Зона отчуждения

       Когда, выслушав все претензии Гаары и перекусив, Наруто наконец зашел в выделенную ему, и теперь по праву считавшуюся его собственной, комнату, его взгляд упал на лежавшие на небольшом прикроватном столике тетради, которые он принес из полуразрушенной больницы. Решив немного отвлечься, он взял в руки одну из них, ту, которая выглядела наиболее потрепанной. По надписи на корочке тетради, Наруто понял, что данный дневник принадлежал тому самому владельцу кабинета — Орочимару. Блондин опустился на кровать и погрузился в, как он сначала подумал, вымышленный мир сумасшедшего человека.        В самом начале мужчина рассказывал о свои мечтах и желаниях, которые никак не могли родиться в голове психически здорового человека. Но к середине Орочимару все чаще и чаще возвращался к одному: Я всегда любил все неизведанное и странное. Я обожал доказывать людям, что если они во что-то не верят, это совершенно не значит, что это не возможно, что этого не существует. Рассказывал неизвестный Удзумаки человек. Но больше меня захватывали мифы. Я до жути, до дрожи в руках, до помутнения рассудка обожал эти нелепые сказки о вампирах, демонах и прочей нечисти. Однажды в детстве я прочитал миф о супер человеке, который был способен читать мысли других людей, проникая в их сознание. Паранормальные способности этого уникального существа позволяли ему считывать из мозга даже ту информацию, которую человек считает давно забытой. Более того, он был способен произвести жесткую кодировку сознания выбранной жертвы: на убийство, насилие, преданность и даже на любовь. Сначала я не очень впечатлился этим мифом, а затем я влюбился. Влюбился в самое прекрасное существо на свете. В солнышко, которое освещало мою жизнь. И я вспомнил, вспомнил эту чудесную историю. Ведь с каждым днем я все чаще и чаще хотел заглянуть в сознание моего любимого человека. Узнать как он ко мне относится, любит ли он меня? А если нет, то заставить его любить, любить меня, а не какую-то чертову девку. Ведь он мой, только мой. Именно это и сподвигло меня начать свои эксперименты.        Наруто поморщился, ему оставалось лишь предполагать до чего додумался этот странный доктор. Особенно если учесть, что Орочимару работал с людьми, но Удзумаки все же надеялся, что этот чудик не настолько сошел с ума, чтобы ставить свои эксперименты на живых людях. Прочитав еще несколько страниц этого бреда и убедившись, что Орочимару все же не экспериментировал на людях, он вновь наткнулся на упоминание о том человеке, в которого влюбился доктор.        И хоть он всегда был рад меня видеть, но все равно я не становился ему кем-то большим, чем просто другом. Однако мне было этого достаточно, тем более, что мои опыты, над которыми я работал большую часть своей сознательной жизни, наконец начали приносить свои результаты. И вот, сейчас появились первые жизнеспособные прототипы моей любимой девятки. Но все же самым удивительным образцом стала Кицуне. Я создал ее с двумя хвостами, но со временем у нее стали появляться еще. И по мере их появления она становилась сильнее. И тогда я решил свести ее со вторым образцом Кицуне – самцом. Долгое время они игнорировали присутствие друг друга. Но затем, когда у них появилось по девять хвостов, Кицуне сменили свой цвет. Самец стал золотым, а самка - до рези в глазах белой. А затем, одним весенним утром, самка стала вялой, а самец безумным. Он никого не запускал в выделенную для них клетку и ревностно охранял свою соседку.        Наруто вновь отложил тетрадь. Он никак не мог простить этому человеку издевательств над животными. Нет, он конечно был рад, что доктор не решил экспериментировать на людях, но с каждой новой прочитанной страницей он все больше и больше сомневался, что этого не случится дальше. Удзумаки конечно мог бросить читать эти записи, но не смотря ни на что он хотел узнать больше, узнать что было дальше, ведь слишком много в этом рассказе совпадений с окружающим его миром.        А затем, одним солнечным летним днем, мой мир рухнул. Рассыпался на маленькие кусочки, хотя нет, более точно будет сказать, что он превратился в пепел. Ведь даже самые маленькие кусочки можно собрать и склеить вновь. Да, на это потребовалось бы слишком много времени, но это было бы возможным. А пепел... А что пепел... Его не собрать, со временем ветер развеет его без остатка по всему миру... А я так и останусь в пустоте, во мраке, с вырванным сердцем... А все из-за того, что какая-то мерзкая девка посмела влюбить в себя мое солнышко, мое нежное сокровище, а он и рад. Пришел ко мне лучась счастьем, а я... Я улыбнулся и сказал как за него рад. А он продолжал улыбаться и что-то мне рассказывал, но я не слышал, я наблюдал за тем, как он сжимает мое сердце в своих руках, как с этих изящных кистей, покрытых золотистым загаром, стекает моя кровь... Он ушел так и не заметив мое состояние, а я и рад. Вот теперь я точно остался один...        Наруто даже стало на мгновение жаль этого несчастного сумасшедшего мужчину, ведь он сам не понаслышке знал, что значит разбитое сердце, что значит остаться одному среди людей. Но это было лишь на мгновение, ровно до того момента, пока он не начал читать дальше.        