Операция "Контрольный в сердце"

- Мой папа был полицейским, - выдыхает мальчик. – А можно рацию подержать? - Конечно, садись! – Бен пускает его в машину. – С тобой все в порядке? – смотрит на меня. - Погоди, - отмахиваюсь. – А что сейчас с твоим папой? – крепко сжимаю дверь. Могу упасть. Такого сходства не бывает. Голубые глаза, светлые волосы. Даже родинка под левым глазом. - Он погиб, - жмет плечами мальчик. Бен с непониманием смотрит на меня. - А как его… - начинаю. - Антуан! – женский крик. Я вздрагиваю. Поворачиваю голову. - Мам, я здесь! С офицерами, - кричит парень. Женщина идет к нам. Я трясу головой. Этого не может быть. Мы бы наверняка знали. Она бы не стала скрывать от нас сына Джерри. - Он что-то натворил, офицер? – приятный голос. Смотрю на маму мальчика и поверить не могу. Молча бросаюсь женщине на шею. В груди разливается что-то горячее, по щекам текут слезы. - О, Господи, Холи! – гладит меня по голове. - Жен! Жен! – отстраняюсь. Смотрю в ее глаза. – Сколько лет! - Одиннадцать почти, - улыбается, шмыгая носом. Бен в шоке, пялится на нас. Паренек не обращает внимания. - Твой мальчик? - Да. Антуан, - улыбается. - Эжени, - впиваюсь взглядом во француженку. – Сколько ему? – руки трясутся. Она молча кивает. И я все понимаю. Это ее немой ответ на незаданный вопрос. – О, Господи! – накрываю рот ладонью. – Почему молчала? - Зайдем к нам. Через пару домов, - указывает на небольшой дом по соседству. - Эмм… - голос Бена. - Ой! – вздрагиваю. – Это Бенджамин мой парень, ну и напарник. Это Эжени, я рассказывала о ней. Девушка Джерри. - Моего папу тоже звали так, - голубые глаза смотрят в мои. - Пойдемте к нам, - снова зовет Эжени. – Выпьем холодного чая. - Какао, мам! - Какао, родной, - соглашается она. Мы идем к дому, а Бен и Антуан тихонько едут на машине. - Мне не зря показалась знакомой эта улица. Твои родители до сих пор живут здесь? - Нет. Они пару лет назад переехали в Палм Спрингс, а дом оставили нам с сыном. - Вам с сыном, - повторяю ее слова. – Племянник! У меня есть родной племянник! – поверить не могу. – Эжени, почему молчала? Столько лет! Мы не знали, понятия не имели. Жен, если бы Джерард узнал, он бы сразу приехал. И с ним ничего подобного бы не произошло… - Это была его мечта. Он бы вернулся, да. А потом винил бы меня всю жизнь. Винил Анти, не любил его, - качает головой. - Это же Джерард! Он любил бы своего сына больше всех на свете! Жен, ты же понимаешь, что я не смогу молчать? Я сегодня же расскажу все родителям! – уже представляю, как они будут счастливы. - Нэтали с ума сойдет, наверное, - улыбается Жен. - Они оба сойдут! Родителям нужно любить кого-то еще. Сейчас я живу одна, вернее живу с Беном, но отдельно от них. Антуан заполнит пустоту, которую оставил Джерард, - сердце щемит тоска. В доме прохладно, пахнет горячим шоколадом, которым наслаждаются Бен и мой племянник. - О нем ничего не слышно? – заводит меня в комнату увешанную фотографиями Джерарда, полицейскими вербовочными плакатами, рисунками. - Ничего, - качаю головой, осматриваюсь. – Он все-таки погиб, Жен, - сглатываю комок. - Мам, ну я же просил не заходить в мою комнату! – недовольный голос Антуана. - Я просто показывала Холи дом, сынок, - гладит его по голове Эжени. Бен стоит в дверях с кружкой шоколада. - Мою тетю зовут Холи, - подходит мальчик к стене. – Вот она, - показывает на фото. На нем я, Джер и Жен. Потом смотрит на меня, снова на фото. – Похожа, - кивает. Снова смотрит на фото. – Это же ты? - Ага, - слезы вот-вот выльются за пределы век. - Мам! Офицер моя тетя? – хлопает светлыми ресницами. Жен кивает. – Круто! Моя тетя офицер полиции! Я тоже хочу быть полицейским! Как папа, как ты, Холи! Как Бен! – улыбается. Я не сдерживаюсь и обнимаю Антуана. - Почему ты плачешь? – смотрит на меня. - Потому что я счастлива, - целую мальчика в щеку. – Счастлива от того, что познакомилась с тобой, - оборачиваюсь. Эжени плачет, на лице Бена непроницаемая маска, а в глазах что-то кричащее, то что горит во взгляде. - Да, круто! – кивает племянник. – А ты знаешь деда Влада и нану Нэтали? - Знаю, дорогой, - киваю, наконец отпускаю мальчика из объятий. - И ты скоро познакомишься, сынок! – обещает Эжени. Моей радости нет предела. - Би-33, примите вызов. Ограбление на Меделин Сквер, магазин ювелирных украшений, - голос в рациях. - Черт! – ругаюсь. - Не выражайся, - строго грозит пальчиком Антуан. Ну прямо копия своего отца. - Прости, дорогой, - улыбаюсь. – Нам пора. Пообещай, что вы с мамой приедете к нам, - присаживаюсь. - Как скажет мама, - смотрит на нее. - Жен? – кусаю губу, нервничая. - Конечно, - улыбается она. – Мы только разберемся со всеми делами, и я наведу порядок в своей голове, - в ее глазах грусть. Целое море грусти. Она очень любила Джерарда. Джер тоже любил ее. Но, любил ли он ее также сильно? Не знаю. Видимо, нет, раз все-таки уехал на войну. Ему было мало охранять только мое спокойствие, спокойствие одного города. Он хотел защитить всю страну. Конечно, он делал вид, что верит всей той фигне, которую говорили политики. Мой бедный братик! Я любила тебя, Джерри, и буду любить всегда, и память о тебе всегда будет жить в моем сердце. К счастью, у нас теперь есть твоя точная копия – твой сын, дорогой мой. Спи спокойно!