Beating Heart

(Трис)

- Трис, четыре дня ты не выходишь из комнаты. – говорит мне Кристина, сидя около меня на кровати, но в мои уши врезается только «четыре». Я не видела его четыре дня, он не пришел в ту ночь домой и на следующий день тоже, как и в остальные последующие. Сказать, что я волновалась, значит, ничего не сказать. – Ты из комнаты не выходишь, он уже который день на работу приходит в не том состоянии. Зик говорит, что он запирается в своем кабинете и сидит там до позднего вечера, после уходит. Даже Амар не может достучаться до него сейчас. С одной стороны это хорошо, что его деятельность связана с кабинетом сейчас, а не с новыми людьми в участке. Я слушала ее и единственное о чем думала, что боль разъедает меня изнутри. Это изменило меня. Я потеряла любимого человека, так же легко как сказала, что не доверяю ему. Я потеряла себя вместе с ним. Разбита, потеряна и сбита с толку – это мое состояние. Эта ссора стало более масштабной, чем предыдущее. Пропасть в наших отношениях стала еще глубже. Несколько дней назад я не могла подумать, что все будет так. Лежу на кровати и смотрю на кольцо, которое он подарил мне на мой День Рождения . Он сделал мне предложение, я приняла его. Я не задумывалась тогда о каких-либо препятствиях, единственное, что я понимала и чувствовала, смотря на него в тот момент, что я люблю его и хочу быть с ним. Кэтрин была права, когда говорила мне, что моя ревность может разрушить наши отношения. Мы на грани, я должна бежать от этой грани, как можно быстрее. Сейчас мы обижены друг на друга, в каждом из нас бушуют эмоции, и единственное о чем могу думать, что хочу увидеть его. Сказать, что люблю его, что он нужен мне. Тобиас без моих слов знает это. Я должна перебороть свою гордость и извиниться перед ним, помириться, ведь Отречение всегда находило путь назад. Чем дольше я без него, тем больше теряюсь в своих мыслях. Прошло уже шесть дней с того момента, когда ушел Тобиас. Шесть дней, я не слышала от него новостей, только от Кристины и Зика, которые предпринимали любые попытки, чтобы помирить нас, но их попытки были сорваны, кем-то из нас. У меня возникало такое чувство, что Четыре хочет исчезнуть. Обида не может быть такой сильной, но боль от нее может быть. Я чувствую свою вину и не могу избавиться от этого. Впервые за несколько дней, я захотела поесть, и это не было очередным приказом Кристины, которая навещала меня каждый раз с утра и после работы, иногда заходила в обед, чтобы проверить меня и рассказать последние новости от Зика. - Трис! – слышу голос Шоны позади себя. Подруга так же волновалась за меня больше, чем обычно, хотя в таком положении ей не следовало бы так делать. Сегодня она захотела провести день вместе со мной. - Да? – проговариваю на автомате, возвращаясь к своим действиям. Смотрю на Шону, которая вытянула руки вперед и медленно подходила ко мне, ее глаза были наполнены испугом. - Что такое Шона? - Трис, положи нож на место! – медленно проговаривает она. – Это еще не повод, чтобы совершать глупости. Я смотрю на нож, который держала в руках и с недоумением посмотрела на Шону, которая остановилась в нескольких сантиметрах от меня. - Я…Я не… - я понимаю о чем она подумала, поэтому кладу нож на стол и улыбаюсь ей. – Я хотела порезать хлеб, только и всего. - Я знаю такие попытки порезать хлеб, все они заканчиваются плачевно. - Шона, я проголодалась. Если хочешь, то можешь помочь мне. Я уверена, что ты и малыш проголодались, так же как и я. - Да, я бы не отказалась от чего-нибудь вкусненького, поэтому принесла с собой пирожные с заварным кремом. – отвечает Шона и достает пирожные, которые