История призрачной надежды

      К радости Сансы, в эту ночь Джоффри не посетил брачное ложе своей супруги, поэтому утром она с аппетитом полакомилась сыром и медом, облачилась в простое, но элегантное синее платье с белым кружевом и направилась в дворцовый сад, где вот-вот должны были начаться очередные схватки.       У входа в ее покои не оказалось караула, поэтому радуясь минутам свободы, девушка спустилась по извилистой лестнице, пересекла двор и направилась к аллее, ведущей к трибунам. Суета царила в каждом уголке палаточного лагеря: оруженосцы полировали доспехи, точили мечи и седлали коней для своих господ. Рыцари собирались группами и что-то обсуждали, иногда взрываясь громовым хохотом. Веселые крики слышались отовсюду: - Двадцать золотых драконов на победу Горы – выкрикнул подвыпивший лорд, повисший на поводьях собственного коня. - Ставлю все на Пса, - прохрипел ему в ответ один из рыцарей Королевской Гвардии, потрясая над головой внушительным мешочком со звонкими монетами. - Спорить готов, что эти два пса сегодня попытаются вцепиться в глотки друг другу.       При мысли об этом Санса поежилась, но в пылу спора, похоже, никто не заметил юную королеву, остановившуюся, услышав знакомые имена, и девушка продолжила свой путь. Ее взгляд обратился к высокой фигуре, стоявшей к ней спиной, довольно далеко от основного лагеря. Мужчина чистил огромного коня, ласково приговаривая ему на ухо. Зверюга благодарно ткнулась мордой в хозяйскую руку, и тот потрепал его по блестящей шее. - «Такой ласковый с животным, но неизменно грубый с людьми. Действительно дикий пес, готовый укусить любого, кто тянет руку, чтобы его погладить» - подумала девушка, а вслух проговорила: - Сир, Клиган, простите меня за вчерашнее, такое поведение недостойно истиной леди. Королева приблизилась к нему и протянула ему маленький шелковый платок и, не поднимая глаз – проговорила: Я искренне желаю Вам удачи сегодня, надеюсь, боги Вас не оставят.       Не говоря ни слова, Санса сделала учтивый поклон и направилась к трибунам, где ее уже ожидал король. Мужчина долго глядел на удаляющуюся хрупкую фигурку молодой королевы, а потом поднес бесценный дар к губам, погружаясь в приятный аромат.

