За маской.

"От ощущения холодного лезвия на запястье на моем лице появляется улыбка. Комфорт, к которому я убегала, теперь вернулся, и нет пути назад. Я отказываюсь." ~(P.O.V. Пасифики)~ Чарущий рубиновый, гипнотизирующий, практически притягательный красный поток течет по моему запястью на белый фарфоровый пол. Как бы мне ни хотелось отвернуться, мои глаза следят за тем, что происходит сейчас. Когда я несколько раз провела лезвием по своей коже и открыла свежие раны поверх тех, что когда-то были затянуты, я надеялась, что пробралась достаточно глубоко, чтобы наконец-то попасть в линию жизни, но затем я увидела его. Я снова увидела этот образ в своей голове, знакомую сосну, которая находится на лохматой каштановой голове, которую я так хорошо знаю и люблю всем сердцем. Он остановил меня, Диппер снова остановил меня от немыслимого. Когда я смотрела в его глаза, я видела боль в них, слезы, льющиеся из них, и любовь умирала в них, когда он вдалеке смотрел, как я порезала запястье и истекала кровью от потери такого количества крови. Я слышала, как он звал меня, его голос визжал и ревел в моем умирающем от боли разуме, когда я поддалась смерти, которую навлекла на себя из-за нашей разлуки. Прежде чем уйти под воду, я увидела, как он плачет над моим безжизненным телом, зная, что он ничего не может сделать для меня, но отпускал меня, зная, что я ушла, оставив позади только пустую оболочку. Я не могла сделать это при нем, и он снова остановил меня. Я не могу быть более благодарна за него, и не знала бы, что делать без него. По мере того, как поток продолжает литься на пол, я вспоминаю, когда начала использовать этот метод, чтобы вырваться из ловушки, из ада, известного как мой дом, моя жизнь, но больше всего, моя семья. Я не знаю, что я сделала, чтобы они меня так ненавидели, но в детстве и даже сейчас я всегда сталкивалась с насмешками, оскорблениями и пренебрежением. Даже в дни моего рождения родители не уделяли мне времени, а вместо этого дарили мне маленькие подарки, которые дворецкий или горничная доставляли мне без единого слова. Так было на каждое Рождество и любой семейный праздник, который связывает нормальные семьи. Не говоря уже о каждом Дне Благодарения, когда единственной компанией, которую я имела в большой холодной столовой, были я сама и комфорт, с которым я разделяла трапезу. За что я должна быть благодарна? Конечно, не за семью, которая заботится только о себе! Я всегда пыталась найти хоть что-то, за что можно быть благодарной, независимо от того, через что я прошла, чтобы убедить себя, что мне не нужен кто-то еще, чтобы сделать меня счастливой, когда правда была в том, что я действительно была такой. Я должна была смотреть в лицо реальности и видеть, что даже лжи самой себе будет недостаточно, чтобы поднять настроение. Это была моя жизнь, мой кошмар. Это был не только кошмар, но и реальность, с которой мне придется иметь дело в одиночку, без спасательной шлюпки или плота. Я быстро тону без надежды на выживание. Я всегда чувствовала слишком знакомое одиночество в те особые дни, в том числе, когда моя мать пригласила Джонатана в день Святого Валентина, позволяя ему делать то, что он хотел, так как она думала, что он идеально подходит для меня! Мучения от него были намного хуже, чем все, что моя семья могла сделать со мной! Сексуальное насилие началось с мучений, закончившихся насилием. Но каждый год в мои дни рождения, по крайней мере, друзья были достаточно любезны, чтобы устроить мне праздник и знали, как сделать мой день особенным, даже если моя собственная семья не хотела этого. Конечно, возвращаясь домой, я вспоминаю холод, который пробегал через меня, когда я входила в дверь, то чувство холода и пренебрежения, которое я так привыкла испытывать, возвращаясь в свою