Double Ash — Double Trouble

«Вот чего тебе не хватало, а, Энди? С Эшем же всё было просто замечательно, лучшего парня просто не сыскать, потому что он любящий и преданный тебе, как и ты ему, но не-ет же, тебя понесло на натурала, на которого даже смотреть нельзя было. И который тоже на тебя даже не посмотрит, вернее, посмотрит и поржет с твоей дурости, потому что он тоже понимает, что твои чувства ничего не решают и никакой роли не играют. Для него ты просто идиот, приятный бонус к самолюбию, потому что это всегда льстит, когда тобою интересуются не только те, кем интересуешься ты, но и противоположный этому пол. Но в этот раз я не допущу прежних ошибок. Пусть я не смог заставить себя не западать на этого придурка, но он уж точно не узнает о моих к нему чрезмерных симпатиях. Он вообще больше меня не увидит и вскоре забудет, что общался с таким человеком, как Энди Бирсак. И я забуду о нём, потому что нужно быть настоящим долбоёбом, чтобы променять Эша, этого действительно достойного человека, который меня любит, на того, кто не то что взаимностью ответить не сможет, а ещё и упрекнёт меня моими же чувствами. С глаз долой и с сердца вон, у меня всё получится», - такого рода монолог происходил в голове Энди, когда он сидел в такси, что везло его домой. Он ругал себя и упрекал, обращаясь будто к какому-то левому человеку, которого он судит за глупость, так и принимая то, что этот дурак и есть он сам. Парень не был чересчур влюбчивым, и не врал о том, что когда влюбляется, то в глаза не видит других, и, возможно, он бы даже не подумал смотреть на Оливера, если бы тот не напомнил ему Шейна, парня, на которого он вчера наткнулся в придорожном минимаркете. С ним всё начиналось так же само: сначала они друг друга просто нереально бесили, а затем незаметно для самих себя сблизились в дружеском плане, и если для Шейна это действительно было именно дружбой, то Бирсак поплыл, влюбившись в него по уши. Всё бы ничего, если бы его друг не был натуралом, а сам Ди не состоял в отношениях с другим парнем, с которым всё было просто нереально гладко. Но если чувства к нынешнему бойфрэнду внезапно исчезли, и появились к кое-кому другому, то нужно было что-то менять. По крайней мере, так думал брюнет, поэтому он, не задумываясь, порвал с нелюбимым, после чего открылся Шейну, надеясь если не на взаимность, то хотя бы на понимание. То, что произошло потом, парню не хотелось вспоминать даже как страшный сон, и Энди пытался забыть тот период своей жизни, вычеркнуть его из памяти и просто сделать вид, что ничего не было. И он, пусть и не сразу, но успешно с этим справился: переехал в другой город и начал новую жизнь, встретил человека, в которого влюбился, и это чувство оказалось взаимным, а прекрасный внешне, но гнилой внутри блондин стал не более чем ночным кошмаром, который снился когда-то в прошлой жизни. Всё было просто идеально до появления на его пути парня сестры любимого человека. Не сразу, а спустя какое-то время общения с ним, Сайкс стал напоминать Энди кое-кого из прошлого, и это напоминание заставило немного отвлечься от слепого обожания Эша и начать сравнивать Оливера и Шейна, думать о том, мог бы он обратить на этого так непохожего внешне на «бывшего возлюбленного» шатена внимание, согласиться с тем, что мог бы, и попытаться забить. Но студент как будто бы назло стал подкупать Бирсака такими мелочами, от которых Ди просто таял. Это происходило невзначай, неосознанно со стороны медика, и окончательное осознание того, что он попал, накрыло Бирсака с головой совсем недавно, в прихожей дома Пёрди, когда Оли, даже не лучший друг, а просто товарищ, хотел порвать на британский флаг человека, который причинил ему, Энди, боль. Никто раньше для брюнета такого не делал, ни один парень и ни один друг, Ди сам разбирался со своими проблемами и обидчиками, ни от кого не ждал помощи, да её особо никто и не предлагал. А здесь не просто слова, а истинное желание поквитаться с тем, кто его расстроил… Это желание Оливера чувствовалось буквально физически, но то, что это отнюдь не знак внимания ему, Бирсаку, как парню, а просто дружеский жест, было просто очевидно. Этот