Климов 1.1

Если ты мне враг- Кто тогда мне друг? Вертится Земля, Как гончарный круг. Л. Филатов.

Проснувшись утром в своей московской квартире, Петров снял и без того измятый галстук, опустив ноги на пол он сел на кровати, тяжело дыша, на лбу выступила испарина, окна были зашторены и никого вокруг, только он один. Сердце болело так, словно перед приступом, достав из кармана несколько таблеток, он высыпал их на руку и выпил. Уперевшись ладонью в прикроватную тумбочку, Петров поднялся и тут же опустился обратно, едва ли не рухнув, поморщившись от боли. Посидев немного, ощутив, как начали действовать лекарства, он дошел до ванной, включив воду и взглянул в зеркало, понимая, что больше в его жизни никого нет… И женщина, которую он любил, считая, что она хотя бы испытывает к нему дружеские чувства, отвернулась… - Что же я тебе сделал…? - дрожащим голосом прошептал Петров, не понимая, как все это вышло. Ему было плевать на Аню, на то, что она уехала куда-то в Мюнхен, на деньги и время потраченное на неё, все как-то перевернулось в один день… И он не знал на что опереться, как это пережить, в сущности и не хотел ничего больше… Петров даже не знал когда это с ним произошло, когда он полюбил Киру… прежде, когда она у него жила… он любил на неё смотреть и потом общаться, он была добра с ним, но в какое-то мгновение он осознал, что видит её красивой женщиной, идеалом… недостижимым божеством… и был рад даже простому общению, да искал встречи, да пытался найти иллюзию любви в Ане…, но любил только одну… Но никогда не давал повода, не говорил… ни разу, сдерживаясь… всегда скрывая свои чувства… и она не могла узнать, просто не могла, так он себя убеждал. Переодевшись, он отправился в закрытую лечебницу, куда поместили Климова, чтобы проверить, как он…, вернее, сознают ли врачи, что этот человек не просто невменяем, но и опасен… Климова держали в закрытом помещении, в палате больше похожей на тюремную камеру, с небольшим оконцем вверху под потолком, больше напоминавшем форточку. Вадим сидел на полу, возле кровати в смирительной рубашке, раскачиваясь из стороны в сторону, словно матрешка и скаля зубы куда-то в угол, вращал вытаращенными глазными яблоками…. - Что с ним? – стоя в дверях, спросил Петров врача. - Действие препарата, он сейчас почти овощ… требовал какого-то лося… Он утверждает, что он «генерал Евгений» и лось… Шизофрения… Привести его в более адекватное состояние можно, но не сразу… - ответил психиатр, глядя на Климова. - Да пусть хоть сдохнет здесь, главное его нельзя выпускать… - раздраженно ответил Петров. - А вы… в порядке? – вдруг спросил врач. - Не понял, я что похож на этого психа?! – выпалил он. - Капуста! Лось, лось, лось, лось, лось, – буркну Климов. - Нет, вы не правильно поняли… ваша рука… вы как шли и сейчас держись за сердце… - объяснил врач. Только сейчас Петров заметил, что инстинктивно прижимает правую ладонь к груди, заведя под китель. Ничего на это не ответив, он вновь взглянул на Климова, тот показывал кому-то невидимому или воображаемому язык, не став продолжать наблюдать за ним, Петров ушел. Приехав после работы домой, он не стал раскрывать шторы, было темно и как-то душно одному в квартире, горничную Петров не нанимал, не для кого было, а себе… не хотел… Приготовить себе завтрак он и сам был в состоянии, а пообедать мог и в ресторане недалеко от службы. Уезжая, Аня не забрала гончарный круг, он так и стоял в гостиной без дела, сухой, без глины… она долго на нем не работала. Петров обошел его, опустившись в кресло, в нем этот круг пробуждал только досаду, собственную наивность… желание обмануться, которое убивало логику… Вздохнув, он взял телефон, набрав Киру… Грачев сидел на диване в зале с Кирой и Алиной. Девочка играла со своей свинкой рассматривая её и стараясь сама отогнать ящерицу, которая время от времени подползала к ней и как-то недобро посматривала на пушистого зверька. Кира полулежала, прижавшись к возлюбленному, ощущая как он обнимая её, скользит пальцами по её бедру, закрадываясь под юбку, приводя в возбуждение и опьяненная она поднимала глаза к лицу Грачева касалась то сорвано целуя, то увлекаясь и углубляя поцелуй, ощущая, как он проникает языком и рука её тут же опускалась к его поясу. Поглядывая на Алину дергающую ящерицу за хвост, Грачев как-то задумчиво переводил взгляд на дверь, вспоминая, как обошелся с Петровым… Кира согласилась, она готова была на все, чтобы только Грачев теперь не переживал, да и сама не знала, как общаться с Петровым, как смотреть ему в глаза, зная, что он чувствует… - Кир, знаешь… мы, наверное, как-то перегнули…с Палычем… Ну, любит он тебя… К нему я как-то и не ревную, да и… он стал нам в последнее время ближе… даже если бы… - как-то странно проговорил Грачев, словно бы что-то вспомнив. - Что? – недоуменно переспросила Кира, подняв голову. - Нет, ничего… - быстро добавил Грачев, невинно ухмыльнувшись. – Просто… так… Ты позвони ему, я не хочу…. Мне… немного.. стыдно. - А о чем ты сейчас подумал? – не слишком-то понимая, отчего он так ухмыльнулся, настороженно уточнила Кира. – Жень… Женька! - Вспомнилось, как мы с ним… лет тридцать назад… накрыли один клуб и там… мы…, - начал было Грачев, но затем быстро опомнился, добавив: - Ничего не делали… - Ну, ладно… - слабо веря в последнюю часть его рассказала, Кира снова опустила голову на его грудь, однако тут её телефон зазвонил и взяв его со стола, она вопросительно взглянула на возлюбленного, а звонил Петров. - Ответь… - кивнул Грачев. - Да, - приняв вызов, проговорила Кира. - Я не знаю… что я… сделал… и может я действительно навязываюсь… Аня уехала, уехала с… каким-то… неважно… - с таким жутким отчаяньем произнес Петров, так что Кира даже изменилась в лице, слушая его. - Давайте встретимся… завтра… Успокойтесь только, пожалуйста… - прошептала сама в глубоком изумлении она. - Спасибо тебе, Кира… - судорожно вздохнув, ответил он. - Что с ним? – с беспокойством спросил Грачев. - Аня его бросила… Жень, он… так… - сама не находя слов, Кира опустила голову на плечо Грачева, с трудом переводя дыхание. Грачев помнил, как Петров перевез его в клинику, с той – местной, загородной, вызывал врачей, фактически спас этим жизнь, после неудачной операции, поддерживал Киру, потом… помог с Климовым, взамен же получил такой отворот… И это было слишком… Особенно сейчас…