А потом я увидел их вместе. Она шла в кроваво-красном платье, что подчеркивало ее огненно-рыжие волосы. Она как будто искупалась в моей крови. Он улыбался ей не замечая этого. Они были счастливы. И я решил. Мне больше нечего терять. Я попробую тот эксперимент, я попробую на людях. Они меня не заметили, но не осознавая дали мне новый смысл жить. Я сделаю из нее монстра. Я знаю, что в тот момент на моем лице была самая счастливая улыбка. Я начал свои эксперименты на бездомных, ведь их никто не кинется искать. Я все продумал. Но все же первые несколько десятков подопытных умерли. Кто-то во время операции, кто-то не выдержал изменений. Но потом я понял, нужно делать это постепенно, а не все сразу и мне повезло. Я создал Гамадриаду. Она была прекрасна... Ее зеленые волосы, ее кожа, такая нежная и так безумно похожая на изумрудную листву дерева. Ее ломкие тонкие руки и ноги так похожие на веточки. Она могла бы с легкостью затеряться в лесу. Но она не уходила, а, вопреки всему, с непоколебимой упорностью ухаживала за молоденьким дубом, растущим в ограде. А потом, когда прошло три года, я захотел проверить на сколько она соответствует мифу. Я взял топор и пошел к тому дубу. Она плакала, умоляла меня его не трогать, но я все же срубил его. И, о чудо, на срубе дерева начала выделяться кровь, настоящая человеческая кровь. Я был счастлив не смотря на то, что Гамадриада умерла вместе со срубленным деревом...        Не выдержав, Наруто швырнул тетрадь в стену. На шум в комнату заглянул Гаара.        – Ты чего шумишь? Что-то случилось? – встревоженный голос друга немного привел блондина в чувства.        – Все нормально, – вздохнул Удзумаки. – Просто задремал и уронил тетрадь.        – Это же как ее нужно было «уронить», чтобы она так далеко отлетела? – с сарказмом.        – Да какая к черту разница?! – вспылил Наруто.        – Да никакой, – совершенно спокойно сказал рыжий, разворачиваясь чтобы уйти.        – Прости, – виновато опуская голову. – Я не хотел тебя обидеть. Просто...        – Что просто? – останавливаясь и разворачиваясь к Удзумаки.        – Я психанул...        – Не поверишь, но я заметил, – фыркнул Гаара и вновь развернулся к выходу.        – Нет-нет, не уходи, пожалуйста, – Наруто сделал рывок вперед и обнял друга. – Посиди со мной, я не смогу дочитать это один.        – Так не читай, – пожимая плечами, но все равно проходя в комнату и присаживаясь на кровать.        – Не могу, мне нужно это прочесть.        – Ну ладно, я посижу с тобой, но потом ты мне все объяснишь.        Наруто согласно кивнул и лег головой на колени Гаары, принимаясь читать дальше. Рыжий, как только блондинистая макушка опустилась к нему на колени, стразу запустил ладонь в растрепанную шевелюру друга и принялся перебирать пряди.        И вот время пришло, теперь я смогу отомстить той, которая посмела увести у меня его. Я долго думал кем ее сделать и решил остановиться на Ехидне. Ведь этот образ до невозможности ей подходит. Ведь она как Ехидна прекрасна ликом, но ужасна в своей змеиной сущности. Да и лучшей средой обитания для нее являлась бы не квартира в центре нашего небольшого городка, в которой она живет с моим любимым, а пещеры вдали от людей и даже богов. Но все пошло наперекосяк. Я притащил эту стерву в свою лабораторию, но она слишком рано очнулась и выбила колбу с подготовленным генным материалом из моих рук. Я пришел в ярость. Ну что же, ты сама напросилась. В то время я как раз проводил эксперименты по скрещиванию моей великолепной девятки с людьми и мне не хватало одного человека для скрещивания с моей любимицей – Кицуне. Она к тому времени уже родила маленького огненного лисенка, причем у детеныша было сразу семь хвостов. Чудо! И теперь Кицуне готова. Так что радуйся, тварь, тебе выпала такая честь. Привязав ее к кушетке, я принялся за операцию. Я работал над ней месяц. Я изменял ее гены, пересаживал ей органы и вот результат достигнут. Все было прекрасно. Мой любимый вновь стал приходить ко мне. Правда он всегда был мрачнее тучи. Он не мог смириться с тем, что его «любимая» пропала. Но это было поправимо, я бы вытащил его из этой пучины отчаяния. Но однажды, когда мой любимый вновь пришел ко мне, он признался, что она была беременна. Беременна от моего солнышка... Эта тварь вновь все испортила. Но я не сдамся, я верну его себе. Он будет моим, только моим! Мой Минато! Это даже звучит так, что дух захватывает.        На этом записи в тетради заканчивались, но после прочтения последних строк Наруто так ярко представил себе написавшего это мужчину, что его передернуло от отвращения. Почему-то этого человека он не мог представить себе никем, кроме как брюнетом с бледно-зелеными, почти желтыми глазами. Удзумаки представил как этот мужчина, написав последние две фразы, предвкушающе улыбнулся и пошло облизал губы. От представленной картины блондину стало жутко и поэтому он поспешил прижаться к столь надежному и необходимому сейчас другу.        За то время, что Наруто читал, Сабаку но умудрился уснуть, и даже, каким-то чудесным образом не побеспокоив Удзумаки, прилечь. Но когда во сне почувствовал прижимающегося к нему друга, что-то согласно угукнул и не просыпаясь прижал блондина к себе обнимая. Наруто благодарно улыбнулся и расслабился засыпая.