Любимые ладошки Лэя

      Лэй всё прекрасно понимал, но неизменно сдерживал себя в отношении Триэла. Торопиться не хотел. И вот сейчас, чувствуя в душе себя чуть ли не насильником, мужчина лежал на своей огромной постели и ждал Триэла, который уже пятнадцать минут возился в душе. Слышно как шумит вода, как Триэл тихо охает, роняя на пол, кажется, бутылёк с гелем для душа. А после тихие стоны, которые чуть ли не выбивают из Лэя весь здравый смысл. Понятно что там делает Триэл и Лэй едва сдерживается от того, чтобы не ворваться сейчас в ванную и не подмять под себя паренька прямо там, на скользком и холодном кафеле. Едва сдерживается и тяжело дышит, понимая насколько сейчас соблазнителен Триэл. Обнажённый, раскрасневшийся и изнывающий от желания. Воздуха в комнате катастрофически не хватает и потому Лэй подрывается с места и в пушистом, тёмно-сером халате выходит на огромную лоджию. На дворе уже глубокая ночь и лишь редкие окна в жилом комплексе на противоположной стороне улицы наполнены светом и снующими туда-сюда тёмными силуэтами.       — Лэй? Ты почему на балконе стоишь? Ветер холодный, вдруг простудишься, — голос Триэла позади мужчины, тихий и мягкий, всё равно почти взорвал давящую тишину вокруг него. И это несмотря на то, что хоть район города и считался спальным, здесь даже ночью было довольно шумно.       — Просто воздухом решил немного подышать. В комнате душно немного. Ты иди. Я скоро вернусь. — Лэй постарался не выдавать своего волнения, но его голос всё равно дрогнул. Мужчина немного напрягся, понимая, что сказал всё это грубовато, даже не удосужившись повернуться и посмотреть на парня. Он до боли в ладонях впился в ограждение лоджии и стиснул зубы. Не так он хотел. Не так он мечтал получить в свои руки Триэла. И вроде бы всё прекрасно. Он не принуждал парня, не давал ему повода считать, что это лишь удовлетворение животных инстинктов. Он даже признался Триэлу, что влюбился в него, но… Этих самых слов он от Триэла не услышал. И потому глупое сердце в обход разума стало обижаться на парня. Он-то ему душу излил, открыл свои чувства, а в ответ тишина. Умом Лэй прекрасно понимал, что после предательства, которое парень пережил от своей первой любви, он ещё долго не сможет ему полностью довериться и потому будет скрывать свои истинные чувства. Но сердце упорно желало слышать словесное подтверждению любви от этого парнишки. Потому Лэй сейчас и раздирался идиотскими, по его мнению, противоречиями. Идиотизм и глупость, но с собой Лэй ничего поделать не мог.       — Нет, я без тебя не пойду. Мне одному страшно. — Триэл, словно кошка, мягко подкрался сзади и, прижавшись к сильной и широкой спине Лэя, обнял его и тихо засопел.       — И что это такое? Неужели ты меня соблазняешь? Смотри, я же могу сорваться. Ни кусочка не оставлю. — Лэй широко распахнул глаза и слегка вздрогнул, ощутив прикосновения Триэла. Он сейчас, словно беззащитный котёнок, жмётся к огромному, с виду суровому, коту в поисках защиты и любви. Он устал в одиночестве бродить по грязным, городским улицам в поисках дома и тепла. Устал натыкаться на злобных людей, что шипели и кидались в него чем попало только из-за того, что он другой, не такой как все. Это чувствовал Лэй и понимал, что нужно просто подождать. Сейчас для этого слишком рано. Но как ему намекнуть? Как дать понять, что он хочет для него только добра, любви и счастья? Как не ранить его?       — А кто тебя просит сдерживаться? Я никогда так себя не вёл, но рядом с тобой мне спокойно и легко. Я могу быть самим собой. И не могу не хотеть тебя. Лэй, пожалуйста! Я хочу тебя! — Триэл быстро переместился между мужчиной и перилами, проскользнув под рукой Лэя и, уперевшись попкой в ограждение, приподнялся на цыпочках и обнял мужчину за шею.       — Триэл, а ты уверен? Ведь я ещё толком тебе не знаком? Ты ведь не знаешь всего обо мне. Может позже разочаруешься. — Лэй не смог удержаться от такого соблазна. И кто, скажите, устоит перед таким зеленоглазым соблазнителем, который, сверкая огоньками желания во взгляде, как милый котёнок ластится, выпрашивая порцию нежности. Мило мурлычет, перебирает светлые пряди Лэя и постоянно облизывает свои до невозможности соблазнительные губки. Невероятно сексуален, до невозможности желанен.       — Я знаю, что ты меня любишь и мне этого достаточно. Я готов делить жизнь и с сущим монстром. Главное чтобы меня любили и больше не предавали. Ты на предательство не способен. Ты вообще не способен на что-то мерзкое и злое. Ты можешь сердиться, ругаться, не понимать и обижать меня. Но настоящей боли, настоящего горя ты не способен мне причинить. Я понял это ещё в тот момент, когда ты удержал себя в салоне. С тех пор как Эрик меня предал, я понял, что теперь сразу смогу увидеть среди серой массы того, кто меня примет такого. Это ты. И потому мне сейчас важно только то, что я тебе не безразличен. Остальное подождёт. Ты можешь открывать свою жизнь для меня постепенно. Так даже лучше. Лэй, поцелуй меня, пожалуйста! — Триэл потянулся к мужчине, позволяя ему прижать своё тело к нему и требовательно прикусил нижнюю губу. И как тут Лэю удержатся? Никак. Орсом подхватил Триэла как куклёнка и быстро утащил того в спальню. Триэл не сопротивлялся. Он лишь ухватился за плечи Лэя и, постоянно что-то нашёптывая, тёрся о грудь мужчины, млея от его силы и постепенно просыпающейся звериной натуры. Правда немного испугался — всё же опыта в сексе с парнями у Лэя катастрофически мало и он по неосторожности мог навредит ему. Возможно мог… Но Триэл и не подозревал, что эта ночь, всё равно несмотря на то, что он не получит именно такого, что хочет, навсегда отпечатается в его памяти как самая лучшая.       