Климов 1.1

Обернись, мне не встать без твоей руки, Не услышать биение сердца, Обернись, мне не встать без твоей руки, На холодных ветрах не согреться Город 312

Допив виски, Кира с Грачевым вышли из клуба, пройдя мимо своего авто. Грачев кивнул охране и те отправились следом за ними, замечая, что шеф прилично набрался, как его и жена. Взявшись за руки, Грачевы отправились к ближайшему парку. - Потом поедем в особняк и совратим Гришу, - весело проговорила Кира. – А ещё… я знаю, как нам избавиться от депутатши… - Надо её сначала вычислить, - крепко сжимая руку возлюбленной ответил Грачев. – Кто-то из нас должен попасть в Думу, позвонить и… Но для этого кто-то из депутатов должен нам помочь, но кто… - Ростопчин, самый доступный из всех… - сворачивая с Грачевым к аллее, предположила самоуверенно Кира. - Спикер?! – остановившись выпалил Грачев, изумленно уставившись на неё. - Да, я знаю, где работает его жена… Она в зоне доступа, я выйду на него через неё… - пьяно усмехаясь, Кира протянула руку к его лицу, скользнув указательным пальцем ото лба Грачева к его губам. – Я обещала быть сильной вместо тебя, помнишь? И я буду… Исподлобья глядя на Киру, Грачев дивился её готовности пойти на подобную авантюру, хотя это и было довольно удачной мыслью. Но Растопчин… потомственный князь, второй человек после президента, а может и первый… был чертовских красив не смотря на то, что ему было под шестьдесят… Потомственный князь, стройный, ухоженный, с изысканными чуть заостренными чертами лица, он-то походил на настоящего сказочного принца, а его бархатный голос свел с ума не одну красавицу. Никто ничего не знал о личной жизни Ростопчина, кроме того, что он был женат, его дети давно выросли, а он сам… словно бы по взмаху волшебной палочки не давал ни единой новости о себе попасть в прессу. Казалось, он контролирует все… каждого папарацци, журналиста, блогера, все так умело скрывая о себе, чего не мог даже президент. Грачеву не слишком-то хотелось, чтобы Кира познакомилась с ним, тем более сделала бы его союзником, хотя он уже не ревновал её с бешенным фанатизмом, уверенный в её любви, но…. Растопчин… - Может, обойдемся без него? – предположил Грачев. - Нет, Жень, все или ничего… Нам стоит попытаться… Это наш шанс… - прижав палец к его губам, Кира пьяно улыбнулась. – И не спорь… А то отшлепаю тебя… - Ты… меня? – развеселился он. – Попробуй… - Не веришь? Испытываешь судьбу… Получай! - отстранившись от него, Кира с размаху хлопнула его ладонью ниже поясницы и с безмятежным выражением лица отступила назад. Развернувшись к ней на каблуках, совершенно не ожидав такой выходки, Грачев азартно посмотрел на Киру. - Ты доиграешься и я отшлепаю тебя своими… - он не договорил, Кира так загоревшись смотрела на него и тут же перебила. - Да! Я люблю, когда ты шлепаешь меня ими сзади! – воскликнула она так громко, что охранники позади них замерли. - Похотливая сучка… - приблизившись к ней, Грачев развернул Киру к себе спиною, наклонив к скамейке. - Моя сладкая сучка… - подняв на ней платье, а она уже была без белья, мокрое из бассейна, они просто выбросили прямо в клубе. - Не резковато? – обернувшись к нему, в шутку спросила Кира, но тут же пожалела об этом, увидев в глазах Грачева растерянность, точно бы он сказал ей что-то оскорбительное. – Жень, я пошутила… - Извини, милая… - продолжая держать её руками за бедра, негромко и как-то ужасно виновато сказал он. - Я же сказала, что пошутила… Женька, да трахни уже меня… - в нетерпении проговорила