забавный будущий доктор просто души не чаял в своей Эшли, готов был рвать за неё любого, ревновал её к каждому столбу, но в то же время готов был даже отпустить Эш, лишь бы она была счастлива с тем другим, которого она могла бы полюбить. Да и сам голубоглазый понимал, что даже если был бы шанс влюбить в себя Сайкса, он бы им точно не воспользовался, потому что это было бы настоящим предательством. Предательством по отношению к своему парню, который так ему доверял, что даже не мучил глупой ревностью и сопутствующими скандалами, по отношению к его близняшке, этой милой девушке, которая просто влюбилась в него как в лучшего друга, и делать больно этим двум людям Энди уж точно не собирался. Он не был подлым и готов был жертвовать своим спокойствием ради того, чтобы не причинять боль близким. Но и самому страдать тоже не хотелось, поэтому парень решил, что самым правильным решением в сложившейся ситуации будет попробовать искоренить из сердца едва успевшие зародиться чувства, вычеркнуть Оли из своей жизни и постараться убедить себя, что он по-прежнему без ума от Эшли. И на данном этапе брюнету казалось, что это будет совсем нелегко, но всё же провернуть такое вполне реально. В любом случае попробовать стоит, но выйдет ли с этой попытки действительно что-то удачное… Он узнает потом. В то самое время, как Ди пытался себя успокоить и заставить сердце слушать голос разума, в доме Пёрди происходила настоящая баталия. Эшли (которая уже мысленно праздновала свою победу над братом в их споре, ведь ей действительно казалось, что не сегодня-завтра Оли и Энди обязательно поймут, что созданы друг для друга) поверг просто в нереальный шок произошедший на её глазах скандал. Это означало, что весь прогресс, произошедший в отношениях «подопытных», а он был немаленьким, сошел на нет, и время её освобождения от связи с Оливером переносится на более поздний срок, ведь теперь придётся всё начинать сначала. - Всё же было хорошо, какого хрена вы опять сцепились? – вопила она, носясь по гостиной вокруг притихшего на диванчике шатена. - Ему так захотелось, - пожал плечами Сайкс, но Эш не верилось, что именно Энди так захотелось. Она была просто уверена, что не кто иной, как Оли, зачинщик их очередной размолвки. Её близнец просто стоял, сложив руки на груди и подперев плечом стену, и размышлял о том, что за человека встретил вчера Бирсак, и почему эта встреча так кардинально изменила не только самого Ди, но и его отношение к парню его сестрёнки. Ведь Эшли был с ней полностью согласен, что ещё вчера всё было более чем хорошо. Сам студент выглядел немного расстроенным, но всё же не хотел признаваться, что послужило причиной такой резкой перемены отношения друг к другу между ним и Энди. - Та-ак, я спокойна, - девушка упала на диван и проговорила эту фразу настолько нервно, что Оли и Эш сильно засомневались, что это действительно так. – Я спокойна, - уже действительно более уравновешенно сказала Пёрди и сделала глубокий вдох, а затем выдох. – А теперь рассказывай по порядку, в подробностях, можешь даже по ролям разыграть, о чём вы говорили, что, приди я немного позже, то застала бы драку! - Ты не застала бы драку в любом случае, - с неуместной улыбкой от представления, как он изображает ссорящихся себя и Энди, покачал головой Сайкс. - Не съезжай с темы, - протянула Эш и зыркнула на своего брата, чтобы заручиться его поддержкой. - Слушай, если Оливер не хочет об этом говорить, то, значит, не нужно его донимать, - к удивлению, как и сестрёнки, так и самого Оли, выдал брюнет. – Это их с Энди дело, и если они считают, что нам чего-то знать не стоит, то так тому и быть. Верно, Оли? Парень медленно кивнул, а Эшли смерила близнеца испепеляющим взглядом, говорящим: «Как так?! Ты должен поддерживать меня!». Шатена накормили завтраком, и студент признался, что даже дома так вкусно никогда не ел, затем отправили в университет, и, наконец, заговорщики остались наедине. Мисс Пёрди сразу же набросилась на Эша, потому что сорвать всю злость на Оливере не удалось, он каким-то образом не поддавался на провокацию и вёл себя тихо, а братец дал отличный повод поскандалить тем, что не поддержал