Операция "Контрольный в сердце"

Просыпаюсь от плавных движений, будто из под головы вытащили подушку. Открываю глаза. Через окно просачиваются яркие, оранжевые солнечные лучи. В комнате жарко. Я осматриваюсь. Серое постельное бельё, огромный телевизор на стене напротив кровати, серые шторы на окнах. А главное – его запах. Точно! Я в доме Бена. Но, его рядом нет. Сбежал куда-то… Нужно его найти. Встаю, натягиваю трусики, поднимаю нашу одежду с пола, надеваю на себя его майку, выхожу из комнаты. - Бен, - негромко зову я. Мне в ответ тишина. Кофеварка бодро пыхтит. Приготовлю любимому полицейскому завтрак. Омлет с беконом, пара сэндвичей и крепкий кофе. Как он любит. Замечаю Бена, висящем на турнике во дворе. Он ловит мой взгляд, подзываю его жестом. Он перестаёт подтягиваться, входит в дом. – Доброго утра, - улыбаюсь, пряча глаза. - Доброго, - кивает, вытирая лицо полотенцем. - Я приготовила тебе завтрак, - тычу пальцем на стол. - Спасибо, - садится он. – А ты? - Я завтракаю кофе. Ты же знаешь, - сажусь напротив него, прижимаю колени к груди. - Тебе не обязательно ходить голышом, - жуёт, не глядя на меня. - Я не голая. В майке и трусиках. - Нет, голая! – повышает голос. Офицер МакКензи вернулся… - Прости, я оденусь, - встаю. - Не обязательно это делать сейчас. Я просто сделал тебе замечание, Холи, - голос строг. Я сажусь обратно. Он молча доедает свой завтрак, время от времени перелистывая страницы свежего выпуска Los Angeles Times. Я допиваю кофе, изучая серебристый лак на ногтях пальцев ног. Почему мы не разговариваем? Почему ты молчишь, Бенни? Меня это убивает. – Спасибо за завтрак, - громко благодарит меня, почти бросая посуду в раковину. - Мне не сложно, - жму плечами. Бен молча уходит в ванную. Слышу, как застучала вода по дну ванны душа, как сдвинулись дверки. Ты же не собираешься делать вид, что между нами ничего не было? Быстро раздеваюсь, оставляя трусики и майку на кресле. Пробираюсь в ванную комнату. Бен стоит спиной к выходу. Забираюсь к нему в душ. Поперек спины у него несколько длинных шрамов. О, Господи, любимый! Что же ты пережил? Провожу по отметинам пальцами. – Больно? - Уже нет, - слегка раздражённо отвечает он. – Зажили, - он трёт мочалкой шею. - От чего они? – забираю её из его рук, наливаю ещё геля, легонько тру спину. - Не хочу говорить об этом, - отвечает. - На службе или там, на войне? – кусаю губу. - Хол! – громко произносит моё имя. - А на груди откуда? - Холи! Я же сказал! – рычит. - Ну, ладно. А на животе ведь от тех пуль? - Просил же! – резко разворачивается. – Что непонятного? – хлопает меня по руке, выбивая из неё мочалку. Я вздрагиваю. Опускаю глаза. Не плачь, Холи! Не смей! Но предательские слезы брызгают из глаз. Отворачиваюсь, наливаю шампунь в ладонь, мылю голову. Конечно же всхлипываю. – Эй! Ну, ладно. Прости, - ему неловко, опускает ладонь на моё плечо. Я дёргаюсь, сбрасывая её с себя. – Дьявол! – шипит. Прижимается грудью к моей спине. - Мне просто интересно. Я не хочу делать тебе больно, - всхлипываю. - Я не люблю об этом вспоминать, - тянет меня под разбрызгиватель душа, смывает с моей головы пену. – Простишь? – шепчет мне на ухо. Я киваю. Бенни, мой любимый Бенни! Можешь, пожалуйста, обнимать меня вечно? Ладони гуляют по моему телу. Он хочет меня. Я это чувствую. Прижимает к стене, быстро разворачивает меня к себе лицом. – Иди ко мне, - поднимает меня за бёдра, обхватываю его талию ногами. Упираюсь спиной в стену, крепко сжимаю его ладони. Мне больно. Немного саднит. Три раза за два часа вчера вечером – это перебор. Я не привыкла к такому. Это было потрясающе, но между ног болит. Он не просит меня остаться, почти не говорит со мной и на прощание я получаю дурацкий поцелуй в щёку и грёбаное дружеское похлопывание по спине. Будто и не было ничего между нами… Несмотря на это неприятное прощание, я все равно чувствую, что за спиной у меня расправлены крылья. Я провела потрясающую ночь с любимым Беном. С моей страстной любовью, и как оказалось, невероятным любовником. И следующую ночь мы проведём вместе - патрулируем наш район. Я тоскую