тюрьму. В конце того дня я пошла в свою комнату, свернулась калачиком в кровати и заплакала, чтобы уснуть, потому что чувство одиночества было таким невыносимым. Как холодна, темна и пуста была моя жизнь, у меня всегда были мысли прекратить все это, но всегда что-то или кто-то вставал на пути моего желания это сделать и после встречи с Диппером Пайнсом, я могу определенно сказать, что он встал между мной и моим миром. Я так сильно хочу все закончить, но видя в сознании боль в его глазах из-за моего эгоизма, я просто не могу так поступить с ним. Я просто не могу. Эта красивая сосна много раз рисковала собой, чтобы защитить меня, особенно когда Райан нашел меня и угрожал убить. Диппер сделал для меня больше, чем кто-либо. Мне повезло, что я встретила его, познакомилась с ним, и сделать что-нибудь, чтобы причинить ему боль, было бы просто эгоистично! Испуга в его глазах при одной мысли о моем желании достаточно, чтобы напомнить мне об этом! Моя линия жизни продолжает скапливаться на полу подо мной, и я закрываю глаза, чувствуя, как слезы вырываются на поверхность. Я чувствую, как мое тело начинает сильно дрожать, вырывается довольно сдержанный крик. Опустившись на пол, я преклоняю колени и открываю глаза, которые снова прикованы к алому потоку, и в голове у меня возникает вопрос: "Как же так получилось?" Как я превратилась из богатой в несчастную? Из сильной в сломленную? Пала от пафоса до этой жалости? Я скажу тебе как, это называется судьба. Это судьба, которой мне суждено жить. Судьба жестче, чем любые азартные игры, в которые я могла бы играть, или любая судьба, которую я могла бы предсказать. Это рука, которую я получила при рождении, и это колода, которой я буду играть до самой смерти, своими руками или чужими. Я чувствую, как моя спина прислоняется к стене, продолжаю сдавленно кричать. Мое тело все еще сильно дрожит, а слезы продолжают катиться по щекам, как проливной дождь. Я не могу оторвать глаз от жизни, которая быстро уходит из меня. Как я уже сказала, это очень гипнотизирует, и как бы я ни старалась, я просто не могу отвести от этого взгляд. Это напоминает мне о жестокой реальности, с которой я сталкивалась и буду сталкиваться до тех пор, пока нахожусь на этой планете! Но единственное, что сделало бы встречу с этой реальностью более терпимой, это Диппер, но так как я не знаю его местонахождения, я сама по себе. Я просто не знаю, сколько еще смогу без него. Снова закрыв глаза, которые ужасно щиплет от слез, я прислоняюсь головой к стене, дыхание перехватывает от слез. Независимо от того, сколько раз я спрашиваю себя, как это произошло, ответ всегда один и тот же. Это моя вина, что я рухнула с пьедестала и была сломлена, это моя вина, что я стала такой жалкой, и это моя вина, что я позволила всему этому случиться. Нет другого способа объяснить это, единственный ответ, это все моя вина. Когда я продолжаю думать о том, как это стало моей жизнью, я слышу голос, зовущий меня, знакомый голос, который добавил боли в мою уже поврежденную жизнь, из горла, вслед за задушенным, вырывается еще один крик. Это не закончится, я не могу избежать этого, и независимо от того, как сильно я стараюсь, Диппер останавливает меня и напоминает мне о том, насколько я эгоистична. -Пасифика, я приготовил ужин, твой любимый,- слышу, как Райан зовет меня. -Еще я хочу сказать, что очень сожалею о том, что произошло ранее. Мне не следовало поднимать на тебя руку, и я надеюсь, ты сможешь простить меня за это. Я просто разозлился, но все равно не должен был так с тобой поступать... Он должен сожалеть об том, что именно из-за него я снова упала в утешающие объятия холодного лезвия бритвы, единственное утешение, которое, я знала, не подведет меня. Оно не подводило меня, и я знаю, что когда мне понадобится