её, когда это требовалось. - Послушай, я не просто так сказал то, что сказал, - закатил глаза Эшли. – Я всё ещё работаю над тем, чтобы Оли видел во мне друга, чтобы начал доверять, и я смог промывать ему мозги. Потому что если я буду просто каким-то знакомым и стану заливать ему о том, что смена ориентации – это не криминально, он меня просто пошлёт и всё. - Ну-у… Тут ты прав, да, - кивнула брюнетка. – А меня предупредить слабо было? - А как бы я тебя предупредил? – фыркнул парень. – Да и то, что я сказал… Я так на самом деле думаю, вот. У каждого могут быть секреты, и пусть нам с тобой неприятно, что «самые близкие» скрывают от нас что-то, но они имеют на это право, мы перед ними тоже не кристально чисты, согласись. - Ладно, спорить не буду, - вздохнула Эшли. – Но вот с чего они сцепились? Должна же быть адекватная причина такой смены погоды в их отношениях… А вы ещё и говорите, что все бабы нелогичные и нервные! На себя смотрите, прежде чем на нас ярлыки вешать! – вновь завопила Пёрди, чем напугала собеседника. - Я так не думаю и никогда не думал, и, уж тем более, никогда не говорил девушкам, что они бешенные невротички! – едва не перекрестился Эш. – Нервных и странных особей среди представителей обоих полов навалом, да только я раньше почему-то никогда за Энди не замечал, чтобы он без причины начинал себя странно вести. Причина определённо есть, но он её скрывает. - Оли, конечно, вспыльчивый, но просто так тоже не стал бы гнать на человека, - задумалась девушка. – Даже тогда, когда во время первой встречи с Ди он не захотел общаться, оказывается, этому была причина – он подумал про него какую-то небылицу, вот и… - Я знаю, эти признание и прояснение в его голове при мне произошли, - улыбнулся брюнет. – Итак, что у нас в плане? Мне кажется, для начала нужно как-то с причинами их нового конфликта разобраться, прежде чем снова пытаться свести их в одну компанию, потому что они сто процентов просекут, что мы нарочно тараним их лбами. - Да, но как это сделать? – прохныкала Эшли, закрывая лицо руками. – Блин, только начало дня, а я уже успела устать и заебаться… - Допрашивай Сайкса, но не так, как сегодня, а мягко и хитро, и старайся, чтобы их с Энди конфликт не был единственной темой ваших разговоров, а то он снова-таки что-то заподозрит, - предложил парень. – Я беру на себя Ди, и у меня, как мне кажется, задача посерьёзнее будет, потому что мне не только это у него нужно выспросить, а он крепкий орешек, совсем не желает колоться. А так на крайние меры идти не хочется… Что там за крайние меры, Эш спрашивать не стала, потому что её задание, в отличие от братишкиного, казалось ей действительно едва выполнимым. У неё были проблемы с тем, чтобы держать себя в руках, Пёрди любила получать всё и сразу, и как разговаривать со своим молодым человеком на отвлечённые темы, да и не давить на него во время «допросов», она понятия не имела. В таких случаях Эшли всегда говорила: «Нужно что-то менять!» - после чего шла и меняла. В основном это был цвет волос, но девушка верила, что даже незначительная перемена во внешности делала из неё другого человека, которому было проще справиться с тем, с чем не могла совладать «старая версия». - Нужно что-то менять! – громко заявила Эш, ударяя ладонью по бедру и гордо вскидывая подбородок. – Срочно. - Не-ет! – простонал её близнец, потому что знал, что значит эта фраза, и чем она грозит конкретно ему. – Ну ты ведь не сделаешь этого, правда? Я ведь такой охуенный с этим цветом, ну пощади ты меня… - Да ладно, то, что я придумала, несильно будет отличаться от того, что есть сейчас, честно, - хихикнула пока ещё брюнетка, вскакивая с места. – Добавлю немного красного, кончики или мелирование там, но чёрный сохраню, обещаю! – последнее было произнесено с такой интонацией, что Пёрди мог бы засмеяться, если бы действительно не волновался о своём внешнем виде, поэтому он просто обречённо вздохнул. – Или и то, и другое сделаю… - Но почему красный? Нет, он красивый, нам пойдёт, но ведь это цвет страсти и ярости, а этого в тебе и так хватает. - Ты хочешь что-то успокаивающее? – фыркнула девушка. – Голубенький-зелёненький? Я