весь день. Как же плохо без тебя, любимый! Как же плохо! С тобой было так хорошо. Ты подарил мне замечательную ночь, и я могу только мечтать о повторении. Еле сдерживаюсь, чтобы не позвонить ему, не написать. Руки так и чешутся. Бенни, ты единственный, кого я желаю! Сегодняшней ночью дежурит Декс. Мы пьём с ним кофе в его машине. Болтаем. Он расспрашивает меня о моём самочувствии. Как никак позавчера мне угрожали пушкой. Я отшучиваюсь. А у самой все органы трясутся. Ведь сейчас я увижу любимого, и проведу вместе с ним всю ночь. Вдруг, мне и сегодня достанется сеанс любви с Беном. - Доброй ночи, коллеги, - начальник смены – сержант Америка Уильямс приветствует нас. Я осматриваюсь. Бенджамина нет. Настораживает. С ним всё в порядке? Надеюсь. Теперь нервничаю по другому поводу. – Ночь обещает быть спокойной. Сегодня не так жарко как вчера, и даже обещали дождь, так что не придирайтесь зря к горожанам. Задерживайте только подозрительных. Детективы сидят без работы, так что можете спрашивать совета у них. Никаких изменений в штатном расписании нет, напарники работают вместе. Всё, как обычно. Берегите себя, служите и защищайте! Декс, Холи, подойдите ко мне, - просит сержант. Все покидают переговорную. – Офицер МакКензи и офицер Дельгада сегодня патрулируют вместе, в Комптоне, они уже там. Эту ночь вы поработаете вместе, так что не лезьте в пекло, не приближайтесь к бандам, не принимайте вызовы и не ездите по адресам. Ваша задача на эту ночь – патруль. Покатайтесь по району, - кивает Америка. Декстер выходит. - Сержант, а почему наши напарники сегодня вместе? Что-то случилось? – я не могу не узнать. - Да, Бен сказал, что какой-то информатор сообщил, что в Комптоне готовится крупная наркосделка, и попросил не ставить сегодня тебя с ним в пару, - объясняет. В горле застревает ком. Он отказался от меня! – Бережёт тебя, ты же девочка, - улыбается сержант. – Да и неопытная… - уходит. Хуже того, что Бен бросил меня сегодня, может быть только обвинение в неопытности. Что я вообще тут делаю? Может мне лучше идти играть в куклы? Раз я неопытная девочка… - Не ночь, а сказка. Ничего делать не надо, только колеси себе по городу и смотри чтобы всё было спокойно, - радуется Декси. - Ага, - пялюсь в окно. - Эй, что с тобой, птичка? – смотрит на меня друг. Я отрицательно качаю головой, но слёзы – предательницы стекают по щекам. – Что с тобой? – пугается, тормозит у кафе. - Вчерашняя ночь… Я провела её у Бена. У нас всё было… И секс, и сон в обнимку, и утренний душ, и завтрак. Знаешь, как он со мной попрощался? Похлопал блин меня по спине! – злюсь. – А сегодня не захотел со мной работать! – утираю нос. - Переспала с МакКензи? – раскрывает глаза. – Поздравляю! Спустя полгода… - хлопает меня по коленке. – Ты угрожала ему Глоком? - Расплакалась, - дую губы. - Беспроигрышный вариант! Ты не меняешься, птичка! - Я люблю этого козла! – фыркаю. - Ну, а как он? – улыбается Декс. - Супер! – киваю. - Лучше МакДормана? - Лиам – мальчишка, - отмахиваюсь. - Чёрт! – щурится Декс. – Птичка, послушай. Не знаю, что ты там себе напридумывала, но я уверен, что Бен нормальный. И ты ему явно нравишься. - Не знаю, Декси, не знаю… - кусаю губу. – Он был нежным. Периодически… - Бен МакКензи нежный? Я в шоке! – смеётся. Закатываю глаза. Всю смену тереблю в руках телефон, порываюсь написать ему гневное сообщение. Ненавижу его! И дико злюсь. Весь следующий день и всю ночь я тоскую. Мне тяжело без него. Я так скучаю по Бену. Мой любимый напарник, мой любимый мужчина. Если он и завтра бросит меня, я застрелю его. Дурацкий любимый Бенни! На утреннем совещании снова не вижу Бена. Он издевается надо мной! Может, он и вправду избегает меня? Возле нашей машины пусто. Патрулировать одной? Ну, отлично! Открываю машину. - На пассажирское, О’Доннелл! – легонько отталкивает меня Бен. Любимый! В душе поют птицы. Обхожу машину, усаживаюсь на привычное сиденье, пристёгиваюсь. – Как ночной патруль? – улыбается. - Отлично, - тычусь в телефон. - Эй, убери! – ему не нравится, когда я отвлекаюсь на смартфон. - Ага, - продолжаю набирать