утешение, оно будет рядом. -Пасифика,- продолжает звать Райан. -Пасифика, куда ты ушла? Ты была на кровати, когда я уходил. Я слышу, как его шаги приближаются к двери, мой взгляд все еще на моем поврежденном запястье, свежей ране, которая была открыта на вершине закрытых ран. Это просто очередная линия, напоминающая мне о том, к чему свелась моя жизнь, постоянное и болезненное напоминание. Дверь в ванную теперь открывается, и мои глаза распахиваются и ловят взгляд Райана, его взгляд остановился на полу в ванной, но больше, на крови, хлынувшей из моего запястья, которая сделала лужу на чистом фарфоре. Он запятнан частицами побочных продуктов моей линии жизни. Затем он переводит свой взгляд на мой, и наши взгляды встречаются. Я вижу смятение и печаль в его глазах с вопросом "Почему", пробегающим в них. Продолжаю плакать, мое горло пересохло, разум потерял все слова, когда я продолжаю смотреть на него. Я просто хочу, чтобы я могла сформировать предложение и озвучить его: "Это ты сделал это со мной". ~(P.O.V. Диппера)~ Она-все, о чем я могу сейчас думать. Этот чудесный теплый мускусный парфюм, застрявший в моем носу, ее золотистые светлые волосы, сияющие ярко, как летнее солнце, ее миндальная кожа, мягкая на ощупь, все о ней занимает мой разум прямо сейчас. Я лишился самой красивой вещи, которую я когда-либо держал и целовал! Она была у меня, я обещал защищать ее своей жизнью, и все же я позволил ей ускользнуть сквозь мои пальцы, как мелким песчинкам на пляже! Я никогда не прощу себе, если этот ублюдок сделает что-нибудь, чтобы причинить ей боль! Я буду ненавидеть себя вечно! Прямо сейчас я лежу в своей постели на спине, потирая левую руку, которую Венди подлатала мне. Это не так больно, как было, когда меня подстрелили, но каждый раз, когда мой разум воспроизводит этот инцидент, волна боли проходит через мою руку, чтобы напомнить мне, как появился этот шрам. По мере того, как я продолжаю царапать пальцами медицинскую повязку и марлю, использованную для фиксации травмы, воспоминания о том, как мы все дошли до этого возвращаются ко мне. Пасифика, Мейбл и я познакомились два года назад в наше первое лето в Гравити Фолз - это не та Пасифика, которую я узнал на данный момент. Сейчас та, о ком я раньше думал в последнюю очередь, хрупкая, испуганная, но больше всего нуждающаяся в ком-то, чтобы собрать разбитые кусочки ее сердца и жизни. Пасифика всегда показывала, что ей никто не нужен, что она идеальна такой, какая она есть, и что она хочет быть такой. В ту ночь, когда я держал ее в ванной в летнем домике ее семьи, мое сердце разбилось, потому что я утешал не ту Пасифику, которую знал раньше, а совершенно другого человека. Снова кого-то, кто был на самом последнем месте в моем разуме. Но больше всего мое сердце разбилось, когда я увидел ее запястье и услышал историю о насилии, которому подвергала ее семья. Для человека с таким статусом, как Пасифика, было бы последним, что кто-то заподозрит такое о ее семье. Они всегда казались счастливыми, и, как сказала Пасифика в день города, "идеальными", но я думаю, чтобы скрыть свою боль, вы бы сказали что угодно, чтобы сбить кого-то с толку. Она, конечно, обманула меня, поскольку я действительно думал, что у нее идеальная жизнь. Думаю, это слово теперь имеет другое значение. Когда я держал ее, пока она плакала, я так переживал, я хотел присоединиться к ней, я должен был быть сильным ради нее, ради моей любви. Что хорошего было бы для нее, если бы я тоже сломался? Ей нужно было, чтобы я показал ей, что я сильный, что я ее рыцарь в сияющих доспехах. Было трудно сдерживать слезы, но я сделал это ради нее. Я не могу не думать, что мог бы сделать для нее больше, когда появился Райан и потребовал, чтобы я отдал ее ему. Из-за того, что она рисковала своей жизнью, чтобы