В Иствуд Холле снова дождь

-И снова маленькая птичка попала в мои сети? – проворковал мистер Блэр, кистью руки проводя по щеке Ника. Парень ухмыльнулся и внезапно осмелел. -Что, опять некого трахать? В колледже мало других мальчиков, а на миссис Грэхем, - Ник кинул презрительный взгляд на стоящую в углу Ингрид, – уже не встает? – не менее презрительно закончил он. Управляющая гневно раздула широкие ноздри и влепила Николасу пощечину. Голова парня мотнулась и он полуприсел, опираясь локтями на стену. -Какого черта!? Я тебя сейчас прикончу, малолетний ублюдок! – заорала Ингрид, замахиваясь, чтобы снова ударить Ника. Николас фыркнул и нагло уставился в глаза мистеру Блэру. Он смутился и отвел взгляд. -Не убьете! Вот он, - парень кивнул на директора. – Он не позволит, я ему зачем-то нужен, я же знаю. Я же вижу, - Ник продолжал пронзительно сверлить взглядом Ричарда. Ингрид шумно выдохнула через нос и отошла к столу. Ник продолжал выпытывающе смотреть на мистера Блэра. -Ну так что? Почему я? Почему не Эрик? А? почему не Боу, не Чак, не остальные? Почему я то? Почему именно я? -Ты так похож на свою мать, - тихо выговорил Ричард. -Что? – глаза у Ника округлились. – Вы знали мою мать? -Еще как знал, - процедил мистер Блэр. – Еще бы я не знал эту шлюху. -Закрой свой рот! – закричал Ник. – Ты не имеешь права так говорить про мою мать! Закрой свой рот! – Николас кинулся было с кулаками на мистера Блэра, но бой-баба миссис Грэхем снова сильно ударила его в лицо. Скитти согнулся, собирая в ладонь капли крови из разбитого носа. -Я имею право говорить про эту потаскуху так, как я хочу. Это было давно, когда-то мы были с этой шалавой в хороших отношениях, - мистер Блэр достал из ящика стола толстую сигару, неаккуратно обрезал ножом для бумаги кончик и надолго замолчал, пытаясь закурить. Наконец он заговорил после долгой паузы. – Мы когда-то даже собирались жить вместе. Твой отец погиб на рудниках, а твоя мать с тобой жила неподалеку от Иствуд Холла. Черт возьми, она была невероятно красива, я клялся ей в вечной любви и постоянно за ней таскался. А потом она сказала, что у нее есть другой. Тебе было около года и она сказала, что я отвратительно подхожу на роль отчима, ну совсем никак. И нашла другого мужика. А меня послала куда подальше. Чертова потаскуха, - мистер Блэр нервно плюнул и сделал большую затяжку. – Ненавижу эту тварь. Миссис Грэхем тихо и дробно рассмеялась. Директор резко на нее обернулся и метнул на нее разгневанный взгляд, Ингрид вздрогнула и отвернулась к окну. -Ты так похож на эту шлюху, - отвлеченным голосом произнес мистер Блэр. – Ну просто копия. Я давно хотел ей отомстить. Давно. С тех пор, как она меня кинула. И я мщу, пусть эта сука смотрит с небес и плачет! – Ричард повысил голос до самой высокой визгливой ноты и внезапно затих. Ник ошарашенно стоял и не мог выговорить ни слова, он даже забыл про кровь из носа, которая все так же продолжала течь, крупными каплями срываясь с немного припухших и обкусанных губ. – Было так приятно выпустить в нее десяток пуль. Николас рванулся и ударил головой в нос Ричарда, заставив того склониться вниз и с ненавистью заглядывать исподлобья в горящие ненавистью глаза Ника. -Ты пожалеешь! Я убью тебя! Ты умрешь в муках, я намотаю твои кишки на руку и буду рисовать твоей кровью на стенах! – брызгая слюной, орал Скитти. Миссис Грэхем обеспокоенно посмотрела на пытающего запихнуть в нос кусочек ткани мистера Блэра, и нажала на кнопку вызова охраны. – Ты ублюдок, сукин сын, ненавижу тебя! Ты отобрал у меня самое дорогое, что только у меня было, гори в аду, мразь! – вошедший охранник скрутил Нику руки и парень забился в огромных лапищах мужчины, продолжая выкрикивать проклятия. Миссис Грэхем кивнула амбалу и он вытащил бесполезно пытающегося пнуть директора Николаса в коридор и повел в сторону одиночного карцера, порой грозя сломать ему руку. Когда они повернули за угол, Скитти тихо сказал, что пойдет сам и никуда не убежит. Мужчина отпустил покрасневшие запястья парня и не спеша пошел рядом с ним. Ник шел, низко опустив голову, но плакать не хотелось. Еще не перегоревшая ярость сотрясала его тело и Скитти периодически поднимал руки и тряс сжатыми кулаками, грозя неизвестно кому. Охранник долго возился с большой железной дверью и никак не мог открыть замок. В полуподвальном помещении было холодно, и Ник постоянно подпрыгивал на месте и тер руки, чтобы согреться. -Вы недавно тут работаете, - внезапно спросил Ник. – Я раньше вас не видел. Я почти всех охранников знаю, - Скитти невесело ухмыльнулся. -Да, я неделю здесь, - охранник удивленно посмотрел на парня и снова отвернулся к двери. -Замок налево открывается, - лениво зевнул Ник. -Что? -Налево, говорю, ключ поверни. Не направо. Направо он закрывается, - Николас невозмутимо изучал свои ногти, в то время как охранник, кинув на парня взгляд, полный мыслей вроде «Откудаонэтознает?», повернул ключ налево. Раздался щелчок и дверь с громким скрипом открылась и Ник, полный воистину королевского достоинства, прошел внутрь, временами обеспокоенно трогая распухший нос. -Можешь закрывать, - проговорил парень, пытаясь удобно устроиться на сетчатой кровати даже без намека на одеяло или простынь. – Ау, не тормози, закрывай! Охранник, словно вынырнув из собственных мыслей, с некоторой злостью захлопнул железную дверь. От грохота кровать немного содрогнулась, после чего Николас услышал удаляющиеся шаги мужчины. В камере было холодно и Скитти, ища хоть немного тепла, поджал колени к груди. Было сумрачно, уже успело потемнеть и в маленькое окошко с небольшой решеточкой светила луна. С громким шорохом мимо кровати пробежала крыса, Ник нашел на тумбочке рядом с кроватью кусочек хлеба, раскрошил его и кинул зверушке. Мать он почти не помнил. Помнил только ее добрые и мягкие руки, как Николас и она вместе гуляли в парке. Теперь картинка начинала складываться воедино. Когда Нику было около пяти, он попал в Иствуд Холл. Он всегда думал, что мать его просто бросила, но ненависти к ней не испытывал. Он думал, что у нее было тяжело с деньгами, или негде жить, или просто ребенок был лишней обузой и в принципе понимал ее. Единственное, за что он был на нее в обиде, так это за то, что за все время она ни разу не пришла навестить его. Теперь же он все понял. Мистер Блэр просто всегда был чокнутым ублюдком, и Ник понимал, почему мать его бросила. Действительно, худшего отчима для мальчика существовать и не могло. И кто знает, может, будь он отчимом Ника, все было бы хоть немного лучше, но вряд ли Блэр смог бы побороть свою тягу к насилию. Ему просто жизненно необходимо было бить и унижать. Зато теперь Николас понял, почему именно он страдал больше всех. Он был прямой проекцией своей матери и таким образом, даже косвенно, директор мог унизить мать Ника. Просто трахнув ее сына. Пусть страдает даже там, на небесах, если она, конечно, там. Пусть смотрит и плачет. Ник горько вздохнул и отвернулся к стене. Из щелей дуло, выдувая из и так уже холодной комнаты последние остатки тепла. Николас подумал, что уже мог бы просто жить здесь. В носу снова стало влажно, парень поднес к ноздрям ладонь и увидел красные пятна. Оторвав от рубашки клочок, он свернул его в небольшой рулончик и запихнул в нос. Жаль, здесь нет зеркала, а то парень посмотрел бы, во что превратилась его симпатичная мордашка. Наверно, сейчас он выглядит так, как будто его лицом ровняли асфальт. Ник провел рукой по лицу и прерывисто вздохнул от боли. Глаз тоже начал опухать. Странно, ведь миссис Грэхем совсем не сильно его ударила. Ах да, еще драка с теми ребятами. Слишком много происшествий на один маленький день. Нужно все это обдумать, тем более что времени предостаточно. Где-то в углу скреблась крыса, которую Ник уже окрестил Джерри. Она все время таскала куда-то хлеб, парень в сумраке более-менее привыкшими к темноте глазами постоянно замечал шевеление голого розового хвоста. Может быть, у нее в норке много маленьких крысят. А у Ника никого. Он злобно укусил губу, сгоняя непрошенные слезы. Он в последнее время и правда как последняя потаскуха, постоянно плачет от жалости к себе, как будто мужчиной его делает только наличие члена в штанах. Ник снова вздохнул, подул на озябшие руки. А он еще удивляется своим постоянным простудам. Немудрено, если пару раз в месяц сидеть в этом помещении, где чуть ли не изморозь на стенах. Как большой холодильник, здесь даже мясо не затухлеет. Как же все-таки здесь холодно. Парень подтянул колени к груди и замер в позе эмбриона. Если повезет, то он сможет уснуть и хоть немного откреститься от реальности. Если ему повезет…