На высоте

Солнышко светит, птички поют – так начинался бы обычный рассказ недалекого омеги, повернутого на красоте окружающего мира и любви, окутывающей каждый цветочек/зверюшку/человека (нужное подчеркнуть). Вот только я не был таким. С самого утра я был вынужден корячиться на работе, сходя с ума от жары и ненавидя все вокруг. Впрочем, эти же два фактора помогали мне работать куда усерднее, чем обычно. Кем я работаю? О, моя работа очень ответственна и опасна – я мойщик окон. Да-да, вы не ослышались. А что? Вполне себе непыльная работка. В переносном смысле, естественно. Сдув уже влажную от пота челку со лба, я макнул валик в ведро с моющим средством и принялся наносить его на гладкую поверхность стекла, заляпанного городской грязью, что день за днем на него наносил местный обжигающий воздух. Верхняя часть форменного комбинезона давно уже болталась на бедрах, так что теперь к коже прилипала лишь хлопковая черная майка, которая теперь уже точно ничего не скрывала. Взявшись за швабру с резиновой насадкой, я принялся стирать разводы с окон. Сложнее всего было удержать ручку во вспотевшей ладони – от перчаток я также решил избавиться еще в самом начале. Схватившись одной рукой за трос, удерживающий меня на сотне метров над землей, одной рукой, я прогнулся в спине сильнее. Такая возможность хоть немного изменить позу была настоящим спасением после многих часов работы. А в этот раз мне действительно пришлось поработать – офисное здание было полностью облицовано стеклом. Настоящий ад, но ад хорошо оплачиваемый. Альфы с толстыми кошельками хорошо платили за то, чтобы никто не отрывал их от перебирания бумажек. Облизнув пересохшие губы, я снова схватился за пульверизатор с моющим средством, чтобы убрать не отошедшую грязь, после чего с невольным любопытством заглянул в комнату, окно которой столь усердно мыл последние десять минут. Это оказался вполне себе приличный кабинет, выполненный в довольно сдержанном стиле. Лишь бросив ленивый взгляд на обстановку, можно было понять, что хозяин этого местечка любит минимализм: широкий дубовый стол, пара кожаных кресел, незатейливое растение, ковер под тон бежево-коричневой расцветке комнаты – вот и все убранство. Присмотревшись, я смог увидеть и самого хозяина. В выглядевшем довольно удобным кресле, лениво листая газету, развалился довольно-таки симпатичный субъект, обладавший довольно подтянутой фигурой. Да-да, первое, на что я обратил внимание – поджарое тело. В конце концов, омега я или нет? Если бы меня совершенно не волновали бы альфы, это было бы, как минимум, странно. Я же себя к чудикам причислять категорически отказывался. Мужчина опустил газету, и я смог разглядеть его лицо: волевой подбородок, яркие зеленые глаза, чуть пухлые губы, но в меру, острые скулы, острый нос, и всю эту красоту обрамляла копна аккуратно стриженных по последней моде каштановых волос. А он пижон… Внезапно этот офисный планктон посмотрел на меня, но я и не подумал отводить взгляд. Еще чего. В конце концов, я тут не просто так вишу. Работаю я, работаю. И вот только не надо мне говорить о том, что я только что на него бессовестно пялился – сам знаю. Вот только о совести и стыде у меня были довольно относительные представления. Можно было даже сказать, что, чтобы вспомнить значения этих слов, мне было необходимо заглянуть в толковый словарь. И то, я был более чем уверен, что не сразу бы понял, что именно его составитель имел в виду. Решив вернуться к делам, я снова макнул валик в ведро с моющим средством и вернулся к мойке окон. Черт, как же было жарко… Такое ощущение, что Боги решили просто испепелить меня за то, что я отвлекся от своего дела. Сглотнув и ощутив, как капли пота стекли по шее, скользнув за ворот майки, я продолжил снова и снова наносить средство, растекавшееся по блестящей на солнце глади. Вот только… я четко ощущал на себе пристальный взгляд альфы, которого и сам разглядывал несколько минут назад. Кажется, этот засранец решил так же, как и я, не загоняться по поводу мыслей объекта внимания. Что ж, пусть посмотрит. Таким, как он, это даже полезно. Может, хоть встанет, наконец. Так он точно уйдет отсюда и перестанет мне мешать. Мысленно отрешившись от всего постороннего, я вновь сосредоточился на подтеках грязи, решив покончить с ними поскорее. Вот только получалось у меня это с трудом. Внимательный, пронизывающий взгляд пробирал до костей, из-за чего на коже выступили мурашки. Черт. Со мной такого прежде не бывало. Кажется, все-таки сказывается недотрах. Стоило бы после работы забуриться в какой-нибудь бар и снять себе кого-нибудь. Одна ночь, никаких обязательств – все, что нужно свободному омеге без особых моральных принципов и загонов. Когда я более или менее убедился в чистоте окна и решил, было, распрощаться, с альфой, занимавшим довольно уютный кабинет, я обнаружил, что что-то в комнате изменилось. Снова бросив взгляд за окно, я понял, что офисный планктон стоит прямо напротив меня и рассматривает так, словно я был диковинным экспонатом в музее. Я усмехнулся, приподняв брови. Он меня провоцирует? Или же у него есть какие-то вопросы? Тот заложил одну руку в карман сидящего идеально по фигуре костюма, после чего указал взглядом на стекло. Я невольно посмотрел в ту же сторону, но ничего криминального не заметил, а потому лишь склонил голову набок. Альфа поманил меня пальцем, открывая окно. Ничего не понимая, я скользнул внутрь и… оказался в плену его рук. - Это еще что за хуйня? – посмотрев на руки на своей талии, уточнил я. Нет, ну, правда? Судя по удивленному выражению лица незнакомца, его посетили те же мысли? А что он ожидал? Если я особо не противился своей природе, это еще не значило, что я должен был быть послушным и примерным омегой. Впрочем, по мне это и так было видно: жесткие темные волосы, полностью закрывавшие ягодицы, были стянуты в высокий хвост, немного узковатые зеленые глаза больше напоминали кошачьи, тонкий нос, пухлые губы, длинные ресницы… Все это на первый взгляд ничем не выделялось. Даже бледная, несмотря на работу под палящим солнцем, кожа не была чем-то необычным. Однако спортивное тело, пирсинг в языке и скрываемая под одеждой татуировка в виде дракона, растянувшаяся на весь правый бок и грудь, явно указывали на то, что в моем случае все было не так просто. Задумавшись, я упустил момент, когда этот наглец оскалился, сильнее прижимаясь к моей спине. Ушной раковины коснулся горячий влажный язык мужчины, из-за чего ноги у меня едва не подогнулись. Что за черт? Я дернулся, силясь высвободиться из стальных объятий, однако мне это не было позволено. - Ты моя пара, - тихий шепот на ухо, от чего все тело напряглось. – Я почувствовал тебя. Наконец-то… Я невольно облизнул губы, после чего тряхнул головой. Как бы сексуален этот субъект ни был, я не собирался так просто сдаваться ему. Пусть я и не был принципиален, но так просто заявлять права на незнакомого человека только потому, что тебе приглянулся его запах, - это слишком. Гаденько ухмыльнувшись, я впился ногтями в его руки, оставляя на них глубокие царапины. - Как бы не так. Даже не думай, - рыкнул я, с удовольствием уловив недовольное шипение. Руки мужчины дрогнули, и я смог вырваться, отскочив на приличное расстояние. Мой довольный смех отражался от стен, вот только, кажется, альфа не впечатлился. Внимательно глядя мне в глаза, он слизнул кровь с руки, от чего я почувствовал волну жара внизу живота. Сердце бешено забилось, что разозлило меня еще больше, оглянувшись, я решил драпать через окно. Вот только, стоило мне только об этом подумать, как