Каменный зверь

      — Спок? Спок!       Кирк бросился к другу, уже замахнувшемуся на приборную панель своего рабочего места. Успел схватить за локоть и еле удержал двумя руками от удара. Спок повернул голову: у висков играли желваки, в темных глазах плескалась угасавшая ярость.       Кирк оглянулся по сторонам. Обеспокоенная команда, как единый организм, развернулась в их сторону, встревоженно наблюдала за каждым движением.       Спок унял дыхание, медленно опустил руку.       — Все в порядке, капитан.       Кирк обжег взглядом замерший экипаж. Все отвернулись и занялись каждый своим делом.       — Нет, не в порядке. Спок, что творится? — Кирк полушепотом.       Спок посмотрел на него через плечо оценивающе. Четко поднялся с кресла.       — Капитан Кирк, мне нужно с вами поговорить.       Кирк кивнул. Они вышли в коридор, молча прошли до одной из одинаковых кают. Спок приложил ладонь к считывателю. Дверь бесшумно отъехала в сторону; из каюты донесся легкий запах благовоний. Кирк пораженно рассматривал вулканца, однако тот не заметил: уже прошел в проем. Кирк шагнул следом. Дверь закрылась, а Спок остановился посреди каюты и развернулся лицом к Кирку.       — Джим… — Спок сложил руки за спиной и замолчал, уставившись в пол.       — Спок, что с тобой? — Кирк развел руки в стороны.       — Я… Гхм, — голос внезапно сорвался. Спок отвернулся, — Мне нужно на Вулкан.       Кирк замотал головой:       — Спок, ты же знаешь, мы очень далеко…       — В том-то и проблема, — задумчиво заметил Спок.       — Что с тобой происходит? Ты… –Кирк внезапно замолчал, пораженный догадкой.       Спок кивнул.       Взгляд Кирка судорожно заметался по каюте.       — Спок, почему ты не предупредил раньше? Мы не успеем… — в панике прошептал он, — от клингонской части космоса…       Кирк беспомощно посмотрел на друга. Спок подошел ближе и положил руку на его плечо:       — Я знаю один способ. — Он посмотрел исподлобья, — Тебе не понравится.       Рука на плече сжалась.       Кирк сглотнул, пытаясь не потерять самообладания: вулканец был намного сильнее. Это они уже когда-то выяснили.       — Какой? — выдавил он.       Губы Спока растянулись в кровожадной улыбке:       — Мне нужен партнер для драки. И потом. Здесь. На Энтерпрайзе. Через четыре дня.       Кирк заглянул прямо ему в глаза: темные, безумные, заволоченные дымкой. Но через секунду на него смотрел обычный, знакомый Спок. Вулканец убрал руку с плеча Кирка, но не посчитал нужным отойти.       — Но… Ты ведь не убьешь его?       Спок серьезно посмотрел на него. Покачал головой:       — Я не знаю, Джим.       Кирк отвернулся, уже обмозговывая новый вариант.       — Ты давно задумался об этом? — тихо спросил он.       — Я почувствовал первые призывы, когда мы были на поверхности Кроноса. Уже тогда было поздно.       Кирк кивнул.       — И все равно не сказал мне.       Спок промолчал. Кирк быстро ходил из стороны в сторону. Благовония не выполняли свою функцию даже на сотую часть: он был встревожен, как никогда. Наконец Кирк остановился. Горестно покачал головой.       — Спок, я не могу отдать тебе ни одного из членов экипажа. Они все необходимы.       Вулканец, сидевший на своей идеально застеленной кровати, поднял голову. Взгляд его ничего не выражал.       — Значит ли это, что ты запрещаешь мне поступить таким образом для избежания смерти?       — Спок… Может быть есть другие пути?!       — Нету, Джим. Только Вулкан.       Кирк продолжил протаптывать пол по кругу. Зажав зубами собственный кулак, он снова перечислял в уме всех членов команды и их функции и гадал, смогут ли они лететь дальше при потере одного из них. По всему выходило, что каждый из членов экипажа, даже самый распоследний рядовой, — незаменимы. Кто-то всегда, а кто-то — только в экстренных ситуациях, но… Исхода это не меняло. Незаменимы. Кроме…       — Спок? — Кирк остановился посередине шага, — Спок, я нашел! — лицо Кирка озарила глупая ребяческая улыбка, он подбежал к другу и схватил его за плечи, заставил поднять бессильную голову.       — Хан.       Спок чуть нахмурился.       — Хан? Но разве мы не должны доставить его на суд?       Кирк снова улыбнулся:       — Ну… Смерть при попытке к бегству будет уважительной причиной. Если что. Если нет — наш МакКой — прекрасный врач. Главное — не дать ему убить тебя, — сияющие глаза Кирка погасли. Он опустил голову и тихо добавил, — Это очень большая проблема.       Спок рассматривал макушку Кирка. Вдруг ему захотелось вцепиться в нее зубами и разодрать, чтобы кровь сочилась по волосам прямо на пол, собиралась в лужицы… Спок сжал зубы и закрыл глаза.       — Выдели мне палубу, — хрипло заговорил он, — Пришли тех, кто может заниматься строительством. И материалы. И еще кое-что. Я подготовлю список. И… — хрипота перешла в горловое рычание, — уходи отсюда. БыстрРРЕЕ!!! — рявкнул он и уже отпрянувший при последних словах Кирк бросился к двери, выиграв себе фору в долю секунды. Спок с удивительной скоростью сорвался с кровати и кинулся следом.       Дверь закрылась точно вовремя. С той стороны раздался сильный удар, приглушенный толщиной стены. Кирк остановился шагов через пять, уверившись, что Спок остался в своей каюте. Скорбно посмотрев назад, он побрел на мостик.       Спок вернулся через час. Еще более бледный, чуть зеленоватый и спокойный как камень. Он молча подошел к Кирку, положил ему на колени исписанный лист бумаги и вернулся к своим мониторам. Кирк взял в руки список. Пробежался бегло, нахмурился. Внимательно вчитался. Недоуменно посмотрел на Спока, но промолчал. В конце списка значилось: «Я особо хотел бы обратить внимание, что содержимое этого списка, равно как и цель проводимого мероприятия, прошу оставить в тайне. Долгой жизни и процветания, Спок.»       Строители были выбраны из свободных в данный момент людей. Листы обшивки, испещренные микроскопическими кратерами и более поэтому негодные, но завалявшиеся после последнего ремонта — отправлены на тридцать восьмую палубу, располагавшуюся на самом нижнем герметичном уровне. Кирк лично принес Споку мешок, полный различной мелочевки — точно по списку.       Спок все меньше себя контролировал. В короткие промежутки ясного сознания он связывался с Кирком из своей каюты, постоянно спрашивая о готовности палубы.       За двадцать три часа до окончательного сумасшествия Кирк нажал кнопку видеосвязи.       — Каюта Спока.       Экран немного посветлел, что значило появление изображения, но в каюте, по-видимому, не был зажжен свет. Лишь одинокие пять огоньков свечей трепыхались где-то справа.       — Спок? — Кирк подошел к экрану ближе, силясь что-нибудь все же разглядеть.       Через пару секунд Спок будто появился из ниоткуда, глядя черными глазами исподлобья прямо в камеру. Бледный до зелени, видной в темноте графическим распознавателем. Кирк отпрянул.       — Да, капитан? — вкрадчивый голос Спока был хрипловат, но спокоен. Губы искривились в подобии улыбки.       Кирк сглотнул.       — Спок, палуба готова. Как только придешь в себя, можешь туда отправляться.       Спок обнажил ровные зубы.       — Хорррошо. — Спок посмотрел куда-то выше видеокамеры, — а… Хан?       — Хан будет, когда начнется Пон фарр. — невозмутимо ответил Кирк, — Спок, я свяжу ему руки. Он тебя не убьет.       Кирк поймал себя на опасении, что теперь не уверен, выживет ли Хан. Еще двое суток назад он бы посмеялся над этой мыслью…       Спок рвано кивнул и также неожиданно растворился в темноте. Кирк опустил голову. Снова нажал на кнопку. Закончить сеанс связи.       За Ханом пришли ближе к утру — по межгалактическому времени. Кирк оценивающе посмотрел на него через стекло камеры, повернулся к своим людям. Что-то тихо сказал им, они вернули ему наручники, приготовленные для Хана. Взамен он дал им маленький моток простой веревки. Хан смотрел на разворачивающееся с отстраненным любопытством.       В камеру вошли. Хан сидел на своей кушетке, провожая их немигающим взглядом ледяных глаз. Когда они приблизились, Хан одним слитным движением встал и протянул им руки, сложенные вместе. Они недоуменно покосились на веревку. Хан повернул голову к Кирку.       — Позвольте поинтересоваться, капитан, куда я направляюсь?       Кирк горько усмехнулся:       — Я не вправе тебе говорить.       Хан поднял брови, но промолчал. Люди, наконец, разобрались, что делать с веревкой и медленно неуклюже наматывали ее на протянутые руки. Когда через пару минут дело было сделано, конвой окружил его и вывел из камеры. Кирк развернулся, зашагал вперед, прокладывая путь.       — Почему мы не воспользуемся телепортом? Капитан. — поинтересовался Хан.       Кирк оглянулся, хмуро на него посмотрел, но ничего не ответил. Долго спускались вниз, шли коридорами и коридорчиками, местами такими тесными, что конвой вытягивался в линию и голову Хана посещали весьма недвусмысленные вещи. Между ладонями, сжатыми в кулаки, провисало около полуметра веревки, и этого бы ему хватило для свободы.       Спустились на очередную палубу. Мимо Хана проплыли нарисованные на стене огромные цифры «38». Конвой не сбавлял шага. Наконец, остановились перед стеной, собранной из больших листов обшивки, явно перегораживающей палубу и отделяющей большую, почти круглую ее часть. В стене имелась дверь — незагерметизированная, неуклюжая, но достаточно толстая — как показалось Хану. Конвой расступился. Кирк собственноручно потянулся к ручке. Дверь оказалась на петлях. Странно для корабля. За стеной царила кромешная тьма, ни одного освещенного угла. Хан непонимающе воззрился на Кирка, но тот только упрямо смотрел в глаза. Хана подтолкнули в спину фазером.       — Я удостоился именной камеры, капитан? — почти серьезно спросил Хан.       Кирк отвел глаза.       — Заходи.       Хану достаточно было двух шагов, чтобы пересечь порог. Дверь за ним громко захлопнулась. Воздух вокруг содрогнулся.       Хан огляделся в темноте. Глаза уже немного привыкли и различали уходящие по сторонам стены и пару неясных темных силуэтов в дальней части палубы. Вдруг Хану показалось, что один из них пошевелился. Он чуть присел, стремительно задрав голову, когда в центре палубы зажглась лампа на потолке, впрочем слабая, недостающая до пола, лишь немного рассеивающая тьму. В самой дальней части палубы, левее от центра, находилось огромное ложе, застеленное белоснежным бельем. Однако, одеяло на нем было скомкано. Неподалеку от него — еще одна дверь, такая же, как та, через которую Хан вошел. Справа, довольно далеко от ложа — простой стол, на котором что-то слабо поблескивало. Еще правее — та самая фигура, которая шевельнулась. Спок медленно опускал руку от выключателя.       Хан выпрямился. Спок медленно, плавно приближался. Выверяя каждый шаг. Крадучись. Шел не напрямую, а вдоль изгибающейся стены, неотрывно глядя на Хана.       — Теперь мы с вами в одной тарелке, мистер Спок? — вкрадчиво сказал Хан.       Спок молча шел. Метрах в пяти Хан разглядел зеленоватый болезненный румянец. Спок размеренно, но тяжело дышал. Руки сжаты в побелевшие кулаки, глаза кажутся совсем черными в неверной тени. В двух метрах от Хана Спок разомкнул губы, но звук, глухой, рычащий, исказивший маску спокойствия, раздался, только когда он подошел вплотную к Хану.       — Дерррись.       И первым стремительно замахнулся.       Небольшие пятна крови покрывали пол в тех местах, где его касались испачканные руки Спока и Хана. Они кружили по палубе довольно долго, но полметра веревки оказали Хану плохую службу: теперь он лежал, поваленный Споком. Вулканец нависал сверху, коленями придавив веревку, так, что она удерживала руки Хана на уровне бедер; вцепившись одной рукой в волосы Хана, другую, сжатую в окровавленный кулак, размеренно опускал на его лицо. Голова Хана безвольно болталась из стороны в сторону, глаза были закрыты: пару особо сильных ударов назад он все-таки отключился.       Спок замер. Наклонившись к разбитому лицу, он повел носом, раздув ноздри. Ресницы задрожали. Неуклюже слез с Хана. Размотал веревку, стянул с Хана кофту, связал заново — за спиной. Руки будто сами знали, что делать. Удовлетворенно осклабился, не увидев на груди ни единого волоска. Поднялся с пола, потащил безвольное тело к столу. Для себя Спок давно решил, что не будет убивать. Всеми силами будет противиться, но сознание все сильнее заволакивалось тягучей глухой пеленой. Спок изо всех сил дернул за столешницу снизу. Никакого эффекта. Он опустился на колени, стащил сверху еще одну веревку. Крепко примотал ноги Хана к ножкам стола. Выпрямился над поверженным противником; не отрывая от него взгляда, скрюченными пальцами сгреб со стола два длинных шила. Сжал в кулаках. Занес дрожащие руки. Лицо исказила гримаса боли. Не выдержав, с криком опустил шила вниз, воткнув их по самые рукоятки.       В пол по обе стороны от головы Хана. Капля пота упала со лба Спока и покатилась по щеке сверхчеловека. Спок заморгал, мотая головой. Но спустя пару минут снова потемневшими глазами в упор посмотрел на лежащего без сознания Хана. Неторопливо поднялся. Направился в дверь возле ложа, захватив со стола пластиковую чашу. Вернулся скоро, аккуратно неся перед собой емкость, полную воды. Остановился над Ханом. Завороженно следя за потоком, смывающим кровь и обнажающим успевшую зажить кожу, медленно перевернул чашу. Хан выгнулся, захрипел, отплевывая воду. Спок отбросил пластик в сторону, схватил со стола небольшой предмет, похожий на авторучку, и опустился на колени: одной ногой — между ног Хана, второй — сбоку от него. Хан следил за ним, сипло дыша.       — Спок… — Хан смотрел на него теми же холодными глазами, как и в самом начале.       Спок уперся рукой Хану в грудь и навис над его лицом, глядя в глаза. Раздалось тихое грудное рычание. Хан не моргал. Спок оскалил зубы. Сжал щепоткой кусочек кожи над сердцем Хана, поднес авторучку. Глаза в глаза. Тонкий луч лазера, набирая мощность, пронзил складку кожи, оставив небольшое дымящееся отверстие. Хан закричал.       Вторая щепоть. Чуть ниже. Лазер. Крик. Хан не в состоянии справиться с собственным телом, ищущим способ выскользнуть из ловушки. Связанные за спиной руки мешают отстраниться.       Ниже. Третья. Все по кругу. У Хана дрожит подбородок. Спок часто дышит, наблюдая.       Четвертая. Пятая.       Теперь справа. Спок раздувает ноздри, чуя обгорелую плоть. Хан пытается вжаться в пол. Глаза сквозь слезы ледяные, насмешливые. Снова кричит.       Десять. Хана колотит крупной дрожью от боли. Спока — от наслаждения. Запах пота повсюду. Спок навис на Ханом, опершись на локоть. Левой рукой раскрыл Хану глаз и направил туда сопло лазера; положил палец на кнопку включения. Зрачки Хана наконец расширились. Спок удовлетворенно осклабился и отбросил лазер. Не глядя пошарил по столу, горстью стащил россыпь мелких колечек. Несколько штук упали на пол, покатились в разные стороны и затихли где-то в тени. Хан следил глазами, как Спок взял из горсти одно и продел в дырку от лазера. Почти не больно. Хан сжал зубы. Спок кропотливо вдел остальные кольца. Оглянулся к столу. Повернулся обратно, задумчиво щуря черные глаза. Хан дышит размеренно. Ждет. Спок встряхнул рукой. В сторону полетел комок черной материи, но в пальцах остался самый ее край. Лента.       Хан хрипло засмеялся:       — Ты предсказуем, коммандер.       Спок, не обратив на него внимания, зашнуровал кольца, тщательно расправляя ленту на поворотах. Сверху вниз. Снизу — неаккуратный узел. Хан хрипло дышал. Из отверстий в коже сочилась кровь. Спок поднялся на ноги. Удовлетворенно осмотрел дело своих рук. Чуть приподнятые уголки губ и густые брови давали неоднозначную тень; словно сам Дьявол нависал над Ханом. Голубые глаза внимательно следили за Споком.       — Пора. Время, — низким, глухим, не своим голосом выдавил Спок.       Он сбросил форму, оставшуюся лежать небрежной кучей на полу. Темные волосы странно смотрелись на зеленоватом теле. Он взял со стола нож и опустился на колени между ног Хана.             ***       Спок четким шагом прошел на мостик. К нему вернулся обычный цвет лица, и если бы не разбитая губа, бровь, синяк на скуле и странное виноватое выражение глаз, можно было бы сказать, что все как всегда. Он приблизился к Кирку, наклонился, что-то шепнул на ухо. Кирк поднял на него вопросительный взгляд. Спок почти незаметно покачал головой. Жив.       Кирк облегченно вздохнул. Спок продолжил шепотом еще тише:       — Джим, прошу. Забери его сам. Один. Пожалуйста. Он безопасен.       Кирк потрясенно поднял брови. Покачал головой.       — Как капитан, я не могу подвергнуть…       — Как мой Т`хи`ла. — тихо попросил Спок и просяще заглянул Джиму в глаза, — Пожалуйста.       Спок отстранился, а Кирк, застыв, разглядывал каменное лицо друга, впервые признавшего такие чувства, и его невозмутимые ясные глаза.       Наконец он кивнул, поднялся с кресла. Окинул взглядом экипаж и, не оглядываясь, покинул мостик.       Перед Кирком отворилась та самая дверь. В дальнем конце, возле стола, он увидел освещенное тусклой верхней лампой лежащее тело. Весь пол был заляпан кровью. Кирк осторожно приблизился. С каждым шагом глаза его все больше раскрывались; эхо шагов разносилось по палубе. Хан лежал на полу возле стола со связанными за спиной руками. Грудь его равномерно, но слабо вздымалась, волосы разметались по полу; несколько прядей прилипло к мокрому лицу. По обе стороны от головы из пола торчали рукояти пары шил. На груди — множество маленьких кровяных пятен, в которых Кирк с ужасом разглядел куски содранной кожи. По бокам, внизу живота, четкие синюшные отпечатки больших ладоней. Брюки небрежно распороты промеж ног и отдернуты к коленям. Лодыжки задраны, крепко примотаны веревкой к ножкам приваренного к полу стола. Под задом — уже засохшее белое пятно с красными потеками. В стороне валяется бесформенная, местами поблескивающая, кучка, в которой Кирк узнал ленту, с трудом выпрошенную у одной из рядовых женщин.       Хан холодно следил за ним из-под ресниц.       — Капитан Кирк? Какая встреча, — хрипло проговорил он, — Вы тоже пришли поразвлечься?