Маленькая грубиянка

      Первое сентября. Как бы я ни любила свой новый профильный класс, идти в школу не было ни малейшего желания. А всё это из-за нашей школьной баскетбольной команды. Они относились ко всем девчонкам вполне нормально. Ко всем, кроме меня. Эти высокие тупицы только и знают, как меня обидеть и задеть. На совместном занятии по физкультуре так и норовят попасть в меня мячом. А они, между прочим, очень сильно бьются и оставляют немалые синяки. Всегда толкают меня, когда я иду по лестнице, сбрасывают мои учебники. Но хуже всего — мой родной брат состоит в этой команде. Мало того, что в школе житья и покоя не дают, так ещё и дома эта односторонняя война продолжается. Сколько бы я ни просила маму перевести меня в другое учебное заведение, она твердила: «Не говори глупостей. Тебе осталось там доучиться всего два года». Да, мам, ещё два года сущего ада под голубым небом.

***

      Прошла всего неделя учёбы, а меня уже с ног до головы синяки покрывают. Зачем классу с уклоном на биологию и химию ставят физкультуру четыре раза в неделю? И почему мы должны заниматься вместе с одиннадцатым классом? Что происходит с теми людьми, которые составляют расписание уроков?! Что происходит с нашим физруком, который не выпускает нас на улицу, когда в спортивном зале даже дышать нечем? За пределами школьных стен есть хоть малая вероятность того, что в меня не попадут мячом и я спокойно смогу посидеть на газоне, читая учебник. Так нет же! Я никогда не смогу вернуться домой без синяков. Как же я ненавижу этих чёртовых баскетболистов! Меня прям в жар бросает, когда я вижу их! У меня на них уже аллергия!

***

      Сегодня мне хорошо прилетело мячом по голове, поэтому очнулась я уже в медицинском кабинете с ледяным пузырём на затылке.       Рядом на столе лежали мои вдребезги разбитые очки. Ну, и как я теперь домой пойду? Я же ничегошеньки не вижу.Чёрт! Когда же эта проклятая школа сгорит до последнего кирпича вместе с этой треклятой командой и всеми ее наградами!       Я медленно и аккуратно поднялась с кушетки, завела руку назад и легонько коснулась затылка. Шишка есть, но небольшая. И ноет. Блеск! Так, теперь нужно дойти до двери и ничего здесь не снести. Вообще, зрение у меня не такое уж и низкое, чтобы совсем ничего не видеть. Всего-то минус три, но я всегда ходила в очках и поэтому привыкла видеть хорошо. А теперь только размазанные силуэты, мир в расфокусе.       Повернув ручку и открыв дверь, перед моим плывущим, куда-то в дальние дали, миром предстала картина: один из этих длинных тупиц развалился в кресле медсестры и дрыхнет. Крепко так спит.       Интересно, в медицинских кабинетах держат серную кислоту? Было бы очень даже кстати. Но, вместо того, чтобы рыться по полкам и искать эту чудную штучку, я подошла к этому отродью и ногой пнула его стул. Парень проснулся и уставился на меня своими огромными серыми глазами.       — О, ты уже очнулась, — произнёс он. Эти слова отдавались эхом в моём затылке.       — Где сестра? Мне домой нужно.       — Она ушла в другой корпус к младшеклассникам. Сказала, что вернётся не скоро.       Ну конечно же. Так и должно было произойти. Девушка с травмой и герой красавчик оказались в комнате совсем одни. Серьёзно? Надо было всё строить именно по этому сюжету? А почему бы, например, не на вершине проснувшегося Везувия, или посреди арктической пустыни. Я была бы не против. Там хоть есть шанс столкнуть этого метателя мячей куда-нибудь.       Я молча развернулась и направилась к выходу из кабинета. Здесь мне делать уже нечего. Полежала, отдохнула — хватит. Пора домой. Там обезболивающих достаточно. Приду и сяду за органику. Некогда мне тут время терять и ждать сестру.       — Эй! — окликнул парень. Это словно удар по гонгу возле уха. — Ты ждать её не будешь? Она просила подождать.       — Нет, не буду. Мне домой пора, — повторила я, даже не поворачиваясь в его сторону.       Парень подошёл и встал напротив меня. На нём была командная синяя форма. На груди номер. Он четвертый в команде. Хм. Сам парень на три головы выше меня. Я, не поднимая головы, стояла и пялилась на эту цифру. Четыре. Четыре. Четыре. Всё! У меня явно сотрясение.       — Я хотел извиниться. Это я в тебя мячом попал и разбил твои очки. Я не хотел. Прости.       — Не хотел так сильно бить или не хотел попасть в меня? — Моя ненависть так и плещет, так и плещет. Я смотрела на него задрав голову, что было весьма некомфортно.       Четвертый поморщился, но всё же ответил:       — Не хотел в тебя попасть. Это вышло совершенно случайно.       — Всё? Ты закончил? Теперь я могу идти?       — Эм… наверное.       Я обошла его и открыла дверь кабинета. Коридор был пуст. У некоторых ещё идут занятия. А мне уже пора. И только я почти закрыла дверь, как четвертый произнёс:       — Я Дима.       Всего два слова и сердце забилось быстрей. Да, так и должно было произойти.