Истинная причина исчезновения рома

-И как мы остановим эти вопли? – громко спросил Крюк, желая все же быть услышанным среди стенаний двух маленьких детей. В колыбельке, плача в одной тональности и громкости, рядышком лежали Грейс и Бэй. Джефферсон наклонился и взял Грейс на руки. Он пытался ходить с ней, слегка подбрасывать, укачивать и даже петь – не работало. Не важно, что несчастный отец пытался делать, девчушке это не доставляло ни капли радости. Румпель же подвесил над колыбелькой сына побрякушку из золота, но то, что приносило счастье большинству людей, довольным малыша Бея совсем не делало. Киллиан решил рискнуть и, повернувшись к Шляпнику, жестом предложил передать Грейс ему. Джефферсон заметно колебался, не отрывая взгляда от крюка на его руке. Пират закатил глаза. -Что? То что я хочу, чтобы она умолкла, не означает, что я стану его использовать. - Джефферсон выпучил глаза и, пятясь, отвернул малышку от пирата. Когда же Киллиан развернулся и подошел к колыбельке, Румпельштильцхен наградил его не предвещавшим ничего хорошего взглядом. Капитан вскинул руки. -О, во имя всего… - бормоча что-то, что мог понять только пират, он отошел подальше, выкручивая крюк. Со стуком швырнув его на ближайший столик и, взглянув на обоих папаш, капитан заявил: «Вот. Ваши вопящие террористы спасены от кровожадного и бессердечного пирата». Прошло несколько минут, прежде чем отцы позволили Крюку без крюка приблизиться к детям, и Шляпник передал малышку Грейс пирату. В какой-то момент, показалось, что, наконец, наступила мирная тишина - Грейс перестала плакать, стоило Киллиану взять ее на руки. Он ухмыльнулся – дело сделано! -Это пиратские штучки. Девушки любят такое, - Киллиан подмигнул крошечной девчушке и улыбнулся своей самой очаровательной улыбкой (если бы Грейс была старше, он подозревал, она бы смущенно захихикала или упала бы в обморок прямо здесь). Но секундой позже она заплакала громче прежнего. -Так что ты там говорил? – фыркнул Джефферсон, забирая дочь. -Она слишком молода, чтобы оценить мое очарование, - Крюк саркастически глянул в ответ. -О, конечно, - угрюмо отозвался Тёмный, - в этом все дело.

***

Потребовалось много времени, но вскоре, после того, как детям дали бутылочки, они, наконец, успокоились. На самом деле, они были слишком спокойны, не капризничали, но и не спали. Румпельштильцхен и Джефферсон удивленно смотрели на детей. Вдруг они сделали что-то не так? Или это было просто чудом? В другом углу комнаты сидел Крюк, бормоча что-то о вечно кончающемся роме. -…растрачен на малышню. Шляпник и Тёмный обернулись на него, но пират не сразу заметил их ошалевшие взгляды. Он сидел, подняв бутылку, и пытался вытрясти из нее как можно больше капель себе в рот. Когда упала последняя, он, наконец, заметил свирепых отцов. -Что? Я что-то не заметил вас двоих, когда уговаривал их уснуть. -Ром – не решение, Крюк! – воскликнул Джефферсон, - Ты спятил! -Эй, как бы там ни было, это работает, приятель - Крюк пожал плечами и отбросил пустую бутылку подальше.

***

Как только у малышей началось ромовое похмелье, мужчины поняли – все насмарку. Крюка к карапузам и близко не подпускали из-за недавнего инцидента. Но, если подумать, могло быть и хуже. Румпель мог превратить его в улитку за спаивание детей, но, если на чистоту, ром, кажется, был лучшим, что с ними случилось. Он принес троим мужчинам немного тишины, даже если и не надолго. И уделив все свое внимание малюткам, ни Шляпник, ни Крюк, ни даже Румпель не заметили Реджину, почтившую их своим присутствием. -Здесь что, клуб отцов-одиночек? – ее взгляд остановился на Крюке. – Держу пари, ты тут на няньку учишься. Верно? -Я бы не стал нянчить этих двоих даже за все золото в этой комнате. -Кстати о золоте, - Тёмный посмотрел на пирата, - положи все на место. - Киллиан удивленно взглянул на хозяина замка, будто не понимал, о чем тот толкует, но спустя секунду сдался. Уж лучше вернуть золото, чем позже, пытаясь вынести его, лишиться и второй руки. Вынув клубок золотой нити из кармана, Крюк снова посмотрел на Реджину: «Так зачем ты явилась?» -Весь Лес их слышит, - она жестом указала в сторону детской колыбели. -Не думаю, что одна леди справится лучше. -Она – женщина, пират. – Джефферсон рассмеялся. Реджина метнула в него гневный взгляд, но ее лицо смягчилось, когда Шляпник продолжил, - Конечно, она справится лучше. С этими словами Реджина двинулась к плачущим малышам, и, наклонившись над колыбелькой, подняла Бэя. После того, как она удобно устроила его у себя на руках, малыш положил головку ей на плечо и плач тут же прекратился. Глазки Бэя медленно закрылись, он был очень утомлен. Реджина кинула самодовольный взгляд на капитана. -А как насчет Грейс? – Шляпник кивнул на все еще хныкающую дочь. Реджина закатила глаза. Она подошла к прялке Румпеля, взяла только что оставленный Крюком в стоящей рядом корзинке клубочек золота, и вернулась к колыбельке. Маленькие ручки Грейс тут же ухватились за него. Ее глазки сверкали от восторга, а крики мгновенно стихли. Мужчины уставились на это чудо. -Все просто, господа. Маленькие мальчики любят ласку, а девочки - дорогие вещички. – Реджина передала Бэя отцу. Она направилась к двери, где задержавшись, с довольным лицом, посмотрела через плечо. – Удачи вам с прорезающимися зубками. Все трое застонали в унисон. Отцовство обещало быть долгим и бессонным. Но глядя на умиротворенные и восторженные личики своих детей, Румпельштильцхен и Джефферсон понимали, что ни за что бы от этого не отказались. Шляпник обернулся на Киллиана и спросил: «У тебя еще ром остался? Он нам пригодится». -По тебе не скажешь, что пьешь, Шляпник, - усмехнулся пират. -Не для него, - сказал Румпель, - для малышей. Джефферсон согласно кивнул: «Это единственный способ пережить сезон режущихся зубов».