, я встретился с графом и его человеком по имени Питер. Я рассказал им о Торине и его прошлом в надежде, что это поможет, если настоящий убийца не будет найден. Потом я попросил их поведать мне все об убийстве. - Что ж, ты молодец, - похвалил его Бильбо. – Итак, кровь не высохла. Очень странно, учитывая то, сколько времени потребовалось Мэг, чтобы добраться до графа и рассказать ему обо всем. После этого люди графа прибыли в дом, где и нашли тело убитого. За это время кровь должна была засохнуть. – Но Мэг не пришлось ехать в Диннок. Она встретила людей графа на половине пути. Питер послал ее к графу, а сам с вооруженными людьми поехал в деревню. К тому времени, как Питер вернулся в Диннок вместе с Торином, граф уже отослал всех трех женщин. Бильбо кивнул. – Теперь понятно, почему кровь была свежей и Торин не смог отмести обвинения в свой адрес. Значит, его дядя был убит после нападения на меня. Это поможет доказать, что Торин не мог совершить убийство. Сначала он был со мной, потом поехал к сэру Мюрриэлу, а от него – к сэру Дэвиду. Интересно, мы сможем попросить их свидетельствовать в пользу Торина? – Почему бы не спросить у них самих? – пожал плечами Двалин. Бильбо проследил за его взглядом и увидел, что Мосластый входит в большой зал, сопровождаемый сэром Мюрриэлом и сэром Дэвидом. Должно быть, Господь захотел помочь Торину. В какой-то момент он даже решил, что теперь можно не допрашивать Мэг, но тут же укорил себя в малодушии. Конечно, теперь у них было достаточно доказательств невиновности Торина, но если он предъявит графу настоящую убийцу, это действительно будет победа. – Я думал, вы ранены, – удивился сэр Мюрриэл, направляясь к столу. Сэр Дэвид следовал за ним по пятам. – Это так, – ответил Бильбо, приглашая гостей сесть за стол. – Но я быстро поправляюсь. – Но вас ранили всего несколько дней назад, – продолжал удивляться сэр Мюрриэл. – Четыре, если быть точным. Рана была несерьезная. Вы пришли проведать меня? – И да, и нет. Мы узнали о том, что Торин арестован, и подумали, что можем помочь. Он потратил много времени, чтобы поговорить с каждым из нас, – Мюрриэл помрачнел. – Кому могла прийти в голову мысль, что Торин убил своего дядю? Старик был бесполезным и назойливым, но Торин, кажется, очень любил его. Бильбо поднялся со своего места: – Об этом вам расскажут Двалин и остальные. А нам с Дис нужно идти, чтобы выбить признание у Мэг. – Вы думаете, это она убила сэра Нейла? – спросил Мюрриэл. – Да, хотя я не знаю причины, – Бильбо посмотрел на Двалина: – Где Мэг? – В кухне, привязана к стулу, – ответил тот. – Две ее подруги заперты в конюшне. - Кухня - самое лучшее место для допроса, - хмыкнула Дис. - Там много острых предметов, которые можно пустить в ход, если придется. Бильбо согласно кивнул: - Если закрыть дверь, никто не поймет, почему она будет кричать: от боли, страха или злости. – Вы хотите заставить ее кричать? – изумился Мюрриэл. Бильбо решил не придавать значения его насмешливой улыбке. – Думаю, она будет кричать от страха, что мы узнаем всю правду. Но те, кто будет слышать ее крики, решат, что женщину жестоко пытают. Поэтому, – Бильбо посмотрел на Дис, а потом обратился к Двалину, – приведи сюда Дженни и Пэг. Пусть они поверят, что мы заживо снимаем с Мэг кожу. Тогда они быстро расскажут то, о чем умолчит Мэг. – Умный ход, – усмехнулся Двалин. – Очень умный. – Если вы получите признание, то мы вам будем не нужны, – произнес Дэвид, когда Дру и Энгус отправились за женщинами. – О нет, ваша помощь нам очень нужна, – возразила Дис. – Мы намерены представить графу как можно больше доказательств невиновности Торина. Он должен быть не только освобожден, но его имя должно быть полностью очищено от подозрений. – Отличный план, миледи, – похвалил Мюрриэл. – Но я не уверен, что вам удастся заставить Мэг признаться в убийстве. Ведь ее повесят за это. – Вы думаете? – улыбнулась Дис. Они с Бильбо хитро переглянулись. – Женщина привязана к стулу на кухне, где много опасных предметов, включая длинные и