Неважно

«Ведь совершенно не важно, как ты выглядишь, все равно найдется человек, который считает тебя самым прекрасным существом на свете». (C) Фэнни Флэгг

      В одном маленьком и незаметном уголке Рая поселились две души. Одна - человек, а вторая - бывший ангел, чья благодать теперь стала душой, похожей на человеческую, но сохранившей облик весселя. Дин Винчестер и Кастиэль.       Дин еще помнит тот миг, когда он впервые, на пробу, осторожно и нежно прильнул к своему лучшему другу, члену их маленькой семьи, ангелу, наконец. Он помнит, что было страшно и неловко, но только до того момента, когда Кас начал отвечать на несмелые ласки. Это было началом их новой связи, новым ощущением и чувством. Первый поцелуй, давший начало сотням последующих, разных по своему значению, но одинаковых по выражению одного понятного чувства. Но ни об одном не жалел никто, ни ангел, ни тем более человек. Они любили, стараясь защищать и оберегать друг друга.       Момент, когда все стали свободны от страданий жизни, не запомнил никто, как устрашающий конец. Нет, они стали свободны и были благодарны за шанс отдохнуть. Сэм, которого так не хотел отпускать Дин, ушел первым, прося брата отпустить. Тогда старший Винчестер понял, что Сэмми прав и вовсе не нужно так держать младшего. Трудно? Больно? Но так должно было быть.       Кастиэль переживал тогда свой личный Ад. Чужая благодать исчезала, словно песок сквозь пальцы. Он тоже очень устал, но боялся говорить Дину, старясь поддерживать возлюбленного после такого страшного решения. Однако Дин вовсе не был слеп и замечал страдания в синеве поблекших глаз. Они решили, не сговариваясь. И до последнего держались за руки, давая немую поддержку и старясь выразить всю их самоотверженную любовь. С последним вздохом пришло облегчение.

***

      Зеленоглазый молодой мужчина сидит под раскидистым деревом, щурясь на солнце, словно кот. Солнечный свет, проходя лучиками сквозь густую листву, окружает легким ненавязчивым теплом, беспорядочно падая на широкие плечи и русые волосы разного размера зайчиками. Длинная и мягкая трава еле-еле трепещет от легкого ветра. Мужчина излучает счастье и умиротворенность. Длинные ресницы, на свету отдающие тепло-русым цветом, подрагивают время от времени. Хорошо и спокойно. Однако легкая улыбка не решается украсить красивое лицо человека. Он далеко от этого места в своих мыслях. Там, в воспоминаниях о прошедшей жизни, все вовсе не так солнечно и спокойно. Парень вспоминает лица родных, хаотично появляющиеся моменты и пережитки прошлого. Все это отдается болезненными картинками в его голове, заставляя незаметно морщиться от застарелых чувств.       Прошло уже тридцать лет после смерти этого человека, а воспоминания все еще живы и в такие вот тихие моменты незаметно подкрадываются к размеренным и будто ленивым мыслям о настоящем. Сейчас, конечно, не так часто, как раньше, но все же... Однако всегда есть один человек, который способен заставить буквально все мысли покинуть голову с ежиком отросших русых волос. Ну, не то чтобы человек... - Дин! - доносится до зеленоглазого зов, и тот прекрасно знает, кому он принадлежит. Дин тотчас широко открывает глаза (когда он успел их закрыть?) и ищет взглядом знакомую фигуру. Когда Кастиэль все же оказывается в поле его зрения, запоздалая улыбка расцветает на пухлых губах. Тон тоже приобретает радостные нотки: - Кас! Шагай сюда! Кастиэль, стоявший в нескольких метрах от Винчестера, неуверенно переступает с ноги на ногу, но через секунду уже шагает в сторону человека. Шаги приглушает длинная зеленая трава, достающая чуть ли не до колен. Вскоре Кас приближается к своему человеку и молча садится рядом. Несколько минут оба молчат, не находя тем для разговора. Они все давно друг другу сказали. И все же Кастиэль задает интересующий его вопрос: - Эм, Дин?.. - неловко начинает он. - Да? - Винчестер, тем временем откинувший голову и прикрывший глаза, не торопится менять положение. - Ты опять вспоминал о... прошлом? - с легким укором говорит он. Некоторое время Дин молчит, даже не открыв глаз. Кас буравит взглядом хорошо знакомый четкий профиль. Затем Дин все же поворачивается к нему с тяжелым взглядом, который выражает все невысказанные страхи и сомнения человека. - Кас, ты ведь знаешь, что я не могу так легко все забыть? - вопросом на вопрос отвечает охотник. - Знаю... Но я просто беспокоюсь. Столько лет прошло... Ты не должен бередить старые раны, - с беспокойством говорит бывший ангел. - Знаешь, - Дин легко улыбнулся и сверкнул глазами, - твои поцелуи всегда заставляют меня забыть обо всем на свете! Кастиэль облегченно усмехнулся и поднес руку к лицу Винчестера, мягко обводя скулы подушечками пальцев. Дин потянулся за прикосновением, прикрыв зеленые глаза. Несколько мгновений Кас просто любовался возлюбленным, неторопливо лаская взглядом каждый миллиметр совершенного лица. Затем его взгляд спустился к чуть приоткрытым в ожидании губам. О, даже будучи ангелом, Кастиэль не видел ничего притягательнее этих полных губ с четким контуром и ярким цветом. Не желая больше тянуть, он немедленно накрыл эти губы своими. Дин облегченно промычал что-то и с удовольствием ответил.       С тех пор Дин больше старался не вспоминать о своем прошлом, но один маленький вопрос стал терзать его еще больше, нежели до этого. Охотник с каждым прожитым днем в Раю, похожим один на другой, все сильнее хотел узнать, каков же его Кастиэль в истинной форме. И как-то он все же решил поделиться своими мыслями с Касом.