она положила первоначально в холодильник. – Я порежу тебе хлеб, а ты налей нам чай. – она прерывается, после снова смотрит на меня. Я вижу, что она думает о чем-то. Откуда у нее мысли, что я могу что-то сделать с собой? Я наоборот рвусь к жизни, какой бы она ни была, но я хочу жить. – Хотя, знаешь, я сама тоже налью чай. Кипяток тоже опасен! Я качаю головой: - Эй, все в порядке! Я не собираюсь делать что-то с собой. Эта ссора между нами, которая дает мне новый повод, чтобы бороться за те чувства, которые у меня есть к нему, Шона. – поясняю я подруге, беря в руки две кружки. - Ну, после того, как Кристина в первые дни находила тебя в ванной поздней ночью, то теперь я могу ожидать от тебя все что угодно. В самые первые дни я не могла найти себе место, все время, переходя из крайности в крайность. Слезы не покидали мои глаза, так же как и истерика, которая выворачивала меня наизнанку. Я хотела бы, чтобы все что случилось, оказалось простым кошмаром или симуляцией, но каждый раз, просыпаясь ото сна или открывая глаза, я находилась в комнате и рядом со мной была Кристина. Я была полностью разбита, но склеиваясь, каждый раз по кусочкам, я натыкалась на большую дыру внутри себя. - Вы так и не поговорили? - Нет. – с печалью в голосе проговариваю я, наполняя кружки кипятком. – Ты что-нибудь слышала о нем? Может тебе что-то рассказывал Зик. Вижу, что Шона делает вид, что не слышит меня, а это означает, что она что-то знает. Знает то, что не знает Кристина. Неужели, что-то могло произойти за это время с ним? - Шона! – медленно, но и в тоже время требовательно произношу я. - Зик сказал, что он вчера… - резко молчание со стороны Шоны, заставляет меня заволноваться. Подруга садится на стул. - Он вчера, что? – мне не нравилось, что я должна выманивать ответы на свои вопросы, но сказать об этом Шоне, которая находится в положении, не совсем правильная вещь, которую надо сделать.

(Четыре)

У меня не хватает слов, или нет слов, чтобы выразить ту боль, которая была внутри меня. Этой боли я еще сам не знал, так что приходилось бороться с ней, как умею бороться с любой болью: в одиночестве в тренажерном зале и иногда с бутылкой в руках. Я никогда много не пил, не было обстоятельств. Обычно я всегда обдумываю свои действия, потому что потом легче сказать, что я был прав. - Ты долго собираешься сидеть здесь? – спрашиваю Зика, который восьмой день приходит ко мне, чтобы проведать меня. Посмотреть, что я ничего не сделал или кого-нибудь не убил или что-нибудь еще. - Ровно столько, сколько ты собираешься, вести себя, как трус! – проговаривает Зик, силой забирая у меня стакан со спиртным, так же несколько капель попадает ему на одежду. – И хватит пить! Ты должен прийти в себя, хотя должен был сделать это после того случая в участке. - Ты о каком именно: о том, когда меня уложила собственная девушка и чуть не убила человека или… - Или когда ты на днях пришел туда в неадекватном состоянии и разнес там все к чертовой матери! – перевожу дыхание и складываю руки на груди. – Я знаю, что ты так же приглядываешь за Трис, но не пора ли вам уже начать переговоры? Прошла неделя, Четыре! Она три раза приходила в участок и искала тебя. - Зик, она прекрасно знает, где нахожусь я. - Ты прекрасно знаешь, где находится она. Тебе не кажется, что вы ведете себя, как два обиженных подростка? - Ее ревность меня вывела из себя, она поверила симуляции Кэтрин! – нервно сглатываю и облокачиваюсь руками на стол. - Не мне, не моим словам или действиям, она поверила обману! – от этого я чувствовал предательство с ее стороны. На самом деле мне было больно, больно от ее действий, больно