Триэл забавно пискнул, когда Лэй слегка небрежно бросил его на простыни и тут же навалился на него сверху. Секунда и парнишка не видит ничего кроме бархатной тьмы и не чувствует ничего кроме нежных губ Лэя и его горячего дыхания, что вкупе с тёплыми ладонями разжигают его нежную кожу. Поцелуй вновь такой же настоящий, как и тогда в салоне просто вышибает из тела весь разум, заставляя тонуть в нежных сладких чувствах. Кто сказал, что между мужчинами не возможна любовь? Кто сказал, что один из них всегда будет унижен и оскорблён? Глупости. Она есть просто. Не все могут её понять и принять, не все могут смириться, что счастье не подстраивается под глупые рамки общества, под идиотские законы тупой серой массы. Эти двое яркий пример тому. Никто из них не унижен, никто не властвует над другим. Они просто любят друг друга, просто хотят счастья для того, кто смотрит нежным взглядом и дарит неземное тепло, отогревая чуточку остывшее сердце. И плевать на то, что думают другие. Важно то, что думает тот, кому отдано сердце, для кого вырвана из груди душа. Это действительно важно.       Триэл тихо постанывал сквозь поцелуй, хватаясь небольшими ладошками за халат Лэя, и старался стянуть раздражавшую его до безумия тряпку с тела мужчины. Хотел видеть его обнажённого, красивого, такого, которого будет видеть только он. Лэй забавно хмыкнул в ответ на нетерпение парня прямо в его губы и чуть ссутулил плечи, облегчая задачу для Триэла. Пара секунд и парень с упоением гладит ладошками горячую, слегка грубоватую кожу Орсома, млея от каждого прикосновения. Такая идеальная, что сил не было сдерживаться. Лэй же, прекратив терзать губы Триэла поцелуем, чуть приподнялся над парнем и, схватившись за полы халата, распахнул их в стороны. Триэл сдавленно охнул и только чуть поелозил, ощутив, как прохладный воздух начал слегка щипать разгорячённое тело. Лэю понравилось, что парень не стал зажиматься, как какая-то сопливая девица и не вёл себя, как последняя продажная шлюшка, что картинно показывает перед очередным клиентом наигранную вселенскую страсть. Он лишь слегка покраснел. Чуть свёл ноги вместе, так как прохладный воздух немного раздражал и, притянув к себе Лэя, нежно и приглашающе поцеловал его, снова стараясь стянуть с него этот идиотский халат, желая избавить от него бёдра мужчины. Вскоре ему удалось уже самого Лэя заставить снять ту чёртову тряпку. Оба халата тут же полетели прочь за пределы постели, когда Лэй встал на колени перед пареньком, стаскивая с себя и из-под брюнета халаты. Триэл дышал через раз, разглядывая восхитительное тело своего любовника. Он не мог оторвать взгляда от сильных плеч, широкой груди с лёгкой светлой растительностью, от соблазнительной дорожки светлых волос, спускающейся от впадины пупка к паху мужчины. Триэл шумно сглотнул, когда увидел член Лэя. Он прекрасно понял, что первый раз наверняка появится немалый дискомфорт. Несмотря на то, что опыта у Триэла предостаточно, Макс очень любил издеваться над парнем, подкладывая его под стареньких и пузатых мужичков, у которых мужское достоинство особыми размерами не отличалось. А после того, как Триэл обслуживал с десяток клиентов с небольшими «пипетками» Макс подсылал к нему таких бугаев, что парнишка едва сдерживал свой страх, боясь, что его просто-напросто порвут пополам. И делал Макс это для того, чтобы Паркер не привыкал к большим размерам и каждый раз не получал особого удовольствия, которое с лихвой перекрывал большой дискомфорт и часто — боль.       Триэл не в силах сдерживать своих желаний быстро приподнялся и, впившись пальчиками в бёдра Лэя, нежно кончиком язычка лизнул налитую кровью и влажную от обильной смазки головку члена Лэя. Улыбнулся, про себя понимая, что и в помине нет того чувства отвращения, которое он постоянно испытывал делая минет очередному своему клиенту. И это правильно. С любимым так и должно быть.       — Триэл… Ох, погоди. Не нужно… Иначе… — Лэй начал дышать так тяжело, что лёгкие стали отзываться тупой болью, а пах скрутило так, что казалось в него натыкали бесчисленное множество горячих иголок. Но это всё равно было невероятно приятно. Лэй боялся, что может не сдержаться и довести всё до конца, чего ему сейчас не хотелось. Он хотел этого по-другому. Он хотел близости с Триэлом только тогда, когда он полностью примет все свои чувства и поймёт, что Лэй ни за что в жизни его не бросит и не предаст. Пусть он уже и говорил Лэю, что именно так и чувствует, он всё ещё сомневается, потому что не может произнести те самые три заветные слова, что так сильно хочет услышать Лэй. Три слова способные навечно отдать его душу в рабство этому парню — я тебя люблю.       