острые ножи. Мэг займется служанка, которая работала, пока эта распутница забавлялась с ее мужем. О, думаю, Мэг будет очень, очень сильно напугана, как только мы войдем и закроем дверь. Тем более, когда рядом будет Бильбо. Эта потаскуха таскалась с его мужем и моим братом, а потом еще и подставила его. Она знает, что мы жаждем мести. Когда они направились на кухню, Бильбо услышал, как лэрды засмеялись. – Милорд, миледи, я давно жду вас, – проговорила Джоан, когда они вошли и закрыли за собой дверь. Им предстоит нелегкая работа, думал Бильбо, глядя на Мэг. На той не было синяков или крови, но, судя по растрепанным волосам и порванной одежде, она сопротивлялась изо всех сил, когда ее тащили в замок. – Очень глупо, что ты убила твоего защитника, – начал Бильбо, глядя на Мэг. Та хрипло рассмеялась: – Торин убил старого дурня. И его скоро повесят. – Какая ты злая. А ведь Торин был добр к тебе. – Он просто один из многих, кто спал со мной. Красивый жеребец, но такой же потный и похотливый, как остальные, – она попыталась сдуть тяжелую прядь волос, упавшую ей на глаза. – Я была лучшей из всех, кто у него был, а он, дурак, меня прогнал. И ради кого? Ради другого мужика? – Если бы ты действительно была лучшей, он бы тебя не прогнал, - фыркнул Бильбо. - Многие мужчины имеют и жен, и любовниц. Но это неважно. Любовниц часто бросают, однако они не убивают старых пьяниц и не вешают обвинение на бывших любовников. Зачем ты убила старика? – Я его не убивала. Как женщина может убить мужчину? Нет, это был Торин. Он просто обезумел, когда узнал правду о своем дяде. Может быть, эта правда спасет Торина от виселицы, раз старику и так грозила смерть за его преступления. – Думаю, ты совсем не хочешь, чтобы мой брат оказался на свободе, - процедила Дис, - ведь он знает, кто настоящий убийца и кто засадил его в темницу. Как только он выйдет оттуда, он обязательно найдет тебя.  Бильбо нутром почувствовал, что страх Мэг при этих словах усилился. – Он не будет этим заниматься. А я уеду отсюда. Мы с Дженни и Пэг решили переехать поближе к королевскому дворцу. Там и денег побольше, и любовники получше. Не то что эти неотесанные мужланы из Дейлкладача. – Джоан, мне кажется, она не собирается рассказать нам то, что мы хотели от нее услышать, – вздохнула Дис. – Тогда заставим эту суку, – процедила Джоан. Джоан хотела отомстить Мэг за боль, которую та причинила ей, занимаясь любовью с ее мужем, Малькольмом. Однако служанка не даст старым обидам взять верх. Они заранее обо всем договорились, и теперь Джоан следовала намеченному плану. Они не собирались бить Мэг, хотя раньше обе иногда испытывали страстное желание убить распутницу. Увидев, как Мэг отбрасывает с лица прядь волос, Дис придумала, что нужно делать, и хитро подмигнула Бильбо. Мэг очень дорожила красотой своего лица, пышного тела и роскошных, густых волос. У них не хватит духу обезобразить ее лицо или тело, но с волосами они смогут сделать что-нибудь ужасное. Посмотрев на лицо Дис, Бильбо понял, что та задумала что-то очень коварное, и ему стало интересно, что именно у нее на уме. – Мэг, даю тебе последний шанс сказать правду, – обратилась к ней Дис, но услышала в ответ лишь страшные ругательства. Тогда она взялась рассматривать ножи, лежавшие на кухонном столе. Бильбо присоединился к ней и шепотом спросил: – Что мы будем делать? – Отрежем ей волосы, – так же тихо ответила Дис. – Отрежем волосы? – Бильбо, эта женщина очень тщеславна. Так как мы не можем порезать ей лицо или эти груди, от которых у всех мужчин текут слюни, то давай уничтожим ее толстую косу, которой она так гордится. – Если она не признается во всем после того, как мы лишим ее волос, то, может быть, нам стоит сбрить ей брови и выщипать ее длинные ресницы? - шепотом предложила Джоан. - Оставим ее лысой, как коленка. Бильбо прикусил губу, чтобы не рассмеяться. - Боже! Вы, женщины, все-таки очень изобретательны по части мести! - покачал он головой. Дис улыбнулась: – Мы будем состригать ее волосы очень медленно. Она, конечно, рассердится