могу, но тебе же хуже, брат, - покачала головой Пёрди. - Ладно, - трагическим голосом заключил Эш. – Пусть будет красненький… Энди не знал, как отмазываться от Эшей, когда они вновь начнут звать его на совместные тусовки с Оли, да особо отмазываться бы и не пришлось, если бы шатен не раскусил его хитрый замысел и действительно вновь его возненавидел. Тогда бы он сам избегал компании Бирсака, не лез к нему с общением и душевными разговорами, своей заботой, и даже нахождение в одном помещении не было бы для Ди столь невыносимой пыткой. Хотя Оливер что-то говорил о том, что: «Если ты хочешь, чтобы я относился к тебе как раньше и считал тебя мудаком, если тебе будет от этого легче, будь по-твоему», - но что это значило, парень так и не понял. Нарочная игра на публику, взаимные оскорбления и прочее каждый раз, как они будут видеться? Это ведь смешно и по-детски, но Энди почему-то казалось, что Сайкс на такое способен, если уж пообещал. Только вот проверять это совсем не хотелось, потому что не хотелось больше видеть Оливера вообще, хватало того, что студент не покидал мыслей брюнета. Ди вернулся домой, но перед этим забрал своих питомцев у соседки (он отдавал всех своих «временных» котят и щенят, а также постоянного любимца, кота по имени Честер, этой милой леди каждый раз, как куда-то уезжал и не мог за ними приглядывать), перезвонил на работу и узнал, что сегодняшний день всё ещё считается его выходным, поэтому решил провести его безвылазно сидя в доме. Так он и поступил: до самого вечера занимался всякими мелкими делами, на которые обычно не хватало времени тогда, когда приходилось вкалывать на студии, а уже вечером созвонился с любимым парнем, который, к счастью, совсем не кантовал его разговорами об Оли и их непонятной ссоре. Было приятно, что этот человек действительно понимал, что есть темы, которые не стоит затрагивать, и, должно быть, Эш когда-нибудь ещё задаст неприятные вопросы, но радовало то, что, по крайней мере, сейчас он не был навязчив. Далее парня захватили трудовые будни, но при этом паранойя и боязнь встречи с Оливером никуда не делись. Полностью погрузиться с головой в работу не удавалось, постоянно где-то на горизонте сознания маячил образ, и Ди сам неосознанно искал знакомые очертания студента-медика в каждом прохожем или даже в людях, с которыми приходилось иметь дело на работе. С Эшли он тоже не виделся несколько дней, лишь созванивался с ним по телефону, и тот как-то пару раз пытался вновь завести разговор о его столкновении с «каким-то мерзким блондином, будь он неладен» и размолвке с Сайксом, но Энди мягко намекал, что разговаривать об этом по телефону не лучший вариант. Правда, о том, что он и при реальной встрече говорить не станет, брюнет не упоминал, но надеялся, что Эш сам догадывается. Однажды, по возвращению Ди домой, у него зазвонил телефон, и тревожное предчувствие моментально кольнуло в сердце стальной иголкой, когда на экране парень увидел незнакомый номер. Но тут же здравый смысл стал уверять, что это просто абсурд, что Сайкс стал бы узнавать его телефон и звонить ему, чтобы поговорить, поэтому не стоит бояться брать трубку. И голубоглазый решил отвечать. - Слушаю, - всё же слегка неуверенно произнёс Бирсак, опасаясь услышать голос, от которого с недавних пор по телу начинали бегать мурашки. - Приятно удивлён, что ты поднял трубку, - и всё же первое предчувствие не обмануло, и лучше было бы к нему прислушаться, чтобы сейчас не сползать по стене и не закрывать лицо руками, обвиняя себя в глупости. - Теперь буду знать, что в следующий раз поднимать её не стоит, когда вновь высветится этот номер, - упавшим голосом ответил Ди, удерживая палец возле кнопки сброса, но так и не решаясь прекратить разговор настолько невежественным способом. – Зачем ты звонишь? - Даже не спросишь, откуда у меня твой номер? – по голосу было слышно, что сейчас Оли пребывает в прекрасном расположении духа, Энди же его позитивного настроя не разделял. - В нашем мире узнать что-либо не такая уж и проблема, - сдержанно ответил голубоглазый. – Так что тебе нужно? Мы, кажется, уже всё обсудили и поняли друг друга, разве нет? - А я