Моё, твоё, своё.

Здравствуй, бесовка, косы тугие. Здравствуй же, Джинни, не узнаёшь? Я твой кошмар, воды седые Тело укрыли моё? Это ложь. Я всегда рядом, символ порока Я за тобой, только ты обернись Нет, не спастись тебе, к чёрту пророка Так посмотри, что такое есть жизнь. Слишком давно небо сгинуло в вечность, Слишком алы губы красным вином, Светлое прошлое, нега, беспечность Стали лишь тенью, покинули дом. Дом из души твоей чёрной и с гнилью, Тот, что казался всем храмом зари. Ну а на деле ничтожно и пыльно, То, что хранила ты, ну же, смотри. Взгляд твой нечёткий, ужаса полон. Я засмеюсь, сердце встанет в груди. Милая Джинни, о, как я доволен. Помнишь ли ты те далёкие дни? Храм чистоты, муза рядышком кружит, Книги святые по нраву тебе, Но я добился того, что мне нужно Ты просто пепел, покорный навек. Плод ты вкусила запретный, но сладкий Роскошь и грязь, что важней всех миров Храм променяла на дом из заплаток. Там где бурлит твоя алая кровь. Рюмка в руке, взгляд наполненный страстью. К книгам святым не стремишься уже. Ночью - царица, наполнена властью, Утром ты мусор в своем неглиже. Ты развращённая стала так быстро, Мир по ту сторону храма иной. Вместо огня ныне только лишь искры. Честь и мораль за холодной стеной. Я своего, знаешь, Джинни, добился. Блещешь ты фальшью своих жемчугов. Образ прекрасный твой грязью разбился. Не к чему больше молитв и слов. Вот ты такая, тому очень рад. Руки целую, всегда твой де Сад.