на нас и, надеюсь, вместе со злобой выплеснет всю правду, – она взглянула на Джоан: – Ты сможешь стричь ее медленно? – Конечно, – ответила служанка, взяв самый острый нож. – А вы в это время будете колоть ее словами, – добавила она, приближаясь к Мэг. Мэг злобно рассмеялась, увидев в руках Джоан длинный нож. – Вы не сможете меня зарезать! Джоан одним движением отхватила густую прядь волос Мэг. Она внимательно посмотрела на них, прежде чем бросить на пол. – Я так и думала – вшивые. Дис кивнула. – Трудно поддерживать чистоту, когда все время лежишь на спине с задранными вверх ногами. – Ах ты сука! Через несколько минут они узнали, что эти слова были самыми безобидными из всех, что прокричала Мэг, пока ее стригли. Она орала так, что сидевшие в главном зале Дженни и Пэг с готовностью расскажут все без малейшего давления, понадеялся Бильбо. От крика у него начала болеть голова. Он опасался, что оглохнет до той минуты, пока услышит хоть намек на признание в потоке этих оскорблений, угроз и проклятий. На какой-то миг он даже пожалел ту, которую раньше считал своей соперницей, но только на миг. Мэг заслужила гораздо больше, чем это, за то, что спала с Торином, мелькнула у него злорадная мысль. Будь он женщиной, то сам бы выдрал ей пару клочьев волос и поставил несколько синяков на лице. Но так как он был мужчиной, то не мог бить женщину, как бы сильно ему этого ни хотелось. Но это и не требовалось, так как Дис и Джоан хорошо поработали и без его участия. – Святые угодники, что здесь происходит? Двалин резко обернулся и увидел стоявшего у входа в главный зал Тима. При виде молодого человека он ощутил в груди странный укол радости и только сейчас признался себе, что скучал по этому рыжеволосому парню. Тот с удивлением прислушивался к крикам, раздававшимся из кухни. Двалин вскочил со своего места и быстрым шагом подошел к Тиму, боясь, что тот может по незнанию сказать что-нибудь лишнее и нарушить план Бильбо и Дис. Дженни и Пэг, сидевшие в главном зале, уже готовы были во всем сознаться. Двалин быстро рассказал Тиму обо всем, что произошло в замке в последние два дня. – Господи! – Тим схватился за волосы. – Стоило уехать на пару дней, и мир сошел с ума. Ты думаешь, что план Бильбо сработает? – О да. У этих двоих уже зубы стучат от страха. Если они что-то знают об убийстве, то мы скоро об этом услышим. – Двалин замялся и окинул Тима взглядом. Тот выглядел уставшим и запыленным с дороги. - Как поездка? - Устал, как собака, - улыбнулся Тим. - У тебя не очень здоровый вид. Ты должен поесть и отдохнуть, - буркнул Двалин, сложив руки на могучей груди. - Господи, с каких это пор ты стал моей личной курицей-наседкой? - рассмеялся Тим, но, увидев, как Двалин помрачнел, сразу же посерьезнел. - Прости, я пошутил. На самом деле мне очень приятна твоя забота. Скажи, ты скучал по мне? - добавил он с озорным блеском в глазах. Но Двалин оставался серьезным и удивил его неожиданным ответом: - Должен признать, без твоей рыжей шевелюры тут глазу не на чем остановиться. Должно быть, я просто привык, что твоя назойливая мина все время рядом, поэтому и... вспоминал тебя пару раз. - Пару раз? - усмехнулся Тим. - Ну хорошо, может, больше, - проворчал Двалин. Тим послал ему лукавую улыбку и сел за стол. Тут из кухни раздался душераздирающий вопль, сменившийся грязными ругательствами. Тим налил себе вина и посмотрел на сидевших в углу женщин. Судя по всему, их преданность Мэг исчезла без следа. – Они убьют ее? – спросила Дженни, плача. – О нет, – ответил Тим. – Не знаю, как насчет Дис, но мой брат знает, что делает. Он никогда никого не убивал. – Господи! – воскликнула Дженни, глядя в сторону кухни. – Теперь она стонет. Мы ничего не делали! – вдруг закричала она. – Молчи, – оборвала ее Пэг. – Если мы скажем хоть слово, Мэг нас убьет. – Думаю, больше нам не надо волноваться из-за Мэг. – Дженни посмотрела на Двалина: – Это она убила старика. Они с самого начала замышляли недоброе против милорда. Сначала они хотели вынудить мистера