***

      В полдень турнир возобновился, и были объявлены новые пары рыцарей, которые должны были сойтись в заключительных схватках: Оберин Мартелл – Гора, Пес и Лорас Тиррел.       Все смолкли, когда в одном конце турнирного поля появился принц Дорнийский. Он восседал на огромном огненном коне, прикрытом золотой попоной с вышитым на ней красным солнцем. Его легкий золоченый доспех отражал на себе свет, и создавалось впечатление, что наездник сияет изнутри. Тяжелый оранжевый плащ покрывал его широкие плечи и спадал на круп жеребца. Шлем был настоящим произведением искусства: высокий, сфероконической формы с искусно изображенными батальными сценами по периметру, увенчанный золотой короной в виде изогнутых солнечных лучей. С маковки спадал султан из красного шелка, расшитый серебряной нитью. Шлем был снабжен ламеллярной бармицей, закрывающей затылок, шею и нижнюю часть лица. Описав круг по ристалищу, он остановился напротив короля и отвесил низкий поклон, не слезая с лошади, и лучезарно улыбнулся Сансе.       Его противник выглядел куда как скромнее. На добротный черный доспех был накинут желтый табард из простой ткани с вышитыми на нем черными псами. Шлем напоминал огромное ведро, с вырезанным в центре отверстием для глаз. Рыцарь был настолько огромен, что боевой конь под ним напоминал маленькую пони. Склонившись перед королем, Григор даже не удостоил взглядом своего соперника и поспешил занять свое место на противоположном конце поля.       Прозвучал сигнал, и рыцари полетели навстречу друг другу, выставив перед собой деревянные копья. Гора нацелился в грудь Оберина, но тот ловко прильнул к шее лошади, и копье пролетело в дюйме от него. Развернув коня ловким движением, принц снова устремился вперед, и на этот раз пика нашла свою цель и разлетелась в щепки о грудь Клигана, рыцарь заметно пошатнулся, но усидел в седле. Под свист и дикие возгласы толпы дорниец взял новое копье и приготовился к атаке. Его жеребец сорвался вперед, Оберин весь вытянулся в струну, прижимаясь к его спине. Когда противники поравнялись, он поднял копье выше, и оно ударило в забрало шлема Горы, огромный рыцарь вылетел из седла, сделал кульбит через голову и упал на землю у ног своего противника.       Люди взорвались одобрительными криками и хохотом. В очередной раз, не сумев совладать с собой, услышав насмешливые комментарии и смех Оберина, Григор выхватил двуручный меч и направился к своему сопернику. Дорниец, будто ожидавший этого, а может и специально спровоцировавший эту ситуацию, дал знак оруженосцу и спешился с коня. На ходу поймав копье, он с ехидной улыбкой направился к Горе. - Ваше Величество, они убьют друг друга, - проговорила Санса, но Джоффри похоже забавляла эта сцена, и он небрежно отмахнулся от нее, обратив все свое внимание на ристалище. - Тебе известно, кто я? – повысив голос, спросил Мартелл. - Всего лишь мертвец, - бросил ему Клиган и взмахнул огромным мечом. Оберин, на ходу сбрасывая с себя шлем и плащ, уклонился от удара и словно пантера, отскочил в сторону. - Я брат Элии, во время восстания Роберта, ты изнасиловал и убил ее, убил ее детей. Знаешь, зачем я проделал весь этот путь из Дорна? Ради тебя – сказал он и подряд нанес несколько стремительных ударов, сбивая одним из них шлем с его головы, описав полукруг копьем, Гора взвыл и в ярости набросился на него, но тяжелый доспех делал его медлительным и дорниец легко уклонялся от атаки. - Я сделаю из твоей пустой башки чашу, и каждый раз поедая из нее фрукты, буду вспоминать об этом дне, - продолжил Мартелл.       Его атака была стремительна, он обошел его сбоку и вонзил пику под коленную чашечку Клигана так, что острие показалось с другой стороны. Тот издал истошный вопль и упал на одно колено, взмахнув мечом. Оберин отскочил, но острие пропороло ему руку, и доспех обагрился теплой кровью. Превозмогая боль, он устремился к Горе и с разбега вонзил ему в грудь копье. Изо рта Григора пошла красная пена и тот, в судорогах повалился на землю. Мартелл, здоровой рукой, вынул из-за пояса кинжал и решил завершить начатое. Но в этот момент Клиган ухватил его за ногу и потянул к себе, ломая кровоточащую руку и подминая принца под себя. Одним движением кинжал дорнийца полоснул рыцаря по шее, и захлебываясь в крови, он замертво упал, придавив принца своим телом. Когда, наконец, подняли тело Горы, Оберин, с улыбкой на устах проскрипел: - Отомщена! – и потерял сознание.       Турнир, все равно продолжился, и на поле вышла вторая пара участников. Лорас Тирелл, как всегда с цветком в руке и Сандор Клиган - угрюмый, облаченный в белый плащ королевского гвардейца. Рыцарь цветов протянул белую розу королеве-матери и склонился в грациозном поклоне. Лорас взглянул на Пса, и в его теплом взгляде можно было прочесть воспоминания о предыдущем турнире. - Сир, снова мы с Вами остались вдвоем, но на этот раз за победу я буду бороться и пусть победит сильнейший. – изрек он, пожалуй, с излишним пафосом, склонился перед соперником и поскакал через поле.       Санса нервно сжала пальцы на подоле платья,и подняв взгляд обратилась к Клигану: - Сир, пусть матерь дарует Вам милосердие, Старица мудрость, а Воин придаст сил. Да будет эта битва честной и пусть победит достойнейший.       Джоффри, как обычно, обратил на нее полный презрения взгляд и прошипел: -Что ты сказала? - Мой король, принц Оберин не сможет продолжить участие в турнире, это битва последняя, я подумала, что надо как-то поддержать воинов. Простите меня. – пролепетала девушка и покорно склонила голову. - Ты всегда была глупа, - сказал он и дал знак начать схватку.       Кони, будто вихри, понесли всадников навстречу друг другу, а воины выставили вперед пики. Рыцарь цветов пронесся мимо Пса, пытаясь нанести удар, но тот смог избежать его, наклонившись в седле. Неведомый нервно фыркнул и развернулся, готовясь к очередной атаке. Соперники сходились несколько раз, Сандор нанес касательный удар по плечу Лораса, но этого было недостаточно, чтоб выбить его. Король прикрыл рот рукой, стараясь всем видом показать, что скучает, и Санса поняла, что если в ближайший момент что-то не решится, Джоффри для развлечения может заставить рыцарей биться на смерть. По всей видимости, это понял и Клиган. Он сильно ударил в бока вороного жеребца, тот резко перешел в галоп и в мгновение ока пересек больше половины турнирного поля. Лошадь Тирелла не успела набрать и половины этой скорости. Тогда Пес резко вытянул руку, сжимавшую турнирную пику и переложил весь вес в удар. Его противник перегнулся в седле, пытаясь уклониться от удара, но копье ударило ему в живот и, потеряв равновесие, рыцарь полетел вниз, зацепив Пса за плечо. Толпа взорвалась аплодисментами, и победитель направился к помосту, где сидела королевская чета. Санса хлопала так, что на радостях отбила ладоши, но когда Сандор подъехал к ним, ее лицо превратилось в простую, но величественную маску.       Король поприветствовал победителя, произнеся заученную ранее речь, и вручил ему сундук с обещанным выигрышем, а королева подала венок из золотых роз. Пес поклонился и уже собирался развернуть Неведомого, но его окликнул холодный голос Серсеи: -Постойте, лорд Клиган.       При этих словах его словно передернуло. Он уже начал ненавидеть Оберина, который посмел лишить его единственного, к чему он стремился всю свою жизнь, единственного, что давало ему силы – возможности убить своего брата. А сейчас он потерял всё и не знал, ради чего ему жить. Сандор погряз в этих мыслях и только сейчас понял смысл этого обращения. Его старший брат погиб, не оставив после себя детей, а значит, он является единственным наследником замка и скудных титулов. Пес чертыхнулся и повернулся к королеве. - По традиции турнира, победивший рыцарь должен выбрать королеву любви и красоты, - насмешливо изрекла Серсея и в ее глазах заиграли злобные огоньки. - Ваше Величество, на этом турнире достаточно королев, - прохрипел он в ответ, поклонился и, не говоря ни слова, уехал прочь.       Львица до боли сжала губы, но не осмелилась воспротивиться, думая про себя, что необходимо приструнить Пса, который осмелел настолько, что посмел пренебрегать ей. Она встала со своего кресла, и в сопровождении своей гвардии, направилась на пир.