Декстеру сообщение. «Позвони мне, заигрывай, шути, настаивай на свидании!» - отправляю. «Ты не птичка, ты хитрая лиса, Холи!» - отвечает друг. - Убери сказал! От этого зависит наша общая безопасность! - Безопасность, - закатываю глаза. - У Розитты Мендес закончилось сердечное лекарство. Нужно отвезти, - голос диспетчера. - Би-33, приняли! Вышлите подробный адрес и рецепт, - отвечаю. - Приняли? – раскрывает глаза Бен. – Через полгорода ехать! И с каких пор ты не советуешься со мной? - С тех самых, как ты начал работать с другим напарником. Я теперь большая, самостоятельная, знаешь ли! – фыркаю. - Это была вынужденная мера. Я не мог тащить тебя в Комптон. Это опасно! - Да, - киваю я. – Иди к чёрту! - Ты что себе позволяешь? – раскрывает глаза. - Ты же позволил себе избегать меня! – пялюсь на дорогу. - Так и знал, что ты так всё воспримешь! Хол, - начинает. - Даже слушать не хочу! – улыбаюсь. - А придётся! – рычит. - Замолчи! – перебиваю его. – Мы никто друг другу, ты мне ничем не обязан. С чего я вдруг взяла, что ты не должен меня избегать? А с чего ты взял, что должен? – хмыкаю. - Эй, стоп! Моя очередь… - он пытается меня переубедить. Но тут звонит Декс. - Всё, заткнись! – фыркаю, и отвечаю на звонок. Заигрываю с другом, флиртую. Бен не подаёт вида, что его хоть немного волнует мой разговор. - Завязывай! – приказывает Бен. - Ладно, малыш, тут, типа, старший коп орёт на меня. Сегодня в половине восьмого, - страстно бормочу Дексу. Он смеётся, кладет трубку. - Отменяй свидание, принцесса. Мы работаем двойную смену сегодня, - ставит меня перед фактом. - С какой радости? Я не соглашалась на двадцать четыре часа! – фыркаю. - Я согласился. - Ты не имел права! – злюсь. - Я вообще-то старший офицер! – повышает голос. - Будь ты хоть самим министром обороны, МакКензи! Я должна подписать письменное согласие на сверхурочные! – тоже говорю громче чем обычно. - Не визжи! Тысячу раз просил! – прожигает меня взглядом. - Не визжу! Прекрати тыкать мне этим! Я спасла тебя своим визгом! Это было необходимо! Я не знала, как ещё отвлечь его! Он забрал мою пушку, и целился ей в твою светлую, чёртову голову! Тебе бы благодарить меня, а ты орёшь. Так что иди к чёрту, МакКензи! Хочу визжать и буду! - Истеричка! – хмыкает. - Трус! – фыркаю. Бен резко тормозит. Я чуть не бьюсь лбом о стекло. – Совсем ошалел? - А теперь послушай меня! – отстёгивает ремень безопасности. – Я не трус, поняла? И я не избегал тебя! Хотя, вру. Избегал, да! Потому что понял, что то, что произошло между нами – это не правильно. Это ошибка! Так быть не должно. Я поддался слабости. Ты соблазнила меня, и я повёлся, как мальчишка! Но этого не должно повториться! Мы с тобой напарники, коллеги, партнёры. У нас одно общее дело. Дело не в тебе. Ты невероятная девушка и в постели… Ну, в общем у меня таких как ты не было. Но это был единичный случай. Давай сделаем так, чтобы это больше не повторилось, - нервничает. - Сейчас стошнит! – прикрываю рот ладонью, открываю дверь, дышу воздухом. - Холи, извини! Ничего личного. Я не смешиваю работу и личную жизнь, - его ладонь на моём плече. Пытаюсь выстроить в голове мысли. - Би-33, офицер О’Доннелл снимается с патруля. Я очень плохо себя чувствую, - проговариваю в рацию. - Вы ранены? – голос диспетчера. - Нет, жуткое несварение, возможен грипп. Офицер МакКензи проследует по адресу в одиночестве, - пытаюсь не разрыдаться. - Принято, Би-33. Офицер МакКензи продолжайте движение по адресу вызова, - дают добро. - Какого чёрта ты делаешь? – морщится Бен. – Не смей! – хватает меня за руку. - Пошёл к дьяволу! Стараюсь не смешивать работу и секс! – выхожу, громко хлопнув дверью. - Холи, ты не можешь расхаживать по улице в форме! – кричит мне в спину Бен. Я поднимаю руку с вытянутым средним пальцем и движусь в сторону закусочной. Он резко бьёт по педали газа и полицейская машина срывается с места с громким визгом покрышек. Клер забирает меня уже через десять минут. Я рыдаю всю дорогу до моей квартиры. Не знаю, как реагировать, как дальше общаться с Беном. Я только знаю, что безумно люблю его и мне больно.