спасти мою, Райан мог сделать с ней все, что угодно, от пыток до изн... Я даже не хочу этого говорить, но того же самого, что Джонатан сделал с ней на мероприятии. Во сне я снова оказался на мероприятии и нашел Джонатана с Пасификой в той же палатке. Я нашел ее после того как она была сильно истерзана, звук ее криков мучил, звеня в ушах, разрывая мой мозг, и проникая в самую сердцевину моего существа, чтобы напомнить мне о том, как она на самом деле уязвима! Или она могла вернуться к своему единственному средству утешения, вскрывая себя! Зная, какой Райан парень, она сделает все, чтобы уйти от него, и если она найдет свое старое утешение в лезвии бритвы, тогда это будет моя вина. Я даже не хочу думать о возможности того, что она покончит с собой, несмотря на все, через что она прошла! Она нуждается во мне, она нужна мне, и я сделаю все, чтобы снова быть с другой половиной своего сердца! Я пролежал около часа, пытаясь блокировать любые негативные мысли, проникающие в мой разум. О том, что Пасифика будет делать с собой, пока она с Райаном, но самое главное, о том, что Райан может делать с ней. После того, как я закрыл глаза в первый раз, придя сюда, чтобы настроить себя, я провалился в сон, сон тьмы, чистой тьмы. Я обнаружил, что нахожусь там, что можно описать как забвение, а затем меня ударил, словно поезд, мчащийся со скоростью 125 миль в час, пронзительный крик Пасифики, разорвав забвение так же, как острый нож разрезает кусок хлеба или человеческую плоть. Крик был болезненным и мучительным, он послал холод, нахлынувший на мое тело и заставивший мою кровь застыть! Затем образы вокруг меня сменились, и я оказался в месте, которого никогда не видел. Снова послышался крик, и я обернулся. Первое, что я увидел, - это контур человека, который быстро становился Райаном. Он стоял над кем-то со светлыми волосами, которые беспорядочно свисали над столом, используя его тело и левую руку, чтобы довольно жестко держать их. Затем он поднял странный предмет правой рукой, и я ясно увидел, что это был деревенский нож! Потом меня осенило, что он использовал этот деревенский нож, чтобы пытать человека, которого я опознал как Пасифику! Мои глаза следили за движением ножа, который подсказал мне, что он что-то вырисовывает на ее спине, и с каждым ударом он шептал ей предложение, которое все еще заставляет меня дрожать. Он говорил, что теперь она его собственность и что она никогда не увидит меня снова, его голос говорил с ней, как будто он был демоном из другого мира! С каждым взмахом ножа я видел, ее кровь стекала по клинку, прежде чем он снова продолжал резать. Безумный взгляд на его лице, ее страдания, приносящие ему чрезвычайное удовольствие, и визгливый крик, который она выпустила, пока он это делал, беспокоили меня до такой степени, что я не спал остаток ночи! Я видел себя беспомощно смотрящим на них издалека, мое сердце разрывалось каждую секунду наблюдения. Я просто не мог больше смотреть на эту сцену, поэтому я попытался приблизиться к ним, но что-то схватило меня в ту же секунду, когда я начал двигаться, невидимые ограничения, удерживающие меня от помощи. Я отчаянно пытался пошевелить руками, ногами, и даже открыть рот, чтобы закричать, но каждая попытка была провальной! Затем Райан повернулся ко мне, безумная улыбка на его лице и бездушные демонические глаза встретились с моими, телепатически говоря, что она принадлежит ему! Несмотря на боль, которая терзала Пасифику, она посмотрела на меня, ее глаза отражали, как она мертва внутри, взывая ко мне, чтобы помочь ей. Я хотел бы, чтобы меня не удерживали, но я был беззащитен! Я использовал каждую унцию своей силы, чтобы добраться до нее, но потерпел неудачу, поэтому я бросил попытки и упал на колени, мои глаза не отрывались от ее. Я начал