думал, что тебя за несколько дней отпустит, и мы сможем поговорить и действительно всё выяснить, без постановочных шоу и театральной игры, - хмыкнул Сайкс, немного растеряв свой позитив. – Значит, ошибся? - Ошибся, - выдохнул Энди, вновь прикрывая глаза. – Не звони больше, меня не «отпустит», понимаешь? Я всё уже сказал, я не хочу общаться. - Хорошо, звонить я не буду, - спокойно ответил студент. – Но ты же понимаешь, что общаться нам всё равно придётся из-за Эшей, постоянно избегать меня не выйдет. Что будешь делать? - Кто-то мне обещал относиться ко мне как раньше, если мне от этого будет легче, - с трудом выдавил из себя брюнет. – Мне будет легче, правда. - Ну тогда и ты мне, блять, не смей звонить! – рявкнул Оли и сбросил вызов, только вместо обиды или хотя бы раздражения эта фраза, сказанная нарочно (ведь он только что сам попросил), вызвала у Бирсака смех. Возможно, если они с шатеном будут оскорблять друг друга как два идиота, от этого действительно будет немного легче контролировать свою к нему симпатию, чем, если бы медик продолжил смотреть на Ди участливым взглядом и постоянно его опекать… Возможно, но не факт. Парень не подозревал, что такая же реакция, то есть нервный смех, была и у самого Сайкса от произнесённой им же фразы. Он не понимал, зачем ведётся на эту игру, но если Энди действительно это нужно… Пусть будет так. Хотя причину того, почему Ди решил прекратить общение, узнать хотелось просто неимоверно, и Оливеру казалось, что он всё же разберётся в этом всём, пусть и не сразу. Шатен был на сто процентов уверен в том, что с Бирсаком они встретятся ещё не раз, время и возможность покопаться в прошлом этого человека обязательно представятся. Эшли с отвращением смотрел на себя в зеркало. И дело было не в изменившейся внешности (напротив, он сам обалдел от того, что ему новая причёска понравилась гораздо сильнее старой), а в том, что ему сейчас нужно было идти к Энди. Причём он сам был инициатором этого визита, ему было кое-что нужно от парня, но включать актёра, говорить неправду только для того, чтобы добиться желаемого, казалось ему низким по отношению к Ди. Раньше Пёрди никогда за собой подобного не замечал: он льстил, если это было нужно, врал, глядя в глаза и с самой невинной улыбкой на лице, мог сходу совершить какое-то безрассудство, не задумываясь, что будет потом, как-то даже переспал с чужим парнем ради выгоды, а сейчас он был не в состянии пойти к своему бойфрэнду и сделать то, что планировал. С одной стороны можно было бы подумать, что Эш влюбился, вот и не может позволить себе так обращаться с любимым человеком, но всё было как раз таки наоборот – ему было нереально сложно говорить Бирсаку слова любви и изображать по отношению к нему чувство, которое он не испытывает, ему было сложно заставлять себя обнимать Энди как своего парня, целовать его, ощущать тепло его взмокшего тела и лежать в обнимку после секса. И, опять же, дело не в том, что «любимый» стал ему настолько противен, или сам кареглазый как-то в нём разочаровался, дело было в неприемлемости своего собственного обмана. То, что раньше казалось шалостью и считалось чем-то из разряда «ничего такого, это просто для развлечения», теперь стало казаться грязью. - Когда я успел стать таким? – неверяще протянул бывший брюнет. – Энди – грёбаный пенициллин, попал своей идеальностью в мою чёрную душу и стал её очищать, и теперь я начинаю себя ненавидеть. Зачем я только связался с тобой тогда?.. Как при таких метаморфозах с восприятием мира и себя самого вести свою лживую игру дальше, Эшли не знал, но понимал, что из-за сестры, из-за этого дьявола в юбке, которого он любит больше, чем себя, он будет переступать через себя и ни за что не бросит начатое, пока авантюра не придёт к логическому финалу, или пока она не позволит всё бросить. Пёрди уже подходил к знакомой двери, хотя внутренне всё ещё не был готов к импровизированному свиданию, но больше тянуть было некуда, поэтому парень выдохнул и нажал на кнопку звонка. Раздался приятный звук, спустя полминуты после которого удивлённый таким поздним визитом Энди стоял на пороге и внимательно рассматривал Эша, едва различимого