Бэггинса уехать из Дейлкладача, потом сделали так, что сэр Мюрриэл его похитил. В конце концов они попытались его убить. Пэг кивнула. – Но зачем было убивать Бильбо? – спросил Двалин. – Вы же знаете, почему Мэг хотела от него избавиться. До появления этого милорда Мэг жила в замке, как королева, но потом все кончилось. Но я не знаю, зачем вашему дяде была нужна его смерть. – Однажды он сказал, что этот брак сделал всех вас очень сильными, – вмешалась Дженни. – Что теперь вас не извести. Он не объяснил свои слова, только ворчал все время, что не позволит парню из семейства Дьюли сделать вас сильными и богатыми. Поэтому он сидел в Дейлкладаче и ждал случая убить милорда. Когда выпущенная им стрела не убила его, он от огорчения чуть не умер. – Да, – кивнула Пэг. – Из-за этого они и поссорились. Мэг хотела, чтобы он еще раз попытался убить милорда, а он сказал, что устал от всего этого и что все равно он скоро умрет. Мэг кричала и кричала на него, а он вдруг начал рассказывать ей о прошлом и о том, что из его кишок идет кровь, наверное, это проклятие за старые грехи. Мэг совсем обезумела, она хотела заставить его дать ей много денег. Пригрозила, что расскажет всем о его преступлениях. Дженни тяжело вздохнула. – А он засмеялся и ответил, что ему осталось жить совсем немного и что в любом случае он не успеет попасть на виселицу. Потом он начал оскорблять Мэг. Мы с Пэг пытались успокоить его, потому что знали, как такие вещи злят Мэг, но он не останавливался. Тогда Мэг вдруг бросилась на него и стала бить его ножом. Она ударила его много раз, а потом вонзила ему в сердце кинжал. – И вы отправились к графу, чтобы подтвердить ее ложь, – произнес Двалин ледяным тоном. – Мы очень испугались, – прошептала Пэг, когда Дженни снова начала плакать. – Рыцарь был убит, а Мэг совсем повредилась в уме. Мы не знали, что делать. – Теперь вы должны повторить ваш рассказ графу и снять обвинения с Оукеншилда, – заключил Тим. – Но Мэг… – Не бойтесь, Дис и Бильбо позаботится о том, чтобы она вам больше не угрожала. – Не думал, что она будет плакать, – пробормотал Бильбо, потирая подбородок. – Мне казалось, она не из тех женщин, что могут проливать слезы. – Не укоряй себя, – утешила Дис растерявшуюся Джоану, глядя на раскачивающуюся на стуле Мэг. – Она не молится и не просит прощения. Это слезы злости. Слышишь, она проклинает нас! – Вы думаете, она сошла с ума? – Да. В какой-то момент я даже почувствовала себя виноватой в том, что мы сделали с ней. Но нет, безумие давно охватило ее. Как и в случае с сэром Нейлом, злость окончательно лишила ее разума, – услышав звук открываемой двери, Дис обернулась и увидела Двалина. – Мы закончили. Как там Дженни и Пэг? – Во всем признались. Теперь плачут и просят о прощении. – Двалин вошел на кухню и ахнул: – Господи, да она почти лысая! Мэг и правда выглядела ужасно. Вместо роскошной косы на ее почти целиком обритой голове торчало несколько пучков волос. Джоан немного переусердствовала, но это было объяснимо, потому что Мэг никак не желала признаться в совершенном ею преступлении. – Mы оставили немного волос, – пояснила Дис, оглянувшись на Бильбо. Тот стоял рядом и хмурился. - Да, и будь с ней поосторожнее, - предупредил он, - она стала еще более буйной. Двалин позвал Тима, Дру и Тони на помощь. Вчетвером они приблизились к Мэг и развязали ее. Мэг отбивалась, как загнанный в угол зверь. Джоан и Бильбо старались держаться от нее подальше, а Дис даже взмолилась о том, чтобы кто-нибудь из мужчин догадался ударить Мэг по голове и лишить ее сознания. Поэтому она вздохнула с облегчением, когда Мэг наконец-то была снова связана и ей в рот был вставлен кляп. Дру позвал двух очень сильных мужчин, чтобы те отвели Мэг в подземелье. Когда Дис и Бильбо вошли в главный зал, все повернулись в их сторону. Очевидно, они подумали, что Бильбо сам пытал и бил Мэг. Особенно неприятно ему было видеть, с каким ужасом взирали на него до смерти перепуганные Пэг и Дженни, но Двалин тут же увел женщин и запер их в башне