Триэл не собирался слушать Лэя. Он просто хотел показать то, как сильно он его желает, то, как сильно готов довериться ему. В душе ещё есть сомнения и парень дико желает избавиться от них, вымести всю эту пыль поганой метлой. Вычистить себя для Лэя. Ведь он достоин лучшего. Он достоин настоящей любви. Парень осторожно переместил ладошки на основание члена Лэя и принялся нежно вылизывать красную, горячую головку, изредка кончиком язычка ныряя в уретру. Лэй от таких ласк взвыл на одной ноте и схватился за плечи парня, до боли стиснув их в своих ладонях. Каждое прикосновение язычка парня электрическими всполохами пробегалось по телу, нежно кусая каждую клеточку, ласково щекоча каждый рецептор и возвращаясь в пах, скапливалось в огромный шар удовольствия, который готов был вот-вот взорваться. Лэй, понимая, что ещё несколько минут таких ласк и он точно сорвётся с цепи, коротко рыкнул и, отстранив от себя паренька, повалил его на постель, накрыв собственным телом. Губы парня, не давая ему и звука произнести, тут же вовлёк в жадный, чуть грубый поцелуй. Одна рука Орсома накрыла их члены и плотно, но не до боли сжав их, начала ласкать по всей длине. По телу Триэла пробежалась приятная дрожь и он чуточку завозился под Лэем, желая усилить свои ощущения. И тут же обвил бёдра Орсома своими ногами, а ладошками вцепился в плечи любовника. Оба стонали в голос, проглатывая стоны друг друга, бешено, словно каждая минута была последней в их жизни, ласкали друг друга и плавились, как шоколад под жарким июльским солнцем от поцелуя, в который вложили все свои чувства. Триэл погнулся в пояснице, оторвался от губ Орсома и сдавлено то ли простонал, то ли проскулил, обильно кончая прямо в ладонь Лэя. Воздуха катастрофически не хватало, всё тело превратилось в кисель и он не понимал, как сможет ещё хоть немного продержаться и не отключиться, чтобы наконец-то полностью отдаться Лэю. Сам же Лэй последовал за Триэлом спустя минуту, пачкая и себя, и парня в собственной сперме. Едва хватая ртом воздух, он повалился на парнишку и нежно чмокнул его в висок, щекоча собственный нос его нежными каштановыми волосами.       — Спи, ты устал. Завтра дел у нас с тобой слишком много. Нужно хорошо выспаться. У меня на завтра довольно обширные планы и почти девяносто процентов в них отведено на твою персону. Спи, мой хороший, спи. — Лэй, осторожно вдавливая Триэла в мягкую постель, уткнулся лицом в изгиб его шеи и почти мгновенно заснул, обнимая сейчас самое дорогое в его жизни живое существо. Ничего не нужно, только лишь бы и дальше вот так вот засыпать с Триэлом рядышком, чувствуя его нежное тепло. Сам же Триэл недовольно завозился под мужчиной. Он не понимал — почему Лэй не пошёл до конца? Почему он не взял его при том, что сам Триэл был абсолютно не против и даже более того — сам желал близости с Лэем. Неприятные подозрения и обидные догадки закрались в душу парня и он едва ли не начал плакать, считая, что всё правильно понял. Он посчитал, что Лэю после такого количества любовников у Триэла просто противно прикасаться к нему. Просто грязно спать с тем, кто продавал своё тело за деньги. И неважно каковы на то причины. Он грязный, порочный, опустошённый. И любви он точно не заслуживает. Триэл постарался выбраться из-под мирно сопящего Лэя и это ему наконец-то удалось, когда Орсом во сне перевалился на спину, раскинув в стороны руки. Парень поднялся с кровати и поплёлся в душ. На душе было так погано, что просто хотелось растворить себя в горячей воде, как кусочек сахара и исчезнуть из этого мира. Просто перестать существовать. Глупость, непонимание заглушили те чувства, что зародились в душе Паркера благодаря Лэю. Опять же обида сердца заслонила собой здравый смысл и парень не смог разглядеть всей правды. Такие чувства слишком легко принимаются. Они часто самое лучшее оправдания для всех дурных поступков и потому всегда легко проникают в сердце и душу. Триэл в разбитом состоянии вышел из душа и замер перед кроватью, на которой всё так же мирно спал Лэй. Триэла одновременно раздирало два желания. Ему до одури хотелось схватить свои вещи и бросится прочь из квартиры, будучи уверенным, что всё то, что было между ним и Лэем с самого начала лишь его фантазия от тоски по теплу и любви. Но в тот же момент парень ни на секунду не желал покидать мужчину. Его словно стальные цепи приковывали к Лэю и он никак не мог их порвать. Да он к этому и не стремился. Парень осторожно присел на кровать и посмотрел на Лэя. Красивый, богатый и добрый. Что ещё нужно? Любовь, нужна его любовь. И она есть, только почти детские обиды и глупое непонимание начисто заставили забыть о ней. Триэл шумно выдохнул, принимая для себя одно важное решение. Смысла нет бежать. Он этим ничего не добьётся, но многое потеряет. Парень осторожно потянулся к тумбочке около кровати и достал оттуда влажные салфетки. Он видел, как Лэй их положил туда вечером. Тихонько придвинувшись к мужчине, Триэл стер с его тела уже слегка подсохшее семя: и своё, и Лэя. Не удержался и натружено выдохнул, навалился на оголённую грудь Лэя, сжимая его широкие плечи.       — Ну почему я не могу сказать? Может быть тогда и ты не стал бы брезговать мной. Я знаю, что я грязный. И я в этом сам виноват. Но разве я не могу получить хоть немного счастья? Разве я не могу получить ещё больше твоей любви? Знаю, что я должен дать тебе её взамен. Прости, мне страшно. Прости меня. — Триэл горячо шептал, слегка раздражая кожу мужчины своим дыханием и слезами. Триэл плакал. Знал, что выглядит глупо, но ничего сделать не мог. Не получалось остановить слёзы, не выходило успокоить обиженное сердце. Как же всё просто и одновременно сложно.       Утром Триэл проснулся от приятного аромата свежесваренного кофе и умопомрачительного запаха горячей выпечки. Парень присел на постели и, оглядев себя, только лишь горестно ухмыльнулся. Мало того, что Лэй его всё равно не тронул, так ещё и умудрился в пижаму переодеть. Но тут уж стоит поблагодарить Орсома за заботу, так как за окном разразилась жуткая гроза с сильнейшим ветром и потому Триэл даже поёжился, ощущая, как холодно за пределами чуть дрожащих стеклянных дверей. Триэл сонно сполз с кровати и, нашарив тапочки, в которых вчера почти весь вечер бродил по дому в ожидании Лэя, поплёлся в кухню, постоянно зевая. Не выспался, так как уснул только часов пять назад. Лэй уже сидел за столом и, щелкая пультом, искал какой-то определённый канал.       — Доброе утро. Там на улице сущий ад. Я так понимаю, что многое у нас сегодня не получится? — Триэл ласково улыбнулся, остановившись около Лэя и положив свою руку на его плечо. Замешкавшись с ответом из-за раздумий, Лэй ответил не сразу и дико перепугался, заметив в глазах парня грусть и некоторую обиду.       — Да, погода нам знатно планы подпортила. Но, наверное, это моё наказание, что многое я хотел сделать, не посоветовавшись с тобой. И да, доброе утро, Триэл! — Лэй быстро перехватил парня за запястье и потянул на себя. Паркер и не понял того, как оказался на коленях мужчины, его сильные руки забрались под рубашку парня, а губы уже давно пропали в плену сладкого поцелуя. Орсом хоть и был в обиде на Триэла за его нежелания раскрыть чувства, всё равно не мог отказаться от поцелуя и хоть таких, почти невинных, ласк. Триэл лишь слегка дёрнулся, но перед ласками Лэя не смог устоять. Его руки медленно заскользили вверх по рубашке Орсома и вскоре крепко обнимали мужчину за шею. После Триэл слегка осмелел и, развернувшись, быстро перекинул одну ногу через бедро Лэя так, чтобы можно было сесть, плотно прижимаясь к нему всем телом. Едва вздрогнул, чувствуя, как его член от такого тесного контакта и поцелуя начал постепенно оттягивать ткань пижамных брюк. Парень принялся слегка елозить у Лэя на коленях и постанывать, показывая то, чего он сейчас хочет. Лэй, только ощутив желание Триэла, в одно мгновение перестал целовать парня, а просто притянул его к себе и крепко обнял. Паркер же задрожал всем телом, понимая, что большего, чем этот поцелуй, он не получит. И будет ли вообще между ними настоящая близость? Испугавшись отрицательного ответа, Триэл только крепче обнял Лэя и зарылся личиком в чуть жестковатые, приятно пахнущие морской солью волосы Лэя.       — Лэй, я разве проти… Лэй, я разве против того, чтобы ты решал многое за меня? Нет, я такого не говорил и потому мне наоборот приятно, что ты что-то втайне планируешь для меня. С детства люблю сюрпризы. Ну, кроме тех, что подобны тому, который сейчас бушует за окном. Не знаю как ты, а я голоден так, что готов съесть все эти булочки. Кстати, а откуда они? Ты же говорил, что готовить не умеешь. — Триэл чуть отстранился от Орсома, стараясь натянуть на себя маску веселья и беззаботности. Он едва ли не ляпнул тот вопрос, что не переставал его мучить со вчерашней ночи. Сдержался, не желая ссорится с Лэем. Он же всё равно не отпускает и не прогоняет парня, а значит шанс всё ещё есть. Да и его слова про то, что он любит Триэла никак не хотелось признавать ложью.       — Ну тогда я часто буду баловать тебя такими вот сюрпризами. А это… Эти булочки я научился готовить ещё в детском доме. Поспорил с девчонками. Как видишь, выиграл. И до сих пор не забыл, как их выпекать, даже несмотря на то, что мне тогда было всего лишь тринадцать лет. Ну, а уж кофе любой дурачок сварит. Так давай позавтракаем, а потом и подумаем о том, что будем делать, пока находимся в заточении из-за погоды. Мне надоела работа и потому я устроил себе небольшой отпуск. Проведу время с тобой. Ты, кажется, ещё свои вещи толком не распаковал? Эй, ты куда? — Лэй придержал парня, что хотел было уже слезть с его колен и, легко развернув его к себе спиной, потянулся к столу и придвинул кофейник и две чашки поближе.       — Лэй, ты чего? Я же хотел просто сесть и позавтракать. — Паркер не понимал действий Орсома и потому испуганно сжался.       — Завтракай, но у меня на коленях. Не знаю как тебе, но мне так нравится. — Лэй чуть наклонился к парню и быстро лизнул его кожу у самого ушка. Паркер вздрогнул и едва смог сдержать улыбку.       Завтрак прошёл в относительном спокойствии, если не считать нескольких восторженных возгласов Триэла относительно чудесного вкуса булочек и его постоянно возбуждения от такой манящей и поистине семейной близости с Лэем. Парень хоть и уплетал выпечку за обе щёчки, всё равно то и дело елозил на коленях Орсома, чувствуя как его полувозбуждённый член требует хоть немного ласки. Но Лэй как назло не обращал на состояние парня никакого внимания. Он словно специально не видел, как часто тот дышит, как щёки слегка разукрасил нежный румянец, как ладони стараются прикрыть уже хорошо заметный бугор в пижамных брюках. Словно он его специально изматывал. И самое неприятное, что Лэй-то после всех ласк ни капли не возбуждён. Триэл, после того как они позавтракали, направился в душ в своей уже комнате и разрешил свою проблему самостоятельно, от обиды закусив до крови пухлую губу. Обидно, так обидно. Но внезапное решение твёрдо заставило парня добиться своего. Он сегодня всеми своими силами соблазнит Лэя. И если тот вновь откажется от секса, то он просто уйдёт. Не зачем мучиться долгое время. Лучше обрубить все концы сразу и разойтись по разным дорогам, чем вот так вот…       Эпопея по соблазнению Лэя далась Триэлу неимоверно тяжело. Для начала паренёк так сильно натёр своё тело в душе, что ещё минут пятнадцать был похож на едва начинающий созревать помидор. Весь розовый и мягкий. После, чуть остыв, он натянул на себя довольно тонкие и обтягивающий джинсы с низкой посадкой и тонкую полупрозрачную, серую рубашку. Он слышал от отца, что Орсом любит именно серый цвет. Застегнул её так, что как только нужно будет нагнуться, то Лэй непременно увидит его грудь. Парень выплыл из комнаты и спустился в кухню, где начал активно помогать Лэю с уборкой после завтрака. И делал это так, что Лэй то и дело вздрагивал от, казалось бы, случайных прикосновений парня, от его томной, лёгкой улыбки и нечитаемого, тёмного взгляда. А уж когда Триэл уронил на пол губку и нагнулся, чтобы поднять её, стоя при этом спиной к Орсому, тот едва сдержал стон. Плотно обтянутая джинсами попка Триэла сводила с ума одним своим видом. Хотелось тут же накинуться на парня, повалить его на пол и содрать с него эти, в миг начавшие раздражать его, джинсы. Но Лэй всё же сдержался благодаря тому, что его мобильник истошно завопил из гостиной, словно плача, что ему там одиноко. Мужчина пулей умчался прочь отвечать на звонок, а Триэл даже со злости ударил по столешнице кулаком, не замечая значительной боли в отбитой руке. Боль в душе была куда сильней. После обеда они оба надумали перебрать библиотеку Лэя, чтобы избавиться от ненужного бумажного хлама, что там хранился ещё со времён неандертальцев. Так выразился Триэл, зайдя в библиотеку и тут же упав, споткнувшись о гору каких-то глянцевых журналов. Лэй принялся поднимать парня и тут-то Триэл снова решил его соблазнять. Быстро подкинув под ноги мужчины один из журналов, парень картинно застонал, когда на него завалился отнюдь не лёгкий Лэй и заелозил под ним всем телом, старательно потираясь своим пахом о его. Когда же Орсом начал подниматься, Триэл быстро дёрнул свою рубашку так, словно её зацепил Лэй. Мужчина так и завис над парнем на вытянутых руках, не в силах оторвать от него взгляда. Так соблазнительно, так маняще, что хочется просто съесть его. И, о боже! Триэл попросив его помощи, протянул к Лэю руки и, обхватив его за плечи, поднялся. Причём так, что его оголённая грудь проскользнула в паре жалких сантиметров от лица Лэя. Триэл встал и подал руку зависшему на месте Орсому. Он так и не удосужился поправить рубашку, что бесстыдно открывала его грудь и правое плечо. И тут бы… Но снова ничего. Снова. К вечеру Триэла просто колотило от непрошибаемости Лэя. Он что, железный что ли? Самого парня уже выкручивает от желания, а он… Он не хочет. Ему неприятно. И это понятно без всяких слов.       Наплевав на всё, Триэл решился на последний шаг. Благо время как раз располагало именно к этому. Парень нырнул в свою спальню и, быстро обшарив единственную не разобранную сумку, вытащил из неё бутылёк с массажным маслом. Данное масло было невероятно дорогостоящим из-за редкого компонента — эфирного масла горного ириса. Цветок очень редкий в парфюмерии из-за труднодоступности этого сырья и потому такая вот небольшая бутылочка, что легко помещалась в кулаке парня, стоила около сорока тысяч долларов. Это эфирное масло по неизвестной причине оставил один из прошлых клиентов Триэла. Тот мужчина был довольно пожилым и, увидев парня впервые, отказался от его услуг, как в плане массажа, так и в плане секса. И по уходу молча оставил этот бутылёк. Позже Триэл узнал от Макса, что тот клиент заплатил за несостоявшийся с ним секс аж тройную сумму, нараспев расхваливая парня. Но они не спали. Тогда Триэл не понял мотивов того человека. Он и сейчас их не понимал, но его подарок берёг.       