она, выпрямившись, прижавшись к его груди спиною, чувствуя, как он начинает проникать в ней пальцами. – Давай… Все хорошо… Я люблю быть твоей сладкой сучкой… Иначе я заставлю надеть тебя кожаные стринги и возьму в руки плетку… - Что? – поражаясь её фантазиям, переспросил Грачев, словно бы ослышался. – Ты… хочешь…, чтобы я это надел? Кира на мгновение повернула к нему голову, заслышав в его голосе странные нотки. Прищурившись, она заглянула в его глаза… - А ты их уже надевал? – вдруг спросила она. - Нет! – тут же ответил Грачев, но как-то слишком резко. - Женя?! Ты надевал кожаные стринги?! – полностью развернувшись к нему, Кира, зная, как вытянуть с него правду, прижала ладонь к его брюкам, начиная стремительно поглаживать сквозь ткань его возбужденный…. – Признавайся… И тогда мы… Так надевал? – чуть сжимая ладонь, она видела как он млеет от её прикосновений и инстинктивно прижимается к ней сильнее. - Нет… я не… никогда… - положив руку поверх её руки, Грачев прижал её к себе плотнее, сгорая от желания. – Милая, ты же… веришь мне…. - Грачев, я знаю тебя столько лет… Конечно я тебе не верю… И не дам тебе, пока не признаешься… - расстегнув молнию на его брюках, она просунула руку внутрь, обхватив его… покрытый в смазке…, продолжая поглаживать, чуть сжимая, поднимаясь по нему пальчиками вверх и опускаясь вниз. – Кончишь в брюки, если не скажешь…. - Детка… Не мучай меня… - инстинктивно двигаясь под её прикосновениями, простонал он. – Да… Черт, надевал… Однажды... - То есть для какой-то шлюхи ты их надевал, а для меня – нет?! Ну ты и гад! – сжав его… крепче, выпалила с напускной обидой Кира. - Если ты так хочешь… я надену…. Детка, для тебя я их надену, обещаю, хоть сегодня… Только… дай мне тебя трахнуть, милая…. Моя сексуальная богиня, пожалуйста… - мучительно и так блудливо на неё глядя, прошептал севшим от вожделения голосом он. - Так они в особняке? – все больше изумляясь его старым повадкам, уточнила Кира. - Да, в особняке, на нижнем этаже… в клубе… Дьявол, тебе надо работать в дознании, - не выдержав, развернув Киру к себе спиною, он вновь склонил её к скамейке, теперь уже без всякого промедления ворвавшись в неё с такой скоростью, что она позабыла о стрингах, вцепившись рукой в спинку скамейки, застонав. – Ты настоящая ведьма, детка, ни одна женщина не возбуждала меня как ты… Встречайся с Растопчиным, делай все, что хочешь… Только оставайся такой всегда, котенок… - А я и так всегда такая… - с колдовской усмешкой отозвалась она, кусая губы от каждого его проникновения. – Надо купить стринги и Грише, а потом я вас отшлепаю, свяжу и затрахаю до смерти! - Я уже этого хочу! – выпалил он, увеличивая темп и так разойдясь схватил Киру за волосы, рывком подняв к себе, впившись губами в её шею, сам поставив одну ногу на сидение скамейки, продолжая с неистовостью её трахать, чувствуя, как она доходит до оргазма, вся раскаляясь изнутри, истекая, точно кошка. – Только… боюсь… Палыч не поймет нас… - Ты должен… о боже… должен трахать меня… да, да, вот так! – закричала она, сбившись с мысли, с трудом удерживаясь на ногах, отвечая на каждое его движение. - Что я должен? Черт… какая же горячая у тебя… - прикрыв глаза, наслаждаясь ощущениями прорычал он. - Поговорить… с Гришей… о стрингах и… вообще… он редко поддерживает наши разговоры… Мой бог… Женя, Женечка… люблю твой член, люблю его… - заведя одну руку к его затылку, не оборачиваясь, Кира вцепилась в волосы Грачева, дойдя до оргазма, она сжала его пульсирующий… своими мышцами. - Разговоры… о