я почувствовал рывок. Недолгий полет, удар и столкновение с поверхностью столь приглянувшегося мне дубового стола выбило весь воздух из моих легких. Надо мной навис этот садист, наблюдавший за тем, как я морщусь и хватаю ртом воздух. Воспользовавшись заминкой, он скинул с себя пиджак и ослабил галстук. Поняв, к чему идет дело, я рывком сел, но в этот момент губы обжег поцелуй. Он был требовательным, жарким и даже немного диким. В этот момент я понял, что им действительно руководили инстинкты. Вот только ко мне это не имело ни малейшего отношения… наверное. Собрав всю волю в кулак, я толкнул мужчину в грудь, но он перехватил мои руки и снова опрокинул меня на стол, прижав их к столешнице. Попытки вырваться с моей стороны казались такими жалкими, что я был готов отчаяться, когда на меня сверху навалилось тяжелое тело. Зажмурившись, я укусил альфу, но в этот же момент выгнулся на жесткой поверхности стола, ощутив прикосновение к своему паху. Почему-то тело отзывалось мгновенно, что раздражало меня еще сильнее. Протяжный стон сорвался с моих губ, что вызвало лишь новую усмешку со стороны мужчины. Он без особого труда перехватил мои запястья одной рукой, соединяя их над головой и положив другую руку на мое колено. Губы закололо от нового страстного поцелуя. Он сминал мои губы своими, упорно добиваясь ответа. Я же лишь плотнее сжимал челюсти. Пара – не пара, истинные – не истинные – эта тема бесила меня еще с того момента, как я узнал об этой бурде. Подчиняться законам природы так просто я не собирался. По крайней мере, раньше. Вот только я явно их недооценил. Мужчина провел рукой по моей ноге вверх, минуя в опасной близости мой пах, и забрался под влажную от пота майку. Большой немного шершавый палец погладил область чуть выше лобка, после чего пальцы мужчины скользнули выше, задирая насквозь промокший предмет одежды. Набухшие и немного потемневшие соски были свидетельством моего позора. Как бы я ни брыкался, как бы ни пинался, я чувствовал себя так, будто вот-вот расплавлюсь в его руках. Альфа задержался на тяжело вздымавшейся груди только для того, чтобы бросить на меня полный собственного превосходства взгляд. Однако в нем читалось не только ехидство. Я видел в нем желание и всепоглощающую страсть, от которой у меня закружилась голова. На этот поцелуй я уже с удовольствием ответил, снова пытаясь вырвать руки из захвата. Черт, кажется, я завелся. Что ж, не страшно. Я все равно собирался себе кого-нибудь сегодня подцепить. Пусть это будет этот ненормальный, утверждающий, что мы пара. Когда альфа немного мне доверился, отпуская руки, я тут же сел, едва не столкнувшись с ним лбами. Секунда и звук влажного поцелуя сменился треском порванной ткани. По полу покатились пуговицы – его рубашке пришел конец. Однако, как выяснилось мою «пару» это несильно расстроило. Он провел руками по моим бокам, после чего накрыл большими пальцами мои соски, теребя их и вдавливая в кожу. Мое тело словно прошило током, и я выгнулся, широко распахнув глаза и застонав в голос. Почему так хорошо? Точно так же ко мне прикасались и другие мужчины. Не скажу, что в этот момент ничего не чувствовал, но, по крайней мере, это не заводило меня так сильно. - Нравится? – выдохнул мне на ухо этот садист, потершись носом о мой висок. Я, было, хотел возразить, но он снова поддел мои соски, и я невольно прильнул к нему в поисках все новых и новых ласк, которые не застали себя ждать. Проложив дорожку влажных поцелуев до одного из пульсирующих сосков, он накрыл его губами, скользнув освободившейся рукой к тому месту, где начиналась нижняя часть комбинезона. Звук расстегивающейся до предела молнии, и я вцепился в его плечи, невольно подавшись бедрами навстречу, накрывшей уже напряженный член ладони. Альфа тихо рассмеялся, но