от того, что ее нет рядом. Всю эту неделю она была с Кристиной, иногда с Шоной. Она почти не выходила из дома, кроме тех походов в участок. Я тосковал по ней каждый день все больше и больше. - Поэтому ты решил уйти, бросить ее одну? – его кулак ударяется об стол, и он зло смотрит на меня. Я не оставлял ее одну: она всегда находится под моим присмотром. - Я не… - Именно так ты и сделал! – кричит он, вставая с места. – Слишком подло с твоей стороны. Каждый совершает ошибки, Четыре! Ты тоже их совершал, если ты еще помнишь об этом! Ты нужен ей! Ты мог остановить Кэтрин, почему ты этого не сделал?! Твоя вина в этом тоже есть, ты хотел сделать, чтобы она пришла в себя, ты добился этого, а после этого собираешься отсиживаться здесь? – Зик подходит ко мне и резко берет меня за воротник куртки. – Трис не заслужила всего того, что с ней происходит сейчас! Именно в тот момент, когда ей нужна поддержка от тебя! Зик был прав, я виноват в этом. Здесь только моя вина, потому что я хотел, чтобы Трис освободилась от лишних эмоций, от сильной эмоциональной нагрузки, которая провоцировала кошмары. Меттью выяснил это совсем недавно. В теории самоотверженность Трис возрастает в геометрической прогрессии, ее эмоции неуловимо контролируется, они не могут быть свободными, как у простого человека, они более остры к восприятию, каких-либо фактов, и поэтому Кэтрин предложила тогда сломать эту систему, вызвав симуляцию, которая разрушит эмоциональный барьер девушки. Все так и вышло, Трис взорвалась, ее эмоции вышли наружу в виде агрессии и злости, и в некой сфере это зависит от симуляции, которую приготовила ей Кэтрин. Каждый раз, что доверять мало знакомым девушкам мне нельзя, потому что потом я разгребаю чертовы последствия. - Ты посмел поднять на нее руку! - процеживаю я, смахивая его руки с воротника. – И раз уж на то пошло то, не лезь в наши отношения. Я обхожу стороной ваши отношения с Шоной, такой же совет там и тебе: не лезь в наши с Трис отношения! Вспоминаю, как во время моей инициации Шона и Зик подрались, тогда для меня это было дико. Я не мог понять, как можно ударить девушку. Каждый раз, когда я думал об этом, в мыслях проносились картинки, как Маркус избивал Эвелин, как он поднимал руку на меня, издевался и не щадил. От его меня передергивает, и стараюсь не смотреть на Зика. - Что с тобой происходит? – отходит в сторону Зик и разводит руками в сторону. – Где мой друг Четыре, который всегда стоял на защите Трис, который с пониманием относился к ней? Где он? - Пропал вместе с тем случаем, когда Трис заявила мне, что не доверяет мне! - хотя я прекрасно понимал, что она сказала это в порыве своей злости к данной ситуации. Чего я хотел добиться своим поведением, я не знал – это было необдуманным решением. Трис важна для меня, всегда была важна. Я видел раздирающую боль в ее глазах, и сам не контролировал ситуацию. Зик прав, я позволил Кэтрин сделать это. Я мог ее остановить, но у меня не было большого порыва, это просто случилось. Трис находится сейчас с друзьями, но без меня - она одна, уязвима. Я не могу позволить, чтобы с ней что-то случилось, не могу потерять ее. Нам нужно поговорить и все расставить по своим местам. Внутри я надеялся на то, что кольцо, которое подарил ей, еще что-то означало для нее. Любовь, которая между нами заставляет дышать в такт, это странное чувство, которое вызывают бурю. Мир без нее стал серым и однотипным, может быть даже безликим. От этого я начинаю быть более раздраженным, и в последнее время чаще теряю контроль над собой. Каждый раз мы повторяем одну и ту же ошибку на нашем пути. Нужна еще одна попытка, один шанс.