моем члене? – туманно простонал он, в нахлынувшем экстазе, не сдерживаясь, заполняя её. - И о своем тоже… - задыхаясь от восторга, прошептала Кира. – Поговоришь с ним? - Да! – выпалил он, уткнувшись лицом в её плечо, на мгновение чуть ослабив руки. - Нет, не отпуская, я не устою… - попросила Кира. - Не отпущу, тихо, тихо… Я тебя держу, моя принцесса, - на сей раз крепко обняв её, проговорил более твердо Грачев, но тут же голос его дрогнул, он осторожно развернул Киру к себе лицом, понимая, что все это безумие вернуло его к жизни, а это сделала она: - Спасибо, родная… - Тебе спасибо, ты всегда меня так доводишь… - с улыбкой произнесла она, помогая ему заправиться в брюки, но Грачев так растроганно и благодарно на неё смотрел, что она осеклась, понимая, что дело не в сексе. – Жень… «- Это тебе, сука, за мать! – дрожащим истеричным голосом выпалил Зимин, он направил пистолет в лицо Грачеву, но Кира бросилась вперед. - Стреляй в меня! – закричала она, бешено глядя на Зимина. – Давай, стреляй! - Кира, не подходи к нему! – что было сил выпалил Грачев» - Ты бесподобная женщина, - так серьезно сказал, коснувшись пальцами её щеки. – Спасибо тебе… Спасибо, любимая… - затем вдруг опустившись на одно колено, он точно мальчишка прижался лицом к низу её живота, обнимая за талию. «Был почти рассвет, когда он открыл глаза всего на несколько мгновений, повернув голову к ней. Кира двинулась к нему, сжав его руку, не зная, что будет дальше… - Женечка, родной мой… - прошептала она, глотая слезы. Он увидел лишь её и пистолет на коленях, только это… и снова впал в забытье, успев понять, что…что она собирался сделать, а там… в его собственном Аду, в бреду в котором находился все стало более жестоко, теперь зафиксированный фрагмент перенесся в сон, туда, откуда он вернулся на пару секунд». Накрыв его голову ладонью, Кира ощутила как до боли сжалось её горло, она чувствовала себя так неловко, тяжело…. Хотя и понимала, что вырвала его хотя бы сейчас из того Ада, который обрушился на него, она не знала насколько… надолго ли смогла вернуть его обратно, к себе, но готова была держать наплаву изо всех сил… «- Я не уйду…, не уйду! Женя… - её рука разжалась на его руке, Михайлину все же удалось поднять её со стула, но он остановился, когда Киру за запястье схватил сам Грачев. – Женя… Его хватка была не такой сильной, как обычно, но довольно неожиданной, он открыл глаза. Кира едва не рухнула в обморок, но удержалась, снова опустившись на стул». - Я всегда буду с тобой, милый… - проговорила тихо она, опустив голову, нежно глядя на него. – И никогда не дам тебе упасть… «Отбросив монтировку, так и не разбив полностью памятник, Грачев схватился за него руками, чтобы вырвать из земли, увидев его, Кира на мгновение остановилась не зная, что делать, таким ужасающим было это зрелище. - Женя! – закричала она, когда он рванул памятник, прилагая нечеловеческие усилия, все-таки сорвав его с места». - Спасибо, - болезненно сглотнув, прошептал Грачев, не поднимаясь с колен. «- Остановись! Зотов! Что ты делаешь?! Он ведь твой отец! – выпалила Кира, на пару мгновений ей удалось оторвать его от Грачева, переместить внимание на себя. - А ты… Ты вообще умолкни, потаскуха! – закричал он, толкнув Киру, не рассчитав, да и не собираясь рассчитывать, так сильно, что она отлетела к столу, ударившись об угол и потеряла сознание». - А ты… ты не дашь мне упасть? – отчего-то спросила она.

Ты не услышишь крика о помощи, Время в большой цене, Стены одни сдавят виски сильней…