в ночных сумерках. - Проходи, - брюнет быстро взял себя в руки и отступил на шаг назад, чтобы гость мог войти, и едва его возлюбленный оказался в прихожей, он понял, что смутило его, едва он отворил дверь. - Оу, Эш, ты выглядишь... Так непривычно, - протянул Ди, но тут же поспешил добавить: – Но тебе очень идёт, правда! - Угадай, почему я так выгляжу, - вздохнул кареглазый с такой безнадёжной тоской, что захотелось его пожалеть (хотя тоска была напускной, чтобы у него был повод пожаловаться). - Сестричка «удружила», да? – с едва скрываемой улыбкой уточнил Бирсак. – Могу сказать одно: тебе ещё повезло, что она не остановила свой выбор на рыжем, потому что мне даже представить тебя трудно с таким цветом. А этот очень даже ничего. - И на том спасибо. Поесть чего-нибудь есть? – всё же пытаясь переключиться на более позитивный лад (потому что так было нужно), уже с интонацией чуть повеселее поинтересовался Эшли. – А то я к тебе надолго. - Ну как бы есть, но, зная тебя, ты снова скажешь «фи», и станешь готовить что-то своё, - рассмеялся голубоглазый. – Предупредил бы заранее, что придёшь, я бы не парился с ужином и не «портил продукты», как ты любишь говорить. - Я тебе вообще нож в руки брать запретил, помнишь? – приподнял брови Пёрди, снимая верхнюю одежду и направляясь на кухню. – У тебя до сих пор сквозная рана, на которую смотреть страшно. Так ведь к доктору и не сходил, как Оливер просил, и не зашил это безобразие, я прав? - Ну насчёт сквозной ты преувеличиваешь, - голос брюнета немного изменился, стал более холодным и сдержанным. – Да и зашивать рану спустя столько времени просто не имело смысла, всё уже зарубцевалось и стало подживать, зачем было её снова ворошить? – на то, что на этом шаге, по словам Эша, настаивал именно Оливер, Энди ничего не сказал, чтобы парень снова не свёл всё к теме «почему вы вновь поссорились». Но Эшли именно этого и хотел, хотя понял намёк о нежелании голубоглазого об этом говорить, поэтому ничего отвечать не стал. Пёрди был приятно удивлён, что еду, которую состряпал себе Ди в качестве ужина (парень знал, что его молодой человек не любит особо париться с этим), не просто можно было есть, но она ещё и имела приятные вкусовые качества. Захотелось даже как-то похвалить Бирсака, и кареглазый не стал себе отказывать в этом желании. «Хоть что-то за вечер скажу искренне и от всей души», - подумал он, нахваливая простенький, но от этого не менее вкусный рыбный пирог. Уже в спальне Бирсака, когда настало время для того, чтобы отдаться друг другу в порыве страсти, каждый из парней пытался что-то себе доказать. Энди – что по-прежнему любит Эша и по-прежнему хочет его так же сильно, как раньше, Эшли – что ему удастся и дальше играть чувства, которых нет, и если Ди удалось ввести себя в самообман, что его возлюбленный слишком хорош, чтобы терять голову от какого-то там Оливера, то Пёрди терпел поражение в схватке с самим собой. Он понимал, что не сможет притворяться слишком долго, что скоро выдержке придёт конец, поэтому единственными мыслями Эша во время близости были мысли о том, чтобы поскорее сбагрить своего благоверного в руки Сайкса, и со спокойной душой найти кого-нибудь менее светлого, чтобы не казаться на его фоне слишком порочным. - Эшли, ты – самое лучшее, что случалось со мной за всю жизнь, - тяжело дыша и прижимаясь к, теперь скорее красноволосому, чем брюнету, шептал Ди. - У тебя ещё всё впереди, Энди, - ляпнул кареглазый, думая о парнях, с которыми ему только предстоит познакомиться. - То есть, ты не веришь в то, что наши с тобой отношения – это надолго? – тут же напрягся Энди, немного приподнимаясь на локтях и заглядывая бойфрэнду в глаза. – Больше не любишь меня? - Не говори ерунды, милый, я совсем другое имел в виду! – поспешил оправдаться Пёрди, понимая, что немного сглупил. – Я о том, что у тебя большое будущее и что ещё будут такие моменты, которые ты по праву будешь считать самыми прекрасными, - отбрехался парень, надеясь, что это прозвучало правдоподобно. - Никакие взлёты в карьере или прочие удачи никогда не сравнятся для меня со счастьем, которое может подарить поистине любимый человек, - покачал