Раз драбблик, два драбблик...

Тип: джен Персонажи: Северус Снейп, Лорд Волдеморт, Рабастан Лестрейндж, Нагини Рейтинг: PG Жанр: юмор, трудовые будни       Северус Снейп бесшумно двигался по темному коридору, не рискуя освещать себе дорогу люмосом. Скользящий шаг, остановка на углу, невербально брошенное заклинание, чтобы убедиться, что путь свободен — перебежка до следующего поворота.       Он шел, старательно выбирая самые безлюдные переходы, избегая приближаться к комнатам, где ощущалось присутствие человека, обходя возможные засады.       Перед очередным поворотом он остановился, сосредотачиваясь. Впереди от основного коридора ответвлялся короткий проход, заканчивающийся ведущей вниз лестницей. Это был самый опасный участок, и Снейпу следовало быть предельно осторожным.       Он справился с блеском, нейтрализовав на время сигнальные чары и со всей доступной ему скоростью прокравшись мимо лестницы на цыпочках. Враги, нестройными рядами расположившиеся на ступеньках с палочками наперевес, не заметили его: их внимание было приковано к двери, снабженной тусклой табличкой с выполненной готическим шрифтом надписью «Лаборатория».       Отойдя на безопасное расстояние, Снейп выдохнул, мысленно поздравил себя с успехом и продолжил путь.       Коридор окончился вскоре тупиком, но Снейп, ничуть не расстроившись, коснулся палочкой каменной кладки, преградившей дорогу, шепнул пароль — и часть стены отъехала в сторону, со скрежетом вернувшись на место, стоило ему шагнуть внутрь.       Яркий огонек, засветившийся на конце волшебной палочки, выхватил из темноты потемневшие от времени деревянные ступени винтовой лестницы, бесконечной спиралью уходившей вверх. Снейп, придерживая полы мантии, так и норовившие за что-нибудь зацепиться в узком лестничном колодце, бодро начал восхождение.       Наверх он выбрался спустя приблизительно пять минут, точно так же открыл проход в стене и вышел на широкую залитую светом площадку под самой вершиной башни, совершенно перестав осторожничать.       Это его и погубило: не успев сделать и нескольких шагов, Снейп нос к носу столкнулся с тем, кого так старательно избегал.       — Северус! — обрадованно взмахнул руками Рабастан Лейстрейндж и опасно покачнулся. Вид Рабастан имел удручающий: лицо бледное, глаза красные, волосы всклокоченные, мантия наизнанку. Вдобавок от него несло такими алкогольными парами, что Снейп непроизвольно отшатнулся. — А м-мы тебя возле лабото… лароба… ла-бо-ра-то-рии ждали!       Снейп возвел глаза к потолку — точнее, к зиявшей прямо над ним дыре в крыше — мученически вздохнул и кратко спросил:       — Зачем?       Рабастан попытался состроить умоляющее выражение лица, однако не преуспел, поскольку не знал, как это делается: угрожающая гримаса была для него как-то привычнее. Снейп не впечатлился и поглядел на него с искренним недоумением. Рабастан нахмурился — и, просияв, вышел из положения, молитвенно сложив руки.       — Северус! — проникновенно начал он. — Как твой верный соратник и товарищ, я прошу тебя о помощи!       — Антипохмельного нет, не варил и не буду, — отрезал Снейп, понявший, к чему клонит «верный соратник».       — Северус!       Снейп скрестил руки на груди.       — Нет.       — Ну Северус! Ты же зельевар! — Рабастан привел неоспоримый, на его взгляд, аргумент.       — Ты будешь удивлен, но я знаю об этом, — процедил Снейп. — Рабастан, у меня нет времени на подобную ерунду, тебе нужно — вот сам и вари.       — Так это… у меня по зельеварению всегда «С» было, — озадаченно почесал в затылке Рабастан.       — Не мои проблемы.       — А если Круциатусом?!.. — поняв, что добром он тут ничего не добьется, перешел к угрозам Рабастан.       Снейп, ухмыльнувшись, сделал встречное предложение:       — А сектумсемпрой?!       Рабастан удрученно покосился на кончик снейповой палочки, находящийся в опасной близости от его горла: сам он в нынешнем состоянии на подобные подвиги был не способен.       — Вот всегда ты так. Нет бы помочь по-товарищески…       Снейп на провокацию не повелся и, хмыкнув, по-товарищески посоветовал страдальцу пойти проспаться или подышать свежим воздухом. Рабастан совету внял, хоть и неохотно, и слегка пошатываясь, начал спускаться по засыпанной щебнем лестнице, жалуясь кому-то невидимому, что жизнь — дерьмо, выпивка у Малфоя — тоже дерьмо, а коллеги по организации — бесчувственные сволочи, все до единого!       Снейп, в общем-то, был с ним полностью согласен: первое утверждение в комментариях не нуждалось, ушлый Малфой действительно не спешил делиться спрятанными в самых глубоких погребах отличными винами и, невинно хлопая глазами, угощал какой-то кислятиной и дрянным огневиски, полагая, что товарищам по борьбе и так сойдет.       А про то, что коллеги — бесчувственные сволочи и мерзавцы, Снейп готов был распинаться часами! Стоило ему появиться в Малфой-мэноре, Упивающиеся и их родственники начинали приставать к нему с просьбами сварить им в частном порядке антипохмельное, оборотное, костерост, бодроперцовое, напиток живой смерти, амортенцию, яды (с этим к нему подошло двенадцать человек, и все хотели разные, по закону подлости — наиболее сложные в изготовлении), а парочка особо наглых заикнулась было о Феликс Фелицис, но, поймав взгляд звереющего Снейпа, поспешно ретировалась.       Просители не желали слушать ни о загруженности штатного шпиона и зельевара организации, ни о том, что для некоторых зелий требуются дорогие и редкие ингредиенты, благополучно пропускали мимо ушей слова Снейпа о долгих сроках изготовления и на все его логически выверенные аргументы отвечали: «Ну ты же зельевар!» От этой фразы Снейпа уже корежило, а руки так и чесались кого-нибудь мучительно проклясть. Однако Темный Лорд полагал, что проклинать кого-то в ставке Упивающихся — его исключительное право, и к посягательствам на оное относился крайне неодобрительно, а Снейп не имел ни малейшего желания испытывать на себе недовольство начальства. Несколько недель прошли в бесплодных попытках найти выход из сложившейся ситуации — а потом Снейпа, который был уже близок к тому, чтобы начать пить успокоительное из своих же запасов, осенило.       Решение оказалось простым и элегантным: если просители начинают выстраиваться в очередь, едва завидев его — нужно просто сделать так, чтобы они его не видели! Снейп вспомнил, что одна из башен замка пустует, поскольку, по словам Малфоя, нуждается в ремонте Снейп предполагал, что хитрый Люциус прячет в ней артефакты или что-нибудь такое же ценное).       Несколько дней ушло на то, чтобы разведать тайные ходы в Малфой-мэноре (для этого пришлось дважды напоить Люциуса, пообещать Нарциссе заступиться за ее мужа перед Темным Лордом и вступить в преступный сговор с малфоевскими эльфами), перетащить котлы, инструменты и часть ингредиентов в облюбованную комнату под крышей башни (насчет ремонта Малфой не соврал: это была единственное помещение, в котором крыша напоминала не решето, а всего лишь прохудившийся сапог).       Какое-то время Снейп наслаждался одиночеством, но теперь его маленький, столь любовно выстроенный мир тишины и спокойствия грозил рухнуть по вине каким-то образом забредшего в эту часть мэнора Рабастана. С этим нужно было что-то делать и Снейп сделал: запустил в спускающегося по лестнице Лестрейнджа обливиэйтом: теперь тот не должен был вспомнить ни о встрече, ни о том, где он был.       Снейп заклинанием отпер одну из выходящих на площадку дверей, и, на всякий случай оглянувшись, шагнул внутрь — и тут же вскинул палочку, нацелив ее в грудь рассевшемуся за его столом волшебнику. Тот, однако, успел раньше. Снейп напрягся, всматриваясь в скрытое в тени лицо, и пораженно охнул:       — Мой Лорд?!       Волдеморт опустил палочку.       — Северус? Что ты здесь делаешь? — не скрывая раздражения, поинтересовался он.       — У меня здесь лаборатория, милорд, — отрапортовал Снейп. — Секретная. То есть, не от вас секретная, конечно.       «Вообще-то, от вас тоже», — с тоской подумал он, не забыв проверить ментальные щиты.       — Прошу прощения за то, что помешал вам, милорд. Я сейчас же уйду, — Снейп поклонился. Находиться в одной комнаты со злющим начальством в его планы совершенно не входило.

