Зона отчуждения

       Наруто брел по пустынным улицам еле переставляя ноги. Он устал. Все тело болело. Безумно хотелось спать. Его раздражало буквально все: презрительные взгляды со стороны редких прохожих, ноющая боль расползающаяся по всему телу от плеча, свое бессилие, и самое главное – трусость окружающих его людей. Он был уверен в том, что все они до последнего малыша – трусы дорожащие лишь своей никчемной жизнью. Ведь никто не решился пойти на поиски пропавшей группы, члены которой должны были вернуться почти сутки назад, не говоря уже о том, чтобы пойти за маленьким мальчиком, который кинулся на поиски своего дяди в одиночку. Этот малыш, по мнению Удзумаки, поступил смелее и решительней всей этой кучки никчемных людишек. Да, он не знал что его ждет за воротами. Да, возможно он поступил глупо. Но он один сделал хоть что-то. Наруто был уверен, что если бы люди не были столь безразличными по отношению к окружающим и отправились на поиски членов группы Асумы хотя бы спустя час после того как они не вернулась или хотя бы пошли вместе с ним, то возможно бы спаслось больше народу, но он также осознавал и то, что в таком случае могло погибнуть еще больше людей и поэтому считал себя не имеющим право их осуждать и винить. Он винил себя, ведь если бы он пришел раньше со своей вылазки, то возможно бы успел спасти больше людей, а этот малыш не отправился бы один за ворота и не испытал столь сильный шок...        Из-за всего этого хотелось просто сдохнуть, но он не мог себе этого позволить. Нужно было найти Гаару, ведь после произошедшего сегодня ночью, он еще больше убедился в том, что выжить за воротами в одиночку почти не реально. И поэтому он все также будет коптить это чертово небо и раздражать своим присутствием этих мелких тварей, которые гордо именуют себя людьми. Удзумаки всегда поражался поведению этих существ. Они умудрялись рассуждать на тему гуманизма, но при этом убивали с особой жестокостью, причем могли прикрываться этим же гуманизмом, говорили о любви, но люто ненавидели, утверждали что будут защищать от любых бед и боли, при этом причиняя еще большую боль чем могли бы причинить окружающие, ведь в отличии от других людей они знают все ваши болевые точки. Наруто давно перестал себя причислять к людям. Он — монстр и считал, что так лучше, чем быть лицемерной тварью тихо ненавидящей всех и все вокруг. Именно поэтому он предпочитал компанию животных, мутантов и таких же как и он монстров. От них хотя бы знаешь чего ожидать. Они не вонзят тебе нож в спину и не нападут без особой на то причины, не будут тыкать в тебя пальцем за то, что ты немного от них отличаешься, да даже если и много, то все равно не будут.        С некоторых пор блондин начал презирать людей. Он считал, что ему посчастливилось родиться с мутацией и даже стал представляться монстром и если кто-то называл его человеком, то он воспринимал это как личное оскорбление. Зло ухмыльнувшись своим мыслям, он зашел в свой дом, который встретил его привычным холодом и пустотой. Пройдя в кухню, он достал из верхнего ящичка стола аптечку и стянул с себя всю одежду по пояс, но обработать раны ему не дал стук в дверь. Тихо матерясь по этому поводу, он отправился открывать. Распахнув двери, он удивленно уставился на двух брюнетов, нервно мнущихся у порога.        – Вам кого? – еле сдерживая раздражение спросил блондин.        – Наруто?! – больше утверждал чем спрашивал брюнет повыше с длинными волосами собранными в низкий хвост.        – А вы? – заинтересованно приподнял бровь Наруто.        – Я – Учиха Итачи, – представился длинноволосый, – а это, – указывая на рядом стоящего парня, – мой младший брат – Саске. Мы пришли к вам в локацию вчера вечером.        – Ага, это я уже понял, но какого черта вам нужно от меня? – все также не меняя интонации.        – Может ты пустишь нас в дом? Не хотелось бы обсуждать это, когда мимо ходят люди, – пояснил свою просьбу брюнет.        – Фиг с вами, заходите, – отходя в сторону и пропуская парней в дом, – заодно поможете мне обработать раны раз приперлись.        – Без проблем, – хмыкнул Итачи. Он обдумывал слова их лидера. Ему сказали, что Наруто – это солнечный блондин, любящий все живое несмотря на то, сколько это живое ему причинило боли, а сейчас перед ними стоит озлобленный, ехидный, агрессивный парень, который не отличается дружелюбием даже по отношению к людям с которыми живет рядом на протяжении уже многих лет. В этом Итачи убедился когда наблюдал из окна за блондином, разговаривающим с какой-то женщиной, которая слезно его умоляла о чем-то, а он ехидничал и грубил ей в ответ. Но все равно, было в нем что-то доброе, ведь не смотря ни на что, он все равно пустил ее в свой дом и спустя минут пять выбежал из него и направился в сторону ворот. Судя по всему решив ей помочь. И, судя по его ранениям, это помощь ему далась не легко. Из раздумий его вывел ехидный голос блондина:        – И долго ты меня будешь разглядывать? – ухмылялся блондин. – Или я настолько тебе приглянулся, что ты не можешь от меня оторвать свой взгляд? Если это так, то я спешу тебя обрадовать: если ты поможешь мне обработать плечо, то у тебя будет шанс ко мне даже прикоснуться, а не только так пялиться, – блондин открыто издевался, но Итачи это не капли не смущало.        – Ты конечно симпатичный, но увы и ах, я здесь по делу, – хмыкнул Учиха подходя к сидящему возле стола Наруто и смочив бинт в тазике с теплой водой принялся стирать потеки крови с плеча блондина.        – Даже так? – деланно удивился Удзумаки, – а я то думал что вы пришли познакомиться с новым соседом. Но это все фигня, – быстро сменил тему Наруто, – меня вот что интересует: твой брат что немой что ли? – хитро сверкая голубыми глазками.        – Чтоооооо? – завопил Саске. Обычно он во всех ситуациях оставался рассудительным и не показывал свои эмоции. До этого момента его мог вывести на эмоции лишь брат, а теперь еще и этот парень.        – О, смотри-ка, чудо, – заржал Наруто тыкая пальцем правой руки в плечо Итачи, – он заговорил. Да я волшебник! Столько лет молчал, а как познакомился со мной так заговорил. – Наруто сам не понимал зачем это делает. Просто эти парни ему казались давними друзьями, кем-то родным. С ними хотелось быть собой, а не строить из себя монстра. Старший притягивал своей рассудительностью и способностью отвечать шуткой на шутку, а над младшим, который судя по всему так стремился скрыть свои эмоции и казаться всем ледышкой, так и хотелось подшутить, чтобы он показал все на что способен.        – Я не немой, – возмутился Саске.        – Вот и я говорю, чудо. Рядом со мной даже ты выздоровел, – не переставал смеяться блондин.        Итачи с удивлением наблюдал за развернувшейся перед ним картиной. Мало того, что его вечно безэмоциональный брат так бурно реагирует на Наруто, так и сам Удзумаки отличался от того, кого Учиха видел у ворот и разговаривающим с той женщиной. Сейчас он был милым, улыбчивым и что самое главное – искренним. Теперь Итачи понимал своего лидера.       – Ладно, хватит, – опомнился блондин вновь становясь серьезным, – зачем приперлись?        – Мы от Гаары, – вздохнул старший из братьев разочарованный столь резкой переменой в настроении Наруто.