(Трис)

- Привет! – проговариваю, когда он открывает передо мной дверь своей старой квартиры. Я решила зайти сюда в последнюю очередь и почти под вечер, потому что знала, что Тобиас будет здесь. Я должна была собраться с мыслями. Он изменился за эти дни: его глаза потускнели, появилась щетина, которая раньше не появлялась, вид был уставшим, появилось ощущение, что он не спал несколько ночей. Кошмары? Наверное, потому что это было и со мной. Я не видела его целую неделю, как я только прожила ее: задаюсь вопросом, который остается без ответа. Хочу подойти к нему и обнять, вдохнуть такой родной и любимый аромат, который от него исходит, сказать, что люблю его и скучаю по нему, но пока между нами пропасть я не могу этого сделать. – Мы можем поговорить? - Да, проходи! - отвечает Тобиас, пропуская меня внутрь, пытается выглядеть безмятежным, но это плохо ему дается. Я очень хорошо знаю его. Замечаю, что он куда-то собирался, но видимо я успела первая, если думаю о том куда Четыре собирался идти. Он обводит меня взглядом, и я понимаю, что готова убить Кристину за белое платье, которое облегало мою фигуру и кожаную куртку. Это не то, что мне было нужно сейчас. Она сказала, что белый – это как белый флаг для примирения. – Проходи. – повторяет он, закрывая дверь. Мне хочется улыбнуться, но я понимаю, что это глупо с моей стороны. Прохожу в квартиру, и мой взгляд пускается по всему помещению, оценивая обстановку, которая была не самой лучшей. Вижу на кухне несколько бутылок виски, которые были пусты и видимо опустели они несколько часов назад, так как от Четыре ощущался приторный, но в тоже время одурманивающий запах алкогольного напитка. Слишком много алкоголя для него. Я знаю, что впервые, где он выпил это Бесстрашие. Мне рассказал об этом Амар. Это было что-то ритуала посвящения, где все инициированные напились в тот день. Так же мне стал известен тот факт, что после этого Четыре чувствовал себя не важно и чуть не опоздал на финальный бой с Эриком. Ему удалось победить тогда. Амар сказал, что сначала на это было жалко смотреть, а потом его было не остановить. Этот случай вызвал гордость за него. Мы проходим в комнату: кровать была идеально застелена, как будто ей не пользовались, около кресла замечаю плед и подушку. Видимо это было местом его пребывания на несколько дней. Наш дом тоже выглядел не лучше. Все, что нужно было делать, делала Кристина, потому что у меня не было желания и сил на это. Я ждала его все эти дни. Тобиас облокачивается на стол, а я присаживаюсь на стул. Потираю, ладони друг от друга и снова пускаю взгляд по комнате. Чувствую его взгляд на себе и напряжение между нами, которое начинает давить. Первым сдается он, потому что я не могу найти подходящих слов. - Что ты хотела, Трис? – с безразличным тоном спрашивает он. Начинаю узнавать в нем инструктора. Внутри меня все сжалось и тревога начала подниматься. Он хорошо маскирует свое состояние за маской душевного безразличия. - Поговорить с тобой. – повторяю я, пытаясь сосредоточится на своих мыслях, которые ускользали от меня с большой скоростью. Он рядом и я не могу думать ни о чем другом, как только о нем. Я не могу ухватиться за что-нибудь, но должна это сделать в любом случае. - Ты уже сказала все, что хотела. Можешь идти. Или ты хочешь еще что-то добавить? – он пытается сделать мне больнее и у него получается. Его голос тверд и решителен. Я не могу понять, когда он стал таким бесчувственным, или я привыкла к тому, что он всегда заботлив и добр ко мне. - Зачем ты так? Я знаю, что виновата в этом, но не стоит так поступать со мной! - Как Трис? Как? – его голос повышается на тон. Еще немного и он начнет кричать на меня, обычно он сдерживает себя, но сейчас как я понимаю, на него действует алкоголь. - Ты делаешь мне больно… – пытаюсь спокойно проговорить слова, но голос начинает надламываться. – Мне больно от твоих слов, Тобиас! - Я делаю тебе больно? Очень интересно, что же тебя задело: наверное, тот факт, что я люблю тебя или то, что ты не доверяешь мне, или потому что я как бы целовался с Кэтрин?! Кстати ты не припомнишь мне, где это было? – слышу издевку в его голосе. Внутри меня обиду перекрывает злость, потому что я никогда не позволю ему так поступать со мной. Я не маленькая забившаяся в угол девочка. Я Трис Прайор, которая