Первый

      Саске рос очень подвижным и весёлым ребёнком, но однажды, ранней осенью, он простудился. В тот день Микото и Фугаку не было дома: почти сразу после рождения младшего сына им пришлось уехать в длительную командировку в Европу, поскольку корпорации было необходимо заключить очень важный договор. Шестилетний мальчик остался практически один с маленькой крохой, и лишь их дядя Учиха Мадара присматривал за детьми по вечерам, так как днём он заменял президента компании.       Итачи готовил в полдень тёплое молоко для глупенького отото, который в это время крепко спал, изредка ворочаясь в кроватке. Налив в бутылочку белую жидкость, он направился в детскую, чтобы покормить ненаглядного братика. Подойдя к кроватке, он хотел разбудить Саске, но заметил в это время сбившееся дыхание и сжатые кулачки спящего ребёнка. Он дотронулся рукой до широкого лобика и ужаснулся: глупый младший брат просто горел и, видимо, находился в бреду. Итачи рванул к телефону и дрожащими пальцами набрал номер дяди. — Алло? — раздался твёрдый голос в трубке. — Итачи, я сейчас очень занят, давай поговорим позже? — Мадара уже собирался сбросить звонок, как услышал взволнованный и напуганный детский голос племянника: — Саске весь горячий! Мне кажется, у него температура, что делать? — в это время проснулся виновник тревоги и известил о своём недомогании весь ближайший квартал оглушительным визгом. — Мадара-сан?! — Успокойся, Итачи, — нетерпеливо начал Мадара, надевая куртку и бросая все бумаги, — попробуй сбить жар, положи на лоб Саске холодный компресс и жди меня — я буду через полчаса.       Итачи сбросил вызов и бросился к орущему малышу. Тот извивался на кровати, со всех сил сжимая крохотные кулачки, и заливался плачем, не успокаиваясь даже после того, как любимый брат взял его на руки. Аники потихоньку начинал паниковать. Он осторожно вернул бедного ребёнка в кроватку и побежал в ванную, чтобы приготовить холодный компресс, о котором просил дядя. Всё это время Саске не прекращал кричать, и он решительно не понимал, почему мамы нет рядом, хоть брат и стал для него за два месяца всем.       Через пять минут мальчик вернулся с чистой тканью и небольшой чашкой с холодной водой. Он быстро смочил платок и, хорошенько его отжав, чтобы холодные капли не стекали по покрасневшему лицу маленького, положил его на лобик отото, который даже и не думал утихать. Итачи действительно паниковал, а Мадара всё не ехал. Он постоянно менял ткань, целовал ручки и голову братика, гладил мягкий животик, пытаясь хоть как-то отвлечь глупого Саске от боли, но ничего не помогало. Малыш надрывался, давясь собственными слезами, но не прекращал рыдать.       Наконец хлопнула входная дверь и в комнате появился запыхавшийся Мадара. Он быстро отодвинул Итачи от кроватки ребёнка и положил руку на маленький лобик, а затем достал из кармана телефон и набрал номер врача: — Цунаде-сама? — Да, в чём дело, Мадара-сан? — послышался негромкий женский голос с другого конца. — Мне нужно приехать? — Да, мой племянник заболел, у него высокая температура. — Это Итачи или Саске? — Саске. Приезжайте быстрее, - беспокойным голосом попросил Мадара. Кого-кого, а личного врача семьи Учиха он уважал настолько, что мог даже просить, а не приказывать. — Ясно, скоро буду.       Он положил трубку и подошёл к немного притихшему Саске, которого держал на руках аники. Видимо, малыш очень устал, что даже сил кричать уже не оставалось. Итачи бережно прижимал всхлипывающего и сопевшего братика к себе, всё ещё испуганно глядя на дядю. — Не переживай, — тяжёлая рука опустилась на голову старшего наследника, - Цунаде-сама обязательно вылечит Саске, он просто немного простудился.       Мальчик неуверенно кивнул и вернулся к покачиванию медленно засыпающего ребёнка.       Вскоре в доме появилась и личный доктор клана, Сенджу Цунаде. Блондинка с медовыми глазами молча кивнула Мадаре и подошла к Итачи, наклоняясь к уснувшему Саске. Она ласково коснулась рукой всё ещё горячего лобика, а затем и шеи маленького Учихи. Старший наследник положил его на кроватку, и Сенджу приподняла тёплую майку, легонько надавливая на пухленький животик холодными руками. К огромному облегчению Итачи и Мадары, малыш даже не проснулся от столь не самых приятных ощущений. Скорее всего, он настолько устал кричать полчаса подряд, что теперь его мог разбудить только конец света. — Всё не так уж и страшно. Это обычная простуда, которой маленькие дети часто болеют, — констатировала Цунаде, поворачиваясь к Мадаре, который стоял, облокотившись на стену. — Особых лекарств не требуется, воспользуйтесь обычным жаропонижающим в случае рецидива.       Итачи облегчённо выдохнул и повернулся к посапывающему малышу. В тот день он по-настоящему испугался за жизнь самого ценного, что у него есть: за жизнь любимого брата.