***

       Настала ночь, и двое лежат под тем же деревом, где только несколько недель назад – а может, и больше – долго и упоенно целовались. Звезды неторопливо плывут над их головами, отражаясь в широко раскрытых зеленых и насыщенно-синих глазах. Ни ангел, ни человек не спешат прерывать уютную тишину, наслаждаясь ею и обществом друг друга. Множество звуков ночи насыщают пространство, но так ненавязчиво и будто бы издалека, что не замечаются вовсе. В эту ясную и летнюю ночь все было так, как всегда в этом месте - идеально.       Когда небо начинает приобретать слегка молочный оттенок, а море звезд неотвратимо тускнеет, Дин понимает, что сейчас подходящий момент, чтобы спросить Каса обо всем на свете. Подняв руку и протянув ее к макушке ангела, Винчестер легко, кончиками пальцев потрепал черные прядки, привлекая внимание. – Кастиэль, ангел мой, ты еще не уснул? – слегка охрипшим, но ласковым голосом начинает Дин. Кас запрокидывает голову и смотрит на своего человека ясным взглядом, в котором читается ответная нежность. – Нет, Дин. А ты хочешь поговорить? – как всегда проницателен. Винчестер слегка теряется. Может, не стоит ему поднимать эту тему? Все же Кас бывший ангел, а воспоминание об этом причиняет боль. Видимо, ангел понимает, что попал в цель, и поэтому спешит подбодрить Дина: – Похоже, я угадал... Можешь не бояться, я пойму, если ты передумаешь, – Кастиэль не спешит вставать, не думая, что у человека на уме нечто действительно серьезное. Это дозволение отступить со стороны ангела почему-то еще больше заставляет Дина хотеть выговориться, и он, вздохнув, произносит: – Я тут думал... Помнишь, что ты говорил в нашу первую встречу? – глаза Кастиэля ностальгически блеснули, а кончики губ слегка приподнялись, чего Дин не может не заметить. – Ну, о том, что обычный человек не сможет увидеть твой истинный облик? Так вот... К умершим это тоже относится? Дин переводит дыхание. Ну вот, он сказал, теперь остается ждать реакции от Каса. На несколько секунд воцаряется тишина. Ангел теряется, не до конца понимая, что всем под этим имеет в виду Дин. Наконец он, облизнув губы, спрашивает: – Ты хочешь увидеть мой... истинный облик? – сердце сжимается, ведь Дин никогда не просил об этом, а его облик, Кас знает, ужасен. Нет, когда-то его душа и сияла благодатью, превращая его суть в Божий свет, но сейчас... Кастиэль не хочет, чтобы Винчестер его видел. – Ну, в общем, да, – отвечает человек. Кас неожиданно садится, а его взгляд становится отрешенным. Дин непонимающе смотрит на ангела, вскоре поднимаясь сам. – Кас?.. – старший Винчестер пытается поймать взгляд Кастиэля, но тот не идет на контакт, думая о чем-то своем. Когда Дин уже отчаивается получить ответ, Кас вдруг роняет одинокую фразу: – Не надо, Дин... – Один горький взгляд в сторону удивленного человека, и ангел, поднявшись, спешит уйти. Винчестер остается провожать глазами удаляющуюся фигуру в ярких лучах занимающегося рассвета.

***

      Несколько дней спустя Дин снова ждет Каса на их обычном месте встречи – под раскидистым деревом на вершине небольшого склона. Кастиэль, как бывший ангел, может свободно перемещаться по всему Раю, но делает это не так часто, много времени проводя с Дином. Они как-то вместе навещали Сэма, но старший Винчестер так и не решился поговорить с братом, молча наблюдая за ним в окно дома. Сэмми счастлив – это главное, зачем бередить старые раны. Может, позже, через десяток лет, Дин все же навестит братишку, но сейчас было еще тяжело.       В Раю мало что меняется. Кажется, что проходит несколько дней, а не десятилетий с момента появления здесь Дина. Всегда солнечