Турнир Четырёх Волшебников

      По субботам ученики спускались завтракать позже. Но в этот выходной не только Гарри, Рон и Гермиона встали пораньше. В холле уже собралось человек двадцать. Кто-то жевал тосты, и все глазели на Кубок огня. Он стоял в центре холла на табуретке, на которую обычно клали Волшебную шляпу. Его обегала начерченная на полу золотая линия, образуя окружность радиусом три метра. -Интересно, кто-нибудь уже бросил в Кубок пергамент со своим именем? — спросил у третьекурсницы Рон. -Дурмстрангцы бросили все. Из Хогвартса Диггори, Малфой и кто-то ещё. Из шармбатонцев Делакур с пятью подругами. Из русской, как я поняла Иван,Арина и 10 человек.-откуда она знала все имена никто не знает. -Уверен, что ночью кто-то наверняка бросил. Я бы так и сделал. Неприятно, когда в такую минуту на тебя смотрят. Вдруг Кубок тут же плюнет тебе в лицо твое имя, — сказал Гарри. -Мадам Грейнджер, что вы строчите?-спросил Рон у Герми. Ответа не последовало.-Алло? Я с кем разговариваю?-ответа снова не последовало. Уизли начал беспокоиться, не оглохла ли его подруга. Вдруг она встала и пошла к Кубку. И, глубоко вздохнув, у всех на глазах переступила золотую черту. Все неотрывно смотрели на неё. Гермиона подошла к Кубку и опустила туда листочек. Все зааплодировали. -Ты всё-таки решилась?-спросил Рон. -Пришлось. Пойдёмте завтракать.-всё ещё не веря тому, что сделала. В Большом зале, как и полагается в канун Дня Всех Святых, под волшебным потолком порхали стайки летучих мышей, а из каждого угла подмигивали огоньки в прорезях огромных тыкв. Гарри подсел к Дину с Симусом, обсуждавшим, кто из хогвартцев решится бросить свое имя в Кубок. — Говорят, Уоррингтон бросил, еще на рассвете, — сообщил Дин. — Ну, тот, похожий на ленивца увалень из Слизерина. Уоррингтон играл в команде слизеринцев, Гарри его хорошо знал. Не дай бог, Кубок кого-нибудь из слизеринцев выберет! Гарри даже передернуло от отвращения. — А пуффендуйцы поговаривают о Диггори, — презрительно пожал плечами Симус. — Но вряд ли этот красавчик захочет рисковать своей внешностью. — Тихо, — вдруг сказала Гермиона. Из холла донеслись возбужденные голоса. Гриффиндорцы повернули головы: в зал входила со смущенной улыбкой Анджелина Джонсон, высокая черноволосая девушка — охотник гриффиндорской команды. — Ну вот, — сказала она, подсев к друзьям. — Я бросила свое имя. — Как я рада, что кто-то ещё из наших решился бросить! — повернулась к ней Гермиона. — Хорошо бы Кубок тебя выбрал! Очень на это надеюсь. — Спасибо, Гермиона. Но ты то тоже участвуешь. — Я боюсь, вдруг меня выберут и я проиграю. — Не переживай. — Конечно, уж лучше ты, чем этот красавчик Диггори, — заметил Симус, чем привел в негодование проходивших мимо пуффендуйцев. — Гарри, ты не видел Соню? Мы хотели кое-куда пойти.-обратилась Гермиона к Гарри. — Вон она.-небрежно мотнул Гарри в сторону входа. Иван что-то говорил волнующейся Соне. В её руках была небольшая бумажка. Троице стало понятно. Ваня подбадривал свою подругу, чтобы та набралась храбрости и бросила листочек в Кубок. Ещё мгновение и Соня стояла с довольным видом около Кубком. Всё-таки она сделала это! Она бросила своё имя в Кубок Огня! Да! -Гермиона, пошли?-спросила только что пришедшая и довольная собой Соня. -Да, идём.-бросила Гермиона и пошла на выход вместе с пантелеймонкой. -Куда это они?-спросил у Вани Рон. -Сам не знаю. -Может пойдём к Хагриду? Давненько мы к нему не наведывались.-предложил Гарри. -Я не могу. Сейчас у нас Темноведенье, а потом Защита от Тёмных искусств с Грюмом.-уныло проговорил Ваня. -Зато защита у вас с нами. Ладно, пока. -Пока.-бросил Иван и ушёл. -Потопали к Хагриду.-сказал Рон. -Смотри-ка, Рон,-толкнул Гарри друга.-Твоя приятельница!       Из входных дверей в холл потянулись шармбатонцы и среди них девушка, похожая на вейлу. Мадам Максим вошла последняя и гуськом повела свой выводок к Кубку огня. Стоявшие вокруг Кубка вежливо уступили место вновь прибывшим, с любопытством наблюдая за ними. Один за другим гости переступали золотую линию и бросали кусочки пергамента в синевато-белое пламя — огонь при этом пунцовел и выбрасывал сноп ярко-красных искр. — А что будет с теми, кого Кубок не выберет? — шепнул Рон Гарри, наблюдая, как вейла бросает в огонь пергамент. — Как, по-твоему, они вернутся домой или останутся смотреть Турнир? — Не знаю. Наверное, останутся. Мадам Максим ведь будет судьей. Наконец все шармбатонцы побросали имена в Кубок, и мадам Максим вывела их строем наружу. — Где же они ночуют? — Рон подошел к дверям, провожая их взглядом.-Ладно, пойдём. Рон поскакал по каменным ступеням, не сводя глаз с «вейлы», шедшей рядом с мадам Максим по лугу, сбегающему к хижине Хагрида.Друзья шли в том же направлении: хижина стояла на опушке Запретного леса. Подойдя к ней, Рон получил наконец ответ на мучивший его вопрос. Метрах в двухстах от хижины синела гигантских размеров карета, в которой приехали гости из Шармбатона, и сейчас они вереницей лезли в нее по золотым ступеням. А неподалеку во временном загоне паслись слоноподобные крылатые кони.Гарри постучал в дверь хижины. Клык тотчас откликнулся громким лаем. — Давно пора! — Хагрид распахнул дверь. — Думал, вы уж забыли, где я живу. — Мы были очень, очень заняты, Хаг… — Гарри от изумления поперхнулась, взглянув на Хагрида. На нем был его парадный (чудовищный!) коричневый костюм и оранжево-желтый в клеточку галстук. Но не это было самое страшное. Он, видно, пытался укротить свои волосы с помощью дегтя и даже сделал пробор, разделив одну большую копну на две поменьше. Скорее всего, хотел сделать прическу «конский хвост», но шевелюра оказалась слишком густа. Разумеется, красоты Хагриду это не добавило. Гарри вытаращился на него, но взяв себя в руки спросил: — А-а… где соплохвосты? — Наруже, рядом с грядкой тыковок, — расцвел Хагрид. — Выросли очень. В длину почти метр. Только вот — эх, беда! — стали друг дружку убивать.— Я теперь их в отдельных ящиках держу. Около двадцати деточек все-таки еще осталось. — Какое счастье! — сказал Рон. Хагрид кивнул, не поняв сарказма. В хижине была всего одна комната. В углу — громадная кровать, застланная лоскутным одеялом. Возле камина под стать деревянный стол в окружении таких же стульев, под потолком висят копченые окорока и всякая птица. Хагрид взялся готовить чай, а друзья сели за стол и скоро все увлеклись разговором о предстоящем Турнире. Оказывается, Хагрида он волновал не меньше других. Гостеприимный Хагрид пригласил друзей отобедать: перед их приходом он как раз зажарил кусок говядины. Но они только поковыряли мясо: Гермиона обнаружила у себя в тарелке довольно большой коготь. За обедом разговор продолжился — безуспешно пытались выведать у Хагрида задание, гадали, кто из претендентов будет выбран и всё ли еще Фред с Джорджем бородаты. -Ладно, Хагрид. Мы пошли. У нас урок с Грюмом.-увидел Гарри время. -Хорошо, идите.