Лэй после сумасшедшего дня просто тряпкой валялся на постели, уткнувшись лицом в подушку. После библиотеки они с Триэлом облазили весь дом, приведя его в идеальный порядок и выдохлись до полуобморочного состояния. А Лэй и вовсе волком выл от соблазнительной атаки милого брюнета. Член давно стоял как каменный, но пару хитростей — и Триэл не смог заметить возбуждения Орсома. Самому же Лэю уже было просто невыносимо. Хотелось, до одури хотелось Триэла. «Я знаю, что тебе сложно сказать это. Но прошу, доверься. Пойми, что я никогда не предам тебя. Никогда не оставлю одного, никогда не заставлю сомневаться в моих чувствах. Просто доверься, просто откройся.» Рубашка вдруг сама забралась на плечи мужчины и в то же мгновения тёплые пальцы коснулись кожи. Лэй быстро приподнялся на руках и повернул голову назад.       — Триэл, ты что делаешь? — вопрос невероятно глупый, но это единственное, что он смог произнести.       — Массаж. Ты сегодня устал. К тому же, именно для этого ты раньше меня и нанимал. А раз теперь я так близок к тебе, то мне стоит заботиться о твоём здоровье в сотни раз серьёзней. Так, ложись обратно на постель и дай мне нормально сделать массаж. Не хочу, чтобы ты снова мучился бессонницей. Лэй, ложись быстро! — Триэл состроил серьёзную мордочку и под его суровым видом Орсом повиновался парню и, предварительно стянув с себя рубашку, вновь лёг на постель, вытянув руки вдоль тела и закрыв глаза. Снова. Снова это невероятное наслаждение. Снова эти нежные руки, что просто перекраивают его заново, раскатывая и собирая нового человека. Снова нежные прикосновения, аромат массажного масла, приятное тепло и тихое невероятно соблазнительное дыхание парнишки. Снова дикое желание. И просто нет сил, уже нет сил ему противиться. Лэй чувствовал, что от каждого прикосновения парня по телу разливается мягкое тепло, каждая клеточка отвечает на этот возбуждающий массаж, что уже превратился в откровенную ласку. Напряжение и желание, наскоро сброшенные втайне от парня в душе, вновь взвились во всём теле, поднимая боевой настрой определённой его части. Как и в прошлый раз, Лэй немного поёрзал бёдрами, стараясь унять болезненно-сладкое напряжение, но, понимая, что так может с головой выдать себя, постарался более не двигаться. Но сил, сил почти не осталось. Он его хочет. И не просто красивое тело, а не менее прекрасное сердце и нежную, податливую любой ласке душу. Триэл же сходил с ума. Лэй идеален. Он словно создан для него. Парень сходил с ума от Орсома. Он уже не массировал тело Лэя, он просто ласкал его. Ощущение тёплой, грубовато-нежной кожи под пальцами сводило с ума, перекатывающиеся в глубине тела мышцы вызывали желание ощутить их силу, а запах Лэя невероятно соблазнял. Ему нравился аромат морской соли, исходивший от Лэя и парень готов был утонуть в нём. Каждое прикосновение сопровождалось лёгкой и приятной дрожью, стоны наслаждения так и норовили сорваться с губ, но Триэл уверенно закусывал их, не позволяя сбежать ни одному звуку. Нельзя раньше времени показать своего желания. Нужно сейчас заглушить бдительность Лэя, иначе он снова откажет. И Триэл едва держался от того, чтобы не бросить всё к чертям и не прильнуть к сильной, широкой спине, не простонать, выпрашивая поцелуй и ласку, не закричать от желания и не наброситься на мужчину. А силы… Они тают и тают.       — Триэл, не нужно больше. Мне и этого достаточно. Давай ложиться спать. Сегодня мы с тобой столько дел переворотили. Ты и сам, наверное, устал, а ещё и мне массаж делаешь. — Лэй понял, что сил больше нет и его член просто разрывает болезненным желанием. Ещё немного и он наброситься на парня. Нельзя, нельзя пока тот полностью не доверится ему, пока до конца не осознает все свои чувства. Лэй, как же ты глуп!       — Я противен тебе. Я грязный. Сколько бы не мылся, мне не смыть их прикосновений. Прости, но я уже не могу. Я хочу тебя, но ты меня отталкиваешь. И я понимаю, что спать со шлюхой не все способны. Но мне больно. Я виноват, но я всё равно хочу счастья, хочу любви. Прости, я пойду спать. — Триэл резко отшатнулся от мужчины, словно от огня и бутылёк упал с постели на пол, перепачкав дорогой ковёр разлившимся маслом. В глазах слёзы, в сердце боль, а на душе гадко и пусто. Так плохо ему никогда не было.       — Триэл, что ты такое говоришь? Ты не грязный. Мне плевать на то, сколько их было у тебя и по каким причинам. Мне плевать на всё кроме тебя. Пойми, я просто не хочу, чтобы ты заставлял себя. Ты ведь ещё не знаешь того, что на самом деле чувствуешь ко мне. Я люблю тебя! И в этом я уверен. Но ты пока не сказал того же и я чувствую, что ты в сомнении. И потому жду, когда ты всё решишь для себя. Малыш, не уходи. Я не хочу обидеть тебя. Тело лишь оболочка. Они не трогали твоё сердце и это главное. Вот что я люблю в тебе больше всего и мне совершенно не противно прикасаться к тебе. Наоборот, я с ума схожу от желания. Прошу, поверь мне. — Лэй на четвереньках подполз к Триэлу, сидящему почти у самого края постели и нежно поцеловал парня в щёчку. После осторожно притянул его к себе, попутно усаживаясь на постель. Крепко обнял парня и принялся чуть покачиваться из стороны в сторону, словно хотел убаюкать Триэла.       — Мне страшно. Я боюсь снова ошибиться хоть и уверен, что ты никогда не заставишь меня страдать. Но я уже люблю тебя! Люблю с того дня, когда впервые увидел. Я просто боюсь потерять тебя. Не бросай меня, не оставляй одного. Если ты уйдёшь, то я точно больше жить не захочу. Другие пусть приходят и уходят, пусть бьют и унижаю меня, косо смотрят и осуждают. Их тычки и злобу я вытерплю. Но если ты просто отставишь меня — сойду с ума. Умру, просто умру. Пойми ты, что я только твой. Я хочу быть твоим всецело! — Триэл обнял Лэя и, тихо плача, молил его не уходить, Просил остаться, хоть и парой минут позже сам чуть не убежал. Лэй дождался. Он услышал то, что хотел. И пусть он без слов всё прекрасно знал, но важно было услышать, важно было впитать в себя и запомнить голос Триэла в этот момент. И его голос безошибочно подтверждал каждое слово высокими, дрожащими нотками, полными боли и надежды.       Не было слов. Долгие объяснения ни к чему, они просто лишние. Триэл забавно пискнул от тяжести тела Лэя. А после паренёк смог только тихо постанывать и жаться к мужчине всем телом, выпрашивая новую ласку, новую волну удовольствия. Хотел, безумно хотел своего любимого человека. Одежда в миг оказалась где угодно, но только не на их телах. Эти же двое просто вросли друг в друга, переплелись подобно змеям, не желая пропускать между собой даже воздух. Просто хотели раствориться друг в друге. Лэй после долгого, почти удушающего поцелуя отпустил губы парня и дорожкой поцелуев-прикусов спустился по тонкой шее, прогулялся по выступающим ключицам и остановился на груди парня. Обхватив затвердевший сосок губами, Лэй принялся нежно перекатывать его и слегка посасывать. Триэл выгнулся дугой под ласками и протяжно застонал, побуждая Лэя к ещё более откровенным развратным, на самой их грани, действиям.       — Запомни на всю оставшуюся жизнь, что ты только мой. Что только я ласкаю и люблю тебя. То, что было до этого дня — это просто твой кошмар. Это не было по-настоящему. И их тоже не было. Есть только я и мои чувства к тебе. И ты даже не смей думать, что когда-нибудь меня не будет рядом. Любить просто, Триэл. Ведь я просто люблю тебя, малыш! — Лэй оторвался от груди парня и посмотрел на раскрасневшееся лицо брюнета. Он ему верит. Триэл верит каждому слову Лэя и словно вколачивает их в своё сердце, чтобы навечно согреваться ими. — Такой ласковый и податливый. И вот за что тебя можно не любить? Малыш…       — Лэй, я люблю… Я люблю… Я люблю тебя! — Триэлу уже было плевать на то, что их могут услышать. Он просто кричал, желая, чтобы мужчина услышал каждый звук, наполненный любовью к нему. Он ещё никогда и никого так не любил и не получал столько ответных чувств. Он просто боялся умереть от счастья.       Неторопливые размеренные с самого начала ласки переросли в дикий сумасшедший танец двух тел. Триэл уже стонал так, что всё горло начало немного побаливать. А ведь они сейчас просто ласкали друг друга руками, даже не прикасаясь к самому заветному. Лэй после долгого поцелуя нежно перевернул парня и поставил на коленки. Триэл обиженно простонал, получив своим губам нежеланную свободу. Но тут же взвыл, когда мужчина проскользнул между его ног и обхватил губами головку члена. Парнишке до это почти не делали минет — это была его отвратительная, на то момент для него, обязанность. Сейчас же он просто с ума сходил от ощущения тёплых губ и ласкового языка, ласкающих его плоть. Хоть Лэй делал это неумело, рвано и часто сбивался с ритма, этого было достаточно, чтобы почти довести Триэла до оргазма. И Лэй, признаться, хотел довести всё до конца, но Триэл нашёл в себе силы и отстранился от мужчины, чем вызвал его удивление. Секунда и уже сам Лэй лежит на спине. Триэл, устроившись между его ног, решился наконец-то показать свою развратную сторону. Но он прекрасно понимал, что таким может быть только для Лэя и только с ним. Орсом шумно выдохнул, когда пальцы парня обхватил его член и нежно приласкали по всей длине. А после Лэй смог только комкать ладонями простынь и сдерживать голос. Триэл высунул язычок и пару раз лизнул головку, пробуя на вкус Орсома. После обхватил её губами и принялся неторопливо чувственно посасывать, не забывая играть с яичками мужчины, ласково перекатывая между пальчиками. Видел, как Лэю хорошо от его ласк и решился на большее, хоть и понимал, что возможно будет больно. Триэл постарался расслабить горло и стал медленно насаживаться на член любимого, стараясь вобрать его как можно глубже. Пару раз останавливался, чувствуя подступившую тошноту и руки Лэя, которые хотели его остановить. Раз за разом выпуская член изо рта, парень мотал головой и нежно просил Лэя не останавливать его. С четвёртого раза парню всё же удалось полностью вобрать плоть любимого и он слегка зажмурился от неприятного давления и лёгкой боли. Но желание доставить Лэю удовольствие с лихвой перекрывало все неприятные ощущения. Триэл стал постепенно двигать головой, попутно стараясь включить в процесс свой язычок и горло, пытаясь сжать его. Лэй взвыл диким зверем. От такого минета перед глазами плясали звёздочки и всё тело пробирала приятная кусающая дрожь. Долго таких сладких пыток мужчина не выдержал и с лёгким рыком оторвал от себя парня, опрокинув его на спину, навалился сверху. Триэл жадно ловил воздух, на глазах блестели солёные капли, а всё лицо просто пылало огнём.       — Лэй, пожалуйста. Я не могу уже терпеть. — Триэл жалобно простонал и, разведя ноги в стороны, пропустил руку между их телами и, ухватившись за влажный член Лэя, направил его прямо в плотно сжатое кольцо мышц, при этом чуть приподняв попку.       — Стой мой хороший, стой. Нужно растянуть тебя. Больно же будет. — Лэй в панике постарался убрать руки паренька, но и самого прошибало такое желание, что делал он это как-то неуверенно и вяло.       — Не нужно… Я заранее… Пожалуйста, Лэй! — Триэл снова застонал и, кажется, готов был расплакаться. Но всё равно держался, зная, что реветь в постели для парня — глупо и постыдно. Один мощный толчок и оба в голос застонали от одновременного удовольствия и лёгкой боли. Всё же, как бы себя не растянул Триэл, он привык к небольшим членам прошлых клиентов и потому плоть Лэя была для него большой. Лэй же впервые в своей жизни почувствовал такую приятно-давящую тесноту с лёгкой болью, что готов был сойти с ума. Но прекрасно понимал, что сейчас нужно быть нежным и осторожным. Потому, навалившись на парня и крепко обняв его, Лэй начал медленно и размеренно двигаться, ловя губами каждый новый стон Триэла. Они сейчас не занимались сексом, как было с прочими. Они сейчас просто любили друг друга, отдавали все свои чувства и получали взамен в сотни и сотни раз больше. Долго сдерживаться у Лэя не получилось. Он сорвался на предельный для себя и чуть рваный ритм и, пропустив одну руку между их телами, сжал небольшой член Триэла. Парень взвыл. Чувство наполненности до предела, жаркие жадные толчки и ласковая рука любимого, ласкающая его плоть, сорвали его в такой оргазм, что он просто провалился в тёплую пустоту, как только с протяжным стоном перепачкал и себя и любимого в собственной сперме. Лэй буквально за пару толчков последовал за парнем, подавшись вперёд до самого предела и изливаясь в жаркое, обмякшее тело любимого мальчишки. Быстро перекатился на спину, увлекая за собой Триэла и устраивая его на своей груди. Ласково ероша каштановые пряди, мужчина натянул на обоих мягкое покрывало и, чмокнув Триэла в щёчку, сам закрыл глаза и провалился в сон до самого утра, всё же не выпуская из объятий то самое, что безмерно, больше своей жизни любит. И потому что он ответно любит его.

***

      Ранее утро разбудило Лэя наглыми солнечными лучами, что выплясывали на его лице и раздражали ярким светом. И ладно бы так. Внезапно сверху на мужчину навалилось чьё-то тело и принялось ласково будить Орсома своими прикосновениями. Они столько не пробуждали, сколько возбуждали.       — Лэй! Ну, Лэй! Вставай. Нам же к десяти нужно быть в аэропорту. Если мы опоздаем, то я тебя насмерть загрызу. Ну, Лэй! — капризный голосок Триэла вот уже на протяжении пяти месяцев каждое утро будил мужчину. И он этому был безмерно рад. И рад тому факту, что ровно месяц назад он узаконил свои отношения с Триэлом. Триэл Орсом. Лэю такое изменение в имени любимого безумно нравилось. И приятным фактом стало то, что родители Триэла ни капли не были против. Они давно знали об ориентации сына и принимали его таким, какой он есть. Конечно, местные СМИ вылили на Триэла и Лэя столько грязи — можно смело заполнить ею Атлантический океан. Но им было всё равно. Оба никого кроме друг друга не видели. Да и друг Лэя вместе с супругой поддержал их отношения. Так что они совершенно не обращали внимания на чёртовы газетёнки и все дурацкие шоу по телевидению, что копались в грязном белье состоятельных людей.       — Малыш, ну вот что тебе дома не сидится? Сдалась тебе эта ЮАР? Ой, всё я встаю-встаю. Только губки не дуй, иначе я наброшусь и ласково изнасилую тебя. — Лэй поднялся на постели и притянул к себе чуточку обиженного парня. Взял в руку его ладошку и нежно поцеловал пальчик на котором уже месяц красовалось обручальное кольцо.       — Да сдалась. Там сейчас так здорово. Папа сказал, что нам стоит туда отправиться. Эй, потерпи ещё несколько часов. Позже, в отеле меня ласково изнасилуешь. Ну, или я тебя… Я люблю тебя! — Триэл нежно коснулся Лэя лёгким поцелуем и тут же соскочил на пол и убежал прочь из комнаты, когда Орсом попытался повалить его на спину.       — Эй, это голодовка что ли? Триэл? Ну, ты сам напросился. Ты у меня в самолёте нормально сидеть не сможешь. А ну стой! Я ведь тоже люблю тебя! — Лэй сорвался с места и, чуть не запутавшись в покрывале, бросился вслед за парнем. Через пару минут где-то с кухни раздался задорный смех Триэла и мягкое бормотание Лэя. Им вместе так хорошо, что и плевать на весь остальной мир. Они просто любят друг друга, просто живут друг другом. И этого вполне достаточно для счастья. И этого вполне достаточно, чтобы всё преодолеть и быть вместе. Навсегда.