может постоять за себя в любой момент. – Может я смогу вспомнить детали, если ты мне подскажешь! Знаешь, мне должно быть это понравилось: целовать ее, не тебя, а ее. Прикасаться к ее коже, чувствовать ее ответную реакцию, слушать ее стоны и мое имя. Это должно быть потрясающе! - Ты хоть слышишь, что несешь, Тобиас!? – в ответ получаю лишь взгляд, который наполнен болью, и молчание. Чувствую, что ком встал поперек горла. Я сдерживаюсь, потому что понимаю, что это алкоголь и его боль говорит в нем. Он уязвим, так же как и я. Я пришла не в очень удачное время. - Не говори мне, что ты это не специально! – говорю я, сохраняя последнее спокойствие. - Хорошо, не скажу. – отвечает он, и отпивает виски, которое находилось в стакане. – Хотя нет, подожди. Я же вру! Конечно, я специально тебе это говорю! Я не выдерживаю быстро встаю и подхожу к нему. Я смотрю в его затуманенные глаза с вызовом: - Четыре, ты выглядишь жалким! – после разворачиваюсь, хочу пойти к выходу, но останавливаю себя. Снова поворачиваюсь к нему и ударяю его по щеке, приложив всю силу в этот удар. Его щека мгновенно краснеет, и он прикасается к ней ладонью. – Вот теперь я ухожу! – резко поворачиваюсь и иду к двери, которая выпустит меня наружу от этого ужаса. Разговора не получилось.Я надеялась на примирение с ним, но видимо кто-то из нас сильно упрямый. Теперь дам ему шанс все исправить, я пыталась - не получилось, но я не хочу сдаваться. Мы на краю пропасти, мы должны держаться друг за друга. Но я успеваю сделать всего несколько шагов, потому что после Тобиас хватает меня за локоть и разворачивает к себе. Он пытается найти испуг в моих глазах, но видит только гордость, смешанную с радостью, потому что он остановил меня. Четыре кидает стакан на пол и в ту же секунду прижимает меня к себе, впиваясь в мои губы поцелуем. Чувствую вкус алкоголя на его губах, но я не отвечаю на этот неожиданный поцелуй, пытаюсь оттолкнуть его через силу, потому что это именно то, что я хотела на протяжении несколько дней, мне не хватало этого. У меня получается сделать это на мгновение, я вырываюсь из его хватки и отхожу подальше от него, глубоко вдыхая новый воздух. Мне нужно уходить отсюда сейчас, я не смогу противостоять Тобиасу, он физически сильнее меня. Я не смогу противостоять своему желанию – это внутренняя борьба. Быстро подбегаю к двери, немного приоткрываю ее, но она тут же закрывается, потому что ладонь парня закрывает ее. Я чувствую, что он стоит позади меня. Закрываю глаза, прикусываю губу, мысленно ругая себя за такую оплошность, и в тоже время радость появляется где-то внутри. Это двойное чувство порождает страх, но я пытаюсь отогнать его. Это Четыре – он ничего не сделает со мной, я хочу чтобы он оставил меня рядом с собой сейчас. Именно это он сейчас и делает, он задерживает меня здесь, потому что мы испытываем одинаковые чувства друг к другу. Меня сейчас разорвет от них, но я должна усмирить свой пыл. Открываю глаза и поворачиваюсь лицом к нему, между нами остается несколько сантиметров, и понимаю, что не рассчитывала на то, что он будет так близко ко мне. Мой взгляд проходит по его губам, к которым мне хотелось прикоснуться, прошло несколько секунд, а я все еще смотрю на них. Вижу его ухмылку, и поднимаю взгляд на его глаза, которые пугают своей чернотой. Меня возбуждает его огонек, желание, которое вижу в них. Его ладони находится по обе стороны от моей головы, краем глаза замечаю движение одной. Он прикасается к моим волосам, затем к щеке, спускаясь все ниже. До меня начинает доходить, что мое дыхание замедлилось от его прикосновений, а его глаза изучают платье, в котором я была. Тобиас берет мою куртку за воротник, и хочет снять ее. - Нет! – охрипшим голосом проговариваю я. Во всем виновато напряжение между нами. Он усмехается, убирает мои руки от своих и снимает с меня кожаную куртку, которая падает на пол звеня замком. От звука соприкосновения куртки с полом, я нервно сглатываю. Я могу понять что, хочу того же, что и он. Тобиас прикасается к моим губам в надежде на то, что все же получит ответ от меня, но я слишком напряжена сейчас. Ему видимо все равно, поэтому он оставляет поцелуи на моей шее, от таких действий я не выдерживаю, издаю полу стон. Его улыбка растекается по лицу. Хочу отклониться, но некуда, я прижата к