головой Бирсак, вновь расслабляясь и укладываясь рядом с Эшем. - Ох, уведут тебя у меня, и мне больше никогда не будут говорить таких красивых и романтических вещей… - нарочно как бы упрекнул, но в то же время польстил Энди парень. - Теперь ты ерунду говоришь, - наморщил нос Ди, потому что действительно считал сказанное бредом. - Ещё скажи: «Да кому я нужен, кроме тебя? Я же совсем не красивый, не умный, не забавный, сердце у меня не доброе, и талантов нет нифига, кому ж я такой несуразный сдамся?», - начал кривляться Эшли, чем рассмешил брюнета. - Перестань, - Бирсак несильно пихнул кареглазого в бок. – Даже если кому-то и сдамся, то какой мне смысл менять такого классного тебя на какого-то «несуразного», которому вздумается на меня запасть? Пусть обламывается, я занят, - фыркнул Энди, и тут ему уже пришлось постараться, чтобы убедить себя, что занят он действительно Эшем. Далее Пёрди нарочно завёл разговор в другую степь, стал говорить о чём-то нейтральном, и когда уже Энди начал потихоньку отключаться, вновь вернулся к опасной теме. - Слушай, знаю, что ты меня сейчас с кровати столкнёшь и сильно разозлишься, но… Мне всё ещё не даёт покоя последний день нашего мини-отпуска и следующее утро после возвращения. Просто расскажи мне всё, и я отстану, клянусь. - Ну всё же так хорошо было, - прохныкал Ди, после чего решил действительно покончить с этой темой – сказать Эшу то, что он хочет услышать, ведь это не обязательно должна быть правда, верно? – Спрашивай, но чтобы потом больше действительно к этому разговору мы не возвращались. - Отлично, - с облегчением вздохнул Эшли, так как даже не думал о том, что брюнету придёт в голову ему врать. – Кто был тот человек, которого вы с Оливером встретили в придорожной забегаловке, и почему эта встреча так повлияла на ваши, почти успевшие стать дружескими, отношения? - Это был мой бывший лучший друг, - закатил глаза Энди, пытаясь говорить уверенно и ничем не выдавать собственное волнение. – Он меня конкретно предал, хотя официальной ссоры и «громкого расставания» не было, я тогда просто переехал в наш город и потерял его из виду, как и он, впрочем, потерял меня. Я не хочу рассказывать тебе подробности, меня и так уже трясти начинает только от мимолётного воспоминания об этом человеке, просто знай, что он меня обидел. Именно поэтому я себя странно вёл в тот день – ничего со своей впечатлительностью я поделать не могу. - Так, с этим разобрались, - подвёл итог красноволосый. – С Оливером что? Как твой бывший друг с ним связан? - Никак, - поспешно соврал Ди. – С ним другая история. Просто я понял, что не хочу с ним общаться, и мы бы не общались, если бы не напились и не поговорили во время нашего похода. Я просто как бы перемотал время назад и вернул нас с ним в момент, когда только познакомились, - парень сам не верил то, что несёт, но более похожей на правду причины он придумать не сумел. - Бред какой-то, - честно признался Эшли, услышав эту легенду. – Ты сам говорил, что с удовольствием с ним общался бы, если бы он тебя не задирал, а теперь пытаешься меня убедить, что это было не так, и что ты «внезапно понял», что вам лучше не общаться. Ничего правдоподобнее не придумал? - Нет, - отворачиваясь на другой бок, буркнул голубоглазый, потому что его любимый попал в точку. - Он обидел тебя чем-то? – уже более мягко поинтересовался Пёрди. – Если да, то не нужно молчать и как-то его выгораживать, просто скажи мне и всё. Я всегда буду на твоей стороне, но если ты скажешь не лезть в ваши с ним отношения, и за тебя не заступаться, я не стану этого делать, просто сделаю вид, что ничего не знаю. - У нас с ним нет никаких отношений, - сквозь зубы прорычал Ди, потому что его напрягало слово «отношения», применяемое для описания того, что происходит между ним и Сайксом. – И постоять за себя я и сам могу. А теперь я хочу спать, поэтому доброй ночи. Так и не добившись никакого связного ответа, Эшли решил довольствоваться тем, что, по крайней мере, узнал правду о неприятном блондине, поэтому пожелал доброй ночи в ответ и со спокойной совестью уснул. Дальнейших недели полторы в жизни Бирсака царил относительный