плакать, наблюдая, как демон безжалостно ранит ее, в то время как я ничего не могу сделать, чтобы остановить его. Не в состоянии больше стоять и смотреть, я закрыл глаза, блокируя ее пронзительные крики, надеясь, что это просто кошмар, и что ничего из этого не было реальным. Я снова и снова извинялся перед ней за то, что не смог защитить ее, что не смог остановить мучения, за все! Затем изображение исчезло, и я проснулся только для того, чтобы понять, что все это сон, но что-то в этом не было похоже на сон. Все казалось слишком реальным, как будто меня предупреждали о том, сколько проблем у Пасифики. Вернулась ли она в свою "зону комфорта" или Райан причиняет ей боль, я чувствовал, как ее боль течет по моим венам, как будто она пытается общаться со мной ментально. Я просто не могу забыть слезы, которые текли по ее лицу, когда она смотрела на меня, испуганный взгляд в ее глазах, ее крики, когда Райан продолжал резать ее, и постоянную боль, которую она испытывала из-за него! Я моргнул, только чтобы почувствовать, что мои глаза были влажными. Поднеся руки к моему лицу, я посмотрел на них, чтобы увидеть слезы, стекающие по кончикам пальцев. Это было слишком реально, чтобы быть просто сном. Все еще думая о Пасифике и вытирая глаза, мои мысли прерываются, когда я слышу, как дверь в комнату скрипит, и входит Мейбл. Я сразу замечаю, как грустно она выглядит. Я волнуюсь, что с ней не так. -Привет Дип,- грустно здоровается Мэйбл, садясь на кровать рядом со мной. -Я просто хочу извиниться. Извиниться? О чем она может сожалеть? -Насчет чего?- спрашиваю я, садясь у изголовья кровати. Надеюсь, она не заметит высохших слез на моих веках. -За то, что сказала, как зла Пасифика,- продолжает Мэйбл, ее взгляд все еще обращен к полу. Должно быть, ей очень жаль, она избегает зрительного контакта со мной. -Я не знала, как сильно она тебе нравится, и не должна был говорить о ней так, так что извини, если я обидела тебя. Все, чего я хочу, это чтобы ты был счастлив, и если ты счастлив с ней, тогда я счастлива за тебя. Несмотря на тревожный сон, я улыбаюсь себе, уверенно обнимая сестру правой рукой. Я знаю, как она относится к Пасифике и, честно говоря, она имеет полное право злиться на нее после всего, но, учитывая обстоятельства, я рад, что она хочет, чтобы я был счастлив. Честно говоря, я счастлив с Пасификой и после поцелуя, который мы разделили после того, как она спасла меня из тюрьмы, и того, как я утешал ее в ту ночь, когда она плакала, я никого не видел кроме Пасифики, я видел только ее, единственную. -Спасибо, Мэйбл, и как бы я не ценил твои извинения, в этом нет необходимости.- Я отвечаю ей, когда она поворачивается ко мне. -Я знаю, что ты все еще испытываешь обиду на Пасифику, и я не могу попросить тебя забыть это только потому, что я люблю ее, но я ценю твои старания. Это все, о чем я могу попросить. Маленькая улыбка пересекает лицо моей сестры, которая, в свою очередь, я улыбаюсь ей в ответ. Хотя я знаю, что у нас всех было с Пасификой, я рад видеть, что Мейбл, по крайней мере, пытается оставить прошлое позади ради меня. -Я искренне надеюсь, что мы найдем ее,- тихо говорит Мэйбл. -Я знаю, как она тебе нравится, и не хочу видеть тебя несчастным. Подожди, ты уже сказал ей, что любишь ее? Это хороший вопрос. С тех пор как мы сблизились с Пасификой, я не думаю, что когда-либо признавался ей в любви. Я знаю, что подразумевал, что она мне нравится и я никогда не подведу ее, как бы хорошо это ни было, но я не думаю, что сказал ей, что люблю ее. Повернувшись к Мейбл, я ловлю ее взгляд, она видит в моих глазах ответ на свой вопрос. Так как я не сказал ей об этом до сих пор, я надеюсь, что у меня есть шанс, и надеюсь, что еще не слишком поздно. Я ее спасательный круг, как и она мой, и я не смогу без нее.