он рано ликовал. Недолго думая, я содрал с его плеч рубашку. Следом полетел не нужный сейчас галстук. Я жарко выдохнул, прикоснувшись к столь желанному подтянутому телу. Напряженные мышцы перекатывались под моими руками, из-за чего меня так и тянуло оглаживать и ласкать их. К тому моменту, когда я добрался до шести кубиков его пресса, я поражался, как еще не сошел с ума. Впрочем, наверное, я все-таки сошел с ума, раз занимаюсь таким с человеком, с которым перебросился, в лучшем случае, парой-тройкой словечек. Я вздрогнул, ощутив, как альфа прикусил мой сосок. «Мстит», - пронеслась в голове ленивая мысль. Я уже давно подмахивал бедрами в такт умелым ласкам мужчины. Однако мне больше не хотелось оставаться в стороне. Наоборот, я хотел трогать его, ласкать, доводить до исступления, точно так же, как это делал он. Нехорошо усмехнувшись, я принялся царапать его бедра, вновь поймав его губы своими. Увы, развлечение мое вскоре прервали. Альфа сжал волосы на моем затылке, отстраняя от себя, после чего грубо перевернул на живот, заставив перегнуться через стол. Я хотел, было, приподняться, но наученный горьким опытом «офисный планктон» снова придавил меня к столешнице так, что я даже дышал с трудом. Ничего не понимая, я ощутил, как лба коснулась немного холодная ткань. Или это я так распалился? Впрочем, в следующую секунду меня это перестало волновать. Этот нахал надвинул кусок ткани, коим оказался его галстук, мне на глаза, завязывая узлом с противоположной стороны. Это совершенно не входило в мои планы, но, судя по дальнейшим действиям моей «пары», меня тут спрашивать уже никто не собирался. Руки оказались чем-то стянуты, а в следующий момент альфа сдернул с меня комбинезон вместе с нижним бельем. Я невольно поежился, понимая, как это выглядит со стороны. Честно говоря, это больше напоминало типичную садистскую порнушку, но в более облегченной версии. И вот не надо мне тут! Не смотрел я ее! Ну, почти… Ягодиц коснулись ладони мужчины и в следующий момент они оказались разведены, выставляя напоказ раскрасневшуюся пульсирующую дырочку. Грудной рык ударил по нервным окончаниям, заставив меня приподнять ягодицы сильнее. Мне хотелось слышать этот звук снова и снова, но, увы, видимо, этого было недостаточно. Альфа задумчиво провел пальцем по краям ануса, после чего скользнул им внутрь. Я непроизвольно выгнулся, снова застонав. Тяжесть его тела больше не сдерживала меня, а потому теперь я мог без труда это сделать. - Ты так и не дождался меня, - вновь и вновь, то вторгаясь пальцем внутрь моего тела, то полностью покидая его, цокнул языком мужчина. – Грязный омега. Что ж, мне не остается ничего другого, кроме как очистить тебя. Не совсем понимая, о чем он говорит, я повернул голову в ту сторону, где, как мне казалось, находился незнакомец. Вот только в следующий момент я позабыл обо всем на свете. Легкие сдавил протяжный блядский стон, а внутри все сжалось – альфа прошелся языком между моих ягодиц. Такой подставы я от него точно не ожидал. Он снова и снова старательно вылизывал подрагивающее колечко мышц, изредка проникая внутрь и дразня стенки изнутри. - Хватит, - взмолился я, понимая, что начинаю задирать задницу при каждом его новом прикосновении. Тело отказывалось мне подчиняться, вытворяя все эти бесстыдства, из-за чего я невольно покраснел. Никогда не думал, что такое может случиться, но, как выяснилось, в этом я тоже ничем не отличался от представителей своей братии. В ответ мой невольный любовник добавил к языку еще и палец, окончательно сводя меня с ума. Я уже больше не мог себя контролировать, постанывая под ним и двигая бедрами в такт прикосновениям. Однако в этот раз меня осаживали достаточно грубые шлепки. А я тек, тек, словно последняя шлюха. Впрочем, наверняка в его глазах