замка. Бильбо помог Дис сесть за стол, потом устало уселся сам и налил себе вина. - Что ж, раз все кончено, то на рассвете отправимся к графу, - вздохнул он. - Тим, ты поедешь со мной? - Честно признаться, поездка в Шир и обратно на некоторое время отбила у меня охоту вновь оказаться в седле, - поморщился тот. - Хорошо, тогда я поеду с тобой, - предложила Дис. – Раз все решено, я отправляюсь спать, – сказал Бильбо и подал знак Тиму, чтобы тот пошел с ним. – Как дела дома? – Все хорошо. Мама прислала тебе мазь, чтобы ускорить заживление раны, – ответил Тим, поднимаясь по узкой лестнице. – Она хочет своими глазами увидеть, как ты выздоравливаешь. – Она скоро приедет? – спросил Бильбо, открывая дверь спальни. – Через два-три дня, – Тим положил руку ему на плечо. - Ты до сих пор не уверен в Оукеншилде? – Да. Он изменился, но мы все еще далеки друг от друга. Впрочем, я слишком устал, чтобы думать об этом сейчас. – Конечно, отдыхай. Да, еще одно. Мама говорит, что ты должен решить, хочешь ли ты рискнуть и отказаться от Торина. Может быть, сказала она, тебе следует отбросить гордость и объяснить ему, что он потеряет, если ты уйдешь от него. Вздохнув, Бильбо кивнул и пожелал ему спокойной ночи. Тим постоял немного, потом спустился вниз и увидел, что зал уже пуст. Двалина не было - видимо, он уже ушел к себе. После некоторых колебаний Тим направился к его покоям. Остановившись перед комнатой Двалина, он глубоко вздохнул и решительно толкнул дверь. Он много думал, пока был в отъезде, и понял, что настала пора ему рискнуть. Его брат боролся за свои чувства, значит, он тоже должен сделать это. - Что ты здесь делаешь? - удивился Двалин, увидев его на пороге. Тим закрыл за собой дверь. Потом без колебаний пересек комнату и, притянув Двалина за шею, с жаром поцеловал. - Зачем ты сделал это? - выдохнул Двалин, сжав его лицо в ладонях. - Потому что я так хочу, - прошептал Тим, снова целуя его. - И этой ночью тебе не прогнать меня. - Проклятье, - выругался Двалин, взволнованно посмотрев в его решительное лицо. - Я не отпущу тебя, даже если мне будет грозить смертная казнь, - покачал он головой. Глаза Двалина были серьезными, но его все еще сдерживали остатки его чести. Тогда Тим потянул его за собой на кровать и снова поцеловал, на этот раз вложив в этот поцелуй всю свою страсть. И Двалин не смог противостоять его безмолвному призыву и собственному желанию. Он быстро раздел Тима, потом разделся сам и снова склонился над ним, запечатлев на его губах жесткий, но в то же время нежный поцелуй. Он был сильнее и больше Тима, но старался обращаться с ним нежно и бережно. Двалин не хотел причинить ему боль. Он хотел, чтобы Тиму понравилось заниматься с ним любовью. Он хотел доставить Тиму удовольствие и следил за его лицом, подготавливая его к своему вторжению. Тим следил за ним из-под полуопущенных век. Двалин осторожно ласкал его тело руками, и Тим с удивлением понял, что этот суровый воин на самом деле очень нежный любовник. Через несколько минут Двалин перевернул его на живот и вошел в него, действуя осторожно и неторопливо. Тим закрыл глаза и вцепился в простынь, наслаждаясь ощущением твердой плоти внутри себя, и старался принять его в себя как можно глубже, чтобы слиться с ним полностью. Толчки Двалина становились сильнее и быстрее, он громко застонал, двигаясь внутри Тима, пока волны экстаза не захлестнули их обоих. Когда Двалин скатился с него, Тим перевернулся на спину и положил голову ему на грудь. Его переполняли радость и торжество, он чувствовал себя на седьмом небе, счастливый, что все же решился сделать это. - Не жалеешь об этом? - спросил Двалин, притянув его к своему телу. - А ты? - Нет, - в голосе Двалина чувствовалась улыбка. Он с нежностью провел рукой по спине Тима. Тот хмыкнул и поцеловал его в грудь, погладив твердые, как скала, мускулы Двалина. - Я тем более. И знаешь, что? Я намерен не выпускать тебя из спальни этой ночью. - Хм, я совершенно не против, - ответил Двалин и, крепче прижав к себе, страстно поцеловал его.