покой. Всё было так, как он того и хотел: Оли не появлялся на его пути (хотя паранойя порой заставляла искать его черты в окружающих), не звонил, близнецы тоже не доставали его разговорами о шатене, и, казалось, вот он, пусть к исцелению. Ещё немного, и этот студент будет вспоминаться как какое-то странное и недолговременное помешательство, просто сбой в системе, который сам по себе и устранился. Энди и хотел этому радоваться, но боялся сглазить, поэтому ждал момента, когда все страсти внутри его груди окончательно улягутся. На задворках сознания он осознавал, что этого не будет, но всё равно старательно себе внушал и пытался себя обманывать, что просто нужно больше времени. Эшли добилась от Сайкса признания, что он как-то попытался извиниться перед Ди, но тот стал выпендриваться, и он послал странного брюнета к чертям, но за что именно извинялся Оливер, и как Энди выпендривался, узнать не удалось. Девушка все надежды возлагала на брата, потому что знала, что он немного лучше неё разбирается во всех тонкостях человеческой психологии, поэтому он (наверное) сто процентов найдёт ключики от сердец двух своенравных парней и вручит медику ключ к завоеванию Ди, а Бирсаку – открывающий дверку в душу Оливера. Оли был спокоен, так как, во-первых, знал, что с Энди он ещё обязательно увидится и разберётся с его тараканами, во-вторых, эта задача на данный момент не была у него в приоритете, поэтому он не видел смысла дёргаться и нарочно искать встречи с парнем брата возлюбленной. Студент просто жил своей жизнью, изредка вспоминая странного блондина, и немного чаще вспоминая обладателя длинных тёмных волос и ярких голубых глаз. Несмотря на то, что жил он один, еды в холодильнике почти всегда катастрофически не хватало, поэтому Ди привык, что раз дня в три нужно устраивать долгое и нудное хождение по какому-нибудь супермаркету и нагребать полную тележку провизии. Это не приносило особого удовольствия, но и прекратило нагонять невыносимую тоску, как бывало раньше во время походов по магазинам, поэтому Бирсак с безразличием на лице шагал вдоль полок, наполненных товарами самых пёстрых цветов, правда, не катил перед собой тележку, а лишь сжимал в руке пластмассовую ручку корзинки. Впереди замаячил довольно знакомый силуэт, и во рту у парня моментально пересохло, как будто бы он только что пробежал километр на пределе своих возможностей. Сначала Энди надеялся, что это очередной обман зрения, несколько раз до этого уже казалось, что он видит Оливера, но на самом деле это оказывались просто очень похожие на него парни, но нет, в этот раз ошибки быть не могло – в десятке метров от него действительно стоял тот, кого совсем не хотелось видеть. Что делать и как себя с ним вести, спрятаться в стеллажах, пока он не заметил (хотя для этого уже было поздно – Оли тоже его заметил), демонстративно проигнорировать или всё же просто пройти мимо и поздороваться, Энди не знал. Сайкс, также заметивший знакомое лицо, тоже ожидал именно действий Ди, сам ничего предпринимать не спешил, но всё же его обрадовало то, что он оказался прав – их встреча всё же состоялась, несмотря на то, что брюнет этого ну уж очень не хотел. - Надо же нам было среди сотен супермаркетов этого города выбрать один и тот же и прийти сюда в одно время, - всё же проходя мимо, но не притормаживая для длительного разговора, протянул Бирсак. Могло показаться, что парень говорит сам с собой, но Оли-то знал, что это обращение адресовано ему. - Это, по-моему, судьба, парень, - хихикнул шатен, поворачиваясь лицом в ту сторону, в которую удалялся голубоглазый. – А от судьбы не уйдёшь. - Я возненавижу магазины, - себе под нос буркнул Энди, после чего на несколько мгновений развернулся, но продолжил шагать, правда, теперь задом наперёд, и с растянутым в притворной улыбке лицом показал парню фак. Затем снова повернулся к Сайксу спиной и ускорил шаг, направляясь к кассам, чтобы поскорее смыться из этого торгового помещения. Оливер с довольной улыбкой проводил его взглядом, после чего негромко заговорил: - Я бы тебе ответил, но ты уже свалил, поэтому поберегу силы до нашей следующей встречи. Уверен, она состоится скоро.