стене. -Трис! – медленно проговаривает он, отдергивая ткань платья и оставляя поцелуй на моей ключице рядом с татуировками. Это действие, всегда сводило меня с ума, и единственное, о чем могу думать в эту секунду, что хочу почувствовать его губы на моих. - Тобиас! – шепчу я в ответ, приподнимая его лицо на уровень моего. Я могу заглянуть в его глаза и увидеть то, что не видела неделю. Мои глаза бегают по его одежде, и я стягиваю с него футболку, которая так мешала мне сейчас. Прикасаюсь к его обнаженной груди и расплываюсь в улыбке, когда чувствую, как мощный электрический разряд прошелся до кончиков моих пальцев. Он притягивает меня ближе к себе, и мы соединяемся в мучительно долгом поцелуе. Я чувствую, что он приподнимает мое платье, которое было не таким уж длинным, так что все, что ему нужно, практически было сделано. Я мысленно считала секунды, когда между нами не будет преград и никаких границ. За такие мысли мне должно быть стыдно сейчас, но после того, как мы провели прекрасное время в его кабинете, мое воспитание полетело к чертям! Мне не было стыдно, потому что мы получали удовольствие, потому что я нуждалась в нем, как в воде, так же как и он нуждался во мне. Об этом говорили все наши действия, и прикосновения. Я понимала, как он скучал по мне, как он нуждался в моем присутствии рядом. Я хотела, чтобы он был рядом. Наши чувства разыгрались с новой силой, страсть расползалась с большой скоростью, и черта времени давно потеряла приоритеты. Никакие разговоры не смогут передать, что сейчас происходит со мной внутри, но я хорошо передаю это с помощью своих действий, которые не остаются не замеченными, каждый раз получая вознаграждения за них. В этот раз все было заострённо до предела, каждый из нас не сдерживался. В этот раз он был слишком требовательным и жестким. В первые минуты меня это испугало, потому что я не видела его таким никогда. Это было чем-то новым для меня, но я успела поймать его настрой, и это заставляло меня совершать более раскованные действия. Мне было все равно, как долго это будет продолжаться, потому что желала, чтобы он не останавливался ни на минуту. - Я люблю тебя! – шепчу в его губы, когда наши лбы соприкасаются друг с другом. Уголки его губ приподнимаются в улыбке, и его глаза смотрят в мои. Я хватаюсь за его руки и пробегаюсь кончиками пальцев по его мышцам, после обвиваю его шею руками. - Этого мало… - проговаривает он, имея контроль над моим телом. Тобиас крепко сжимает мою талию, утягивая меня в поцелуй, который не дает мне подумать. – Мне мало этого... – направляя наши действия в другое русло, отчего я тихо вскрикиваю. Его пальцы зарываются в моих волосах, а губы находят мои. Я знаю, что он имеет в виду, и это действительно мало, потому что я должна сказать совершенно другое, он знает, что я люблю его. - Тобиас! – твердо шепчу я, останавливая поцелуй, прикасаясь большим пальцем к его нижней губе, на котором он после оставляет поцелуй. Он смотрит в мои глаза, пока его ладонь гладит мою поясницу, у меня перехватывает дыхание, отчего его взгляд становится более открытым, ему нравится делать это со мной, и наблюдать за моей реакцией. – Я доверяю тебе! Я верю тебе! Он кивает мне и оставляет поцелуй на моем лбу: - Ты уверена? – его хриплый голос отдается в моих ушах. - Ты однажды сказал, что доверять друг другу это значит открыться полностью, это доверить свою жизнь тому, человеку, от которого ты всегда получишь больше, чем просто «спасибо»! – это кажется, был наш последний разговор перед той злополучной тренировкой. – Я доверяю тебе! Я люблю тебя, Тобиас! Попытайся поверить и мне. Его взгляд падает на мою руку, где находилось кольцо, которое он подарил мне. Я вижу, что он не думает о чем то конкретном. Тобиас давно все знает. - Я люблю тебя, Трис! – услышав эти слова, которые так давно не грели мое сердце, я растворяюсь в нашем новом поцелуе, и в нем. Я не могу сдержать своей радости, потому что мы почти простили друг друга, разговора нам не избежать, но это заставляет меня расслабиться окончательно. Надеюсь, что ссоры стихнут насовсем, я не хочу, чтобы они отравляли нам жизнь. Он только мой, а я его и так будет дальше, потому что с ним я живу, без меня он погибнет. – Трис, не расслабляйся! - шепчет Тобиас, покрывая мою шею поцелуями, - Мы не закончили… Еще немного малыш.