An apple pie

Когда я убедилась в том, что люблю ее? Я знаю, как много значит для нее – заботиться о ком-то. Заботиться обо мне. Она шеф-повар. Поэтому мы часто ходим на полный жизни и свежести рынок. Только полезные, натурально выращенные продукты. Она могла часами ходить мимо прилавков и просто любоваться ими. Могла тщательно выбирать каждый помидор, разглядывать состояние каждой веточки базилика или укропа, которую собиралась покупать, иногда даже заглядывала полумертвой рыбе в глаза и что-нибудь у нее спрашивала. Неотъемлемой частью блюда она считала его привлекательность. Она была уверена, что еда должна быть такой же красивой, насколько она вкусная. Ей доставляло это неповторимое эстетическое удовольствие. Это было очень непривычно для меня сначала. Но потом... Потом я привыкла и стала восхищаться ею все сильнее. Скорее всего, наше совместное проживание вместе, так же наша еда, могла бы сравниться с рестораном. С таким местом, где все идеально. Где все вкусно и красиво, где играла прекрасная музыка, и это было приравнено с самим понятием: "дом". Однажды, на одно из наших традиционных воскресных свиданий, она решила приготовить нам ужин. Обычно в такие дни мы ходим на прогулки или просто в какие-нибудь заведения. Стояла замечательная весенняя погода. Небо было восхитительно голубым, без единого облака. Ослепляюще горело солнце, оно впитывалось в листья деревьев, которые сразу начинали светиться изнутри. Все будто расцветало на глазах, в том числе и люди вокруг нас, которых было необычайно много для этого времени дня, и все они, казалось, были счастливы. Я волоклась сзади нее, послушно выполняя ее просьбы или выслушивая очередной факт о том или ином овоще или фрукте, что она брала в руки. Она внимательно рассматривала предмет, крутила его в ладони, и мне хотелось стать им. Мое сердце пело от всего происходящего. Я мечтала, чтобы наша жизнь никогда не заканчивалась. Чтобы я могла вечно слушать и наслаждаться ее голосом. К концу похода в этот продуктовый рай, когда руки уже начинали болеть от тяжести сумок, мы стали продвигаться к выходу с территории. У самого выхода, мой взгляд упал и не смог уже более подняться с милого старичка. Он сидел на деревянном ящике, около него, на точно таком же, стоял небольшой бумажный пакет с яблоками. Старик был очень бедно одет и просил у каждого мимо проходящего человека купить их. Он буквально отдавал их за гроши, попутно объясняя это тем, что ему просто нужны деньги. В глазах прохожих часто читалось безразличие. Но в некоторых я видела сочувствие и много стыда за то, что ничего не сделали ради него. Но кто должен? Мы медленно шли вперед, и я мельком взглянула ей в глаза. Она, кажется, тоже заметила его, но взгляд ее был настойчив и серьезен. Она не разводила нюни, как делала это я. Только через пару секунд я осознала, что мы движемся прямо к этому старику. - Девушки, купите эти яблоки, они из моего сада, - буквально взмолился он, сняв с седой головы шляпу и приложив ее к груди. Я стояла рядом с ней, а к горлу подступал неприятный ком. Я снова посмотрела на нее, она, совершенно не смотря на состояние фруктов, достала деньги из своего кошелька и просто протянула старику в руки. Сумма была в несколько раз больше, чем он просил за них. Он не смог сдержать улыбки, которая сопровождалась неразборчивыми благодарностями и слезами, накатившими в глаза. Он сжимал ее ладонь своими морщинистыми руками. - Берегите себя, - тихо произнесла она и, взяв под руку, только что купленные яблоки, мы отправились к нашей машине. Именно тогда я поняла, что безоговорочно искренне люблю и восхищаюсь этим человеком. В тот вечер был самый вкусный яблочный пирог, который мне удавалось пробовать за всю свою жизнь.