* * *

      Злющим начальство было уже вторую неделю, и виноват в этом был портрет дальнего предка Волдеморта, откопанный где-то заботливым потомком и торжественно повешенный на стену в приемной Лорда.       Предок, брюзгливый старикашка в изумрудно-зеленой мантии, заботы не оценил и целыми днями ворчал, что раньше и волшебники были талантливее, и заклинания лучше, и Темные Лорды сильнее, а сейчас что? Тьфу, смотреть противно, до чего измельчали!       И вот однажды Волдеморт, не выдержав очередной нотации на тему «Посмотри на себя! Ну какой из тебя Темный Лорд, ты же даже анимагию не освоил!», проклял подвернувшегося под руку Малфоя и, обложившись книгами, на три дня заперся в своем кабинете.       Дальнейшему свидетелем стал сам Снейп, явившийся с докладом и услышавший обрывок разговора: «Ерунда эта ваша анимагия, толку чуть, а освоить за три дня можно». На глазах у удивленного Снейпа Лорд превратился в гигантскую змею жемчужного цвета и, покачивая треугольной головой, ехидно уставился на предка. И зашипел.       Миг спустя Снейп понял, что шипел не он, а Нагини, то до того мирно дремавшая на кресле. Снейп плохо разбирался в поведении змей, но отвисшая челюсть и изумленный взгляд алых змеиных глаз Лорда свидетельствовали, несомненно, о крайнем изумлении. Старикашка же с портрета, с интересом прислушивавшийся к шипению Нагини, расхохотался и заявил, что «давно пора обзавестись наследниками».       С тех пор Лорд стал скитаться по Малфой-мэнору, избегая, похоже, встреч с восхищенно шипевшей при его виде любимицей, и швыряться Круциатусами направо и налево — что, в свою очередь, заставляло Упивающихся по возможности избегать его.

***

      Снейп искренне надеялся, что в планы Волдеморта тоже не входило находиться сейчас с кем-то в одном помещении.       — Иди, — разрешил Лорд, и обрадованный Снейп уже развернулся к двери, но тут же был остановлен: — Хотя нет, постой. Мне нужно, чтобы ты приготовил успокоительное, Северус. Для змеи.       — Для змеи?.. — потрясенно переспросил Снейп, которому никогда не доводилось варить успокоительные зелья для рептилий.       — Именно. Неужели ты не можешь сварить зелье для змеи? Ты же зельевар, — холодно улыбнулся Волдеморт, и Снейп мысленно застонал.