я таковым и являлся. Не знаю, откуда взялся этот идиотский стереотип, согласно которому омега до встречи со своим истинным должен оставаться девственником. Меня это совершенно не устраивало, особенно во время течки. Я хотел альфу, и мне было все равно, кто это будет. - Неужели было так нестерпимо, что ты не мог немного подождать? – отстранившись и заполняя меня сразу тремя пальцами, выдохнул мужчина. – Ну, ничего. После этого ты забудешь о том, что когда-то хотел кого-то другого. Я не отступлю. Я вновь уловил его рык и невольно довольно улыбнулся. Он словно ласкал каждую клеточку моего тела. Впрочем, ликование мое длилось ровно до того момента, как альфа раскрыл пальцы внутри, резко толкнувшись ими. Я приподнялся на мысочки, чтобы получить больше и довольно застонал. Единственное, что могло меня удовлетворить больше, чем это, - его член. Сейчас я осознал это особенно четко. Не помня себя от желания, я поймал себя на том, что начал повиливать попкой, чтобы получить больше. По подбородку стекала слюна, которую я не успевал сглатывать, но мне было все равно. Я хотел его. Хотел его внутрь. Хотел, чтобы он окончательно свел меня с ума и присвоил себе. Затылок пронзила острая боль – моя «пара» вновь оттянула мою голову назад, заставив приподняться, и снова грубо меня поцеловала. В этот раз от былого более или менее распаляющего поцелуя мало что осталось – он был груб, он давал мне понять, что теперь я принадлежу ему. А я… я был не против подчиниться ему. Я с удовольствием отвечал, посасывая его язык, изредка ощущая болезненные укусы, но это нисколько не сбавляло возбуждение. Почему-то в этот момент я понимал, что заслужил эту жестокость. Более того, она меня пьянила. Увлекшись поцелуем, я упустил тот момент, когда к растянутому проходу вместо пальцев прислонили нечто пульсирующее. Осознав, что это именно то, чего я так хотел, я попытался насадиться на его член самостоятельно, но мне это сделать не позволили. Каждый раз, когда я приподнимал бедра, он лишь потирался об истекавшую дырочку, но входить не спешил. В этот момент мне почему-то стало обидно до соплей. Я был разочарован и измучен, я хотел заполучить его, но он не давался мне, несмотря на то, что сам развел это. Когда альфа вновь проделал это, я почувствовал, как щеки обожгли слезы. Я чувствовал себя униженным и разбитым. Мало того, что я согласился на это и подчинился своим желаниям, меня заставляли вымаливать каждое прикосновение. Нет, хватит. Я больше не могу. Решив покончить с этим, я снова приподнялся, чтобы на этот раз окончательно избавиться от этих ощущений. Даже объятия альфы на этот раз не подействовали. Я больше не хотел иметь с ним дела. В этот раз я вырывался и брыкался всерьез, так что моему любовнику пришлось приложить усилия, чтобы остановить меня. - Прости, - выдохнул он мне на ухо, но я лишь упрямо отвернулся. Влажный поцелуй обжег висок. В определенный момент я снова оказался на столе, но на этот раз на спине. Мой член оказался в плену немного суховатой ладони мужчины, но теперь мне было этого мало. Поняв это, незнакомец навалился на меня, срывая повязку с глаз и резко вторгаясь в мое тело. Вздох облегчения сорвался с моих губ прежде, чем я успел это осознать. Он был внутри… полностью. Такой горячий, пульсирующий и влажный… Альфа склонился надо мной, принявшись слизывать слезы с моих щек. В это же время я ощутил, как он начал постепенно покидать мое тело, и недовольно заскулил. «Нет, не выходи, не хочу», - вновь и вновь крутились мысли в моей голове. И, словно бы в ответ на мои мысли, он толкнулся внутрь, вызывая приятную дрожь во всем теле. Закинув связанные руки за голову альфе, я обхватил ногами его бедра, чтобы ощутить его глубже. Снова рык и осторожные толчки постепенно становились более грубыми и быстрыми. Хлюпающий звук от его проникновений чередовался с похожим звуком поцелуя. Воздуха катастрофически не хватало, из-за чего нам обоим периодически приходилось отрываться друг от друга, но это не могло длиться долго. Словно постепенно мы становились единым целым и уже едва могли провести друг без друга хотя бы долю секунды. Я довольно постанывал, подмахивая бедрами в такт толчкам мужчины и толкаясь в уже покрывшуюся моей смазкой руку мужчины. Я больше не мог сдерживаться или пытаться осадить себя. Стоны становились все громче, в то время как альфа проталкивался все глубже, потираясь постепенно увеличивавшейся головкой о чувствительные стенки прохода. Я просто дурел от этих ощущений, мечась под ним и выгибаясь дугой. Его руки ласкали его, касаясь везде и нигде конкретно. Поцелуи обрушивались на меня приятной волной эйфории, вызывавшей желание прижиматься к этому сильному телу сильнее. - Смотри… отныне смотри только на меня, - раздался где-то на грани сознания хриплый шепот. Мой истинный прикусил мочку моего уха, играясь с ней языком. Приоткрыв глаза, я взглянул в его глаза и понял, что пропадаю в этих бесконечно глубоких омутах. Они затягивали меня похлеще самой большой топи, и я ничего не мог с этим поделать. Точнее, наверное, даже не хотел. Ведь в груди теплилось ощущение того, будто я обрел то, что так долго искал. В этот момент он надавил на мое слабое местечко, и я не выдержал, кончая и зажимая его глубоко внутри. Одновременно с этим я услышал тихий стон любовника и ощутил, как изнутри стенки прохода распирает узел. Сцепка. Теперь уже не повернуть назад. Подумав об этом, я вырубился.

***

Приходил в себя я уже в совершенно другом месте. От запаха яичницы и свежесваренного кофе в животе заурчало. Оглядевшись, я обнаружил симпатичный махровый халат и поспешил накинуть его. Ноги еще едва держали, но я просто не мог усидеть на месте. Что-что, а поесть я любил, особенно после тяжелой смены. В этот же раз она действительно выдалась особенно сложной… и приятной. Довольно насвистывая себе под нос, я вырулил на кухню, которую обнаружил по умопомрачительным запахам. За плитой хозяйничал уже знакомый мне альфа, что так активно разглядывал меня вчера… и не только. Мужчина обернулся ко мне, пожелав доброго утра и предложив сесть за стол. Ну, а я что? Я ж не дурак, чтобы отказываться. Сел, конечно. Уже через пару минут я получил вкуснейший в своей жизни завтрак после лучшего в мире секса. Присосавшись к чашке горячего кофе, я довольно зажмурился. Есть все-таки в мире справедливость. Так я думал до того момента, как альфа не раскрыл рот. - Ты ведь осознаешь, что теперь принадлежишь мне? – с невозмутимым видом уточнил он, отправляя себе в рот последний кусочек яичницы. В этот момент я даже поперхнулся. Я? Принадлежу? Не то, чтобы я был так уж против, но… Не слишком ли быстро? Он оторвал меня от работы, отловил, трахнул, потом привез к себе домой и считает, что дело сделано? Как бы не так! - Пошел ты, - фыркнул я, встретившись взглядом с мужчиной. – Не думай, что если ты смог меня завалить, я так просто соглашусь с тобой провести остаток дней. Нет уж, придется постараться. Я довольно усмехнулся, отставив чашку в сторону и стойко выдерживая внимательный взгляд своей пары. Да, теперь и я явно ощутил то, что нам предначертано быть вместе. Вот только я был слишком упертым, чтобы так просто согласиться даже со своей природой. - Постараться, говоришь… - задумчиво протянул тот, так же отставив чашку в сторону. – Хорошо. Я постараюсь. Ох, что-то не нравится мне эта многообещающая улыбка. Впрочем, ни один из нас так быстро не сдастся. Так что в этот раз все завершится куда интереснее, чем обычно. Если вообще завершится. Отношения, начавшиеся на высоте, просто не могут закончиться так просто.