Крылья, подаренные Солнцем.

"Нет такого понятия, как «судьба». Это всего лишь сочетание нескольких обстоятельств."© Ризе Камиширо. Токийский гуль. Реборн нес не сопротивляющуюся девушку на руках, хмуро вглядываясь в дорогу. Фонари отбрасывали тусклый желтоватый свет на асфальт, будто огромные уродливые пятна на черном полотне. Несколько мотыльков летало по кругу вокруг лампочки, лениво хлопая своими маленькими мохнатыми крылышками. В ночном городе властвовала великая тишина, нарушаемая редкими шорохами и гулкими шагами киллера. Аркобалено Солнца шел молча, крепко прижимая девицу к себе. Впервые мужчина не знал, как правильно начать разговор в данном случае. Поступает ли он правильно, что не заставляет Люси рассказать ему все? А ведь он умеет выбивать информацию из людей. Стоит только приставить дуло пистолета к многострадальной голове несчастного и жутко улыбнуться. Но сейчас это явно не сработает, да и нет особого желания. Что-то смутно подсказывало Реборну, что Люси не боится ни его, ни смерти. Она отважно посмотрит на лучшего киллера, горько усмехнется, а может быть станет громко и безудержно хохотать, глядя на попытки Хитмана ее разговорить. Да, наверное, так и будет. Она уж точно не испугается. Откуда он знает? Интуиция? Нет, здесь что-то другое. Что-то далекое, но такое близкое. Будто он знал такого же человека раньше. Хотя, почему же будто? Он знал. Такой светлой и отважной девушкой, вернее женщиной, была Луче. Луче Джиглио Неро - недолговечная аркобалено Неба. Мужчина помнил, как быстро она сгорела, словно свеча. Казалось, ей еще жить и жить, но, увы... Судьба распорядилась иначе, пусть Хитман никогда и не верил в нее. Он всегда считал, что мы - творцы своей судьбы. Но не в этот раз. Все было предрешено с того момента, как Джиглио Неро приняла на себя роль Гармонии среди аркобалено. Стоит киллеру закрыть глаза, как в его памяти мгновенно всплывает ее нежный образ. Луче никогда не грустила, она улыбалась до конца. Даже при смерти. Наверное, Люси такая же. За все время, что они с сестрой провели у Савады, Хартфилия ни разу не тосковала и не плакала от горя или плохих воспоминаний. Нет. В этой загадочной девушки спит великая сила неких странных часов. Какой-то проклятый механизм или неудачный эксперимент? Свечение, охватившее Люси на арене, было точь в точь таким же, что убило его дорогую Луче. Второй раз в жизни Реборн испугался. Воспоминания сразу же зашевелились на глубине, казалось бы холодной души. Но, слава богам, Хартфилия, пусть и с неким трудом, но смогла справиться со смертью. Она прогнала ее. Но надолго ли? Как сказала сама девушка, пламя ярости вошло в резонанс с энергией часов, а посему пробудило ее повторно? Вроде так. Но что это за часы такие? Откуда у них может быть такая мощная энергия, граничащая с силами пламени Мрака Вендиче? Что за режим был у Люси, когда они с Мишель появились в их мире? Вопросов было много, а ответов, отнюдь, - нисколько. Хитман еще раз глянул на Люси. Такая же. Две разных жизни, два разных человека, а их истории так ловко переплетаются между собой... "Жизнь очень загадочная штука. Каждая жизнь – это отдельная история, которая после хитро сплетается с другой. И никто не знает, как это сплетение судеб окончится."© Деким. Смертельный парад. Люси знала: Реборн хочет ее спросить, но, почему-то, молчит. Сама она не хотела бы ничего рассказывать, вот только если он спросит - придется. Соврать, увы, она не сможет. То ли жизнь отучила, то ли совесть потом замучает, кто знает. Если честно, девушка и сама не совсем понимала, что произошло тогда. Единственное, что она помнит - теплые объятия сестры, и сильное желание выжить. Все. Все остальные детали стерлись из головы Хартфилии как ненужный хлам. Хотя, кого она обманывает? ... Голос часов был скрипучим и каким-то... древним, что ли. Вечность явилась к ней в образе красивой родной женщины - ее матери. Потом часы говорили с ней: о смерти, жизни, о стремлении быть сильнее, о науке, магии и параллельных мирах. В конце концов они спросили:"Хочешь жить?" И Хартфилия ответила положительно. Тогда поток чудовищной энергии обрушился на нее, впитался в кожу, просочился в кости и кровь, прошел через сознание. Тогда она получила силу. Силу часов Вечности. Ее боевой режим смог открыть воронку и перенести девушек в соседний мир. Был в этом только один минус - режим неуправляемый. Ах, ну и еще одно - даже Вечность не вечна. Забавно, но это так. Она умрет через год-два. Такова плата за использование силы часов. Девушка знала, что перед ней было два человека, что несли это бремя - Луче и ее дочь Ария. Часы сами поведали обо всем. Однако, они называли энергию Небом, а еще упомянули о еще одной, пока что живой носительнице - Юни. Однако у самой Люси энергии часов куда больше, а посему она и умрет раньше. Но прежде, естественно, должна найти замену. Как бы Люси не хотелось заранее лишать кого-то долгой и счастливой жизни, придется. - Спрашивай, - выдохнула девушка, незаметно сжимая руки в кулаки до побеления костяшек. Кровь пульсировала у нее в висках, было слегка боязно. Мужчина подозрительно сощурился, глядя на девушку, будто задавая немой вопрос - что именно он должен спросить? - Быстрее, я могу и передумать, - буркнула Хартфилия, неловко отводя взгляд в сторону. - Хорошо, - спокойно сказал Реборн. На самом деле ей было очень сложно совладать с собой. - Расскажи мне о часах Вечности и о том, как ты получила их силу. Желательно, конечно, начать с истоков. - Часы Вечности - это особый магический механизм, созданный такими людьми, как я. В них запечатана великая сила, которая способна перевернуть мир с ног на голову. Маленькие дети превращаются в столетних стариков и наоборот. Магия светлых обращается в магию темных. Часы по-другому называют ключом от звездного неба. Дабы активировать сие устройство, нужен особый человек - заклинатель. Этим заклинателем и стала я. Часы лишают его магии, физических и жизненных сил, высвобождая свою мощь. В нашем мире злодеи воспользовались механизмом, но не учли одного - часы оказались живыми, а мое желание жить пересилило стремление сеять хаос. В вашем мире энергия часов называется пламенем Неба и гармонии. Носители этого пламени связаны с часами Вечности. Но есть и такие люди, что сдерживают мощь часов. В моем мире такой была моя мама, а за ней - я. В вашем некие Луче, Ария и Юни Джиглио Неро. Каждому из нас уготована своя роль в защите механизма. Поскольку мы храним очень много энергии Вечности в своих телах, то и погибаем быстро. Например мне осталось от силы не больше двух лет. Малышке Юни, возможно, лет десять-двадцать, так как у нее концентрация пламени гармонии разительно меньше моего. Перед смертью каждый из нас передает свою силу и ответственность на другого, более достойного человека. Это нелегко, ведь мы заранее знаем, что обрекаем этого человека на смерть. Чета Джиглио Неро по крайней мере нашла самый, так сказать, естественный путь - по наследству. От матери к дочери или сыну. Как ни странно, я смогла избежать своей далеко не завидной участи целых семнадцать лет. Однако, я ни о чем не печалюсь, - как-то странно улыбнулась Люси. - За все то время я смогла обрести верных и честных друзей, нашла свою сестру - Мишель. Пожила в свое удовольствие. Так что я не буду плакать, а умру с улыбкой на лице. Я знаю, что, возможно, я эгоистка, но этого не избежать, - хмыкнула Хартфилия. - Надеюсь, я удовлетворила твое любопытство, Реборн, - девушка искоса поглядела на лучшего киллера. Мужчина сдержано кивнул. Некоторое время Люси молчала, но, не выдержав, спросила: - Ты ведь знал их, да? - репетитор едва ощутимо вздрогнул. - Значит знал, - сама себе ответила волшебница. - Тебя выдали глаза, - сказала она спустя какое-то время, отвечая на немой вопрос. - В них было много боли и скорби. Несмотря на то, что ты киллер, тебя легко прочесть, как открытую книгу, - по-доброму усмехнулась девушка. Реборн озадаченно молчал. Луче тоже так умела... Легко распознавала его истинные эмоции и ложь. Перевоплощение? Глупости. Хотя, кто его знает. Обе девушки, как он понял, были своеобразными хранительницами хаоса, медленно убивающего их изнутри. Когда-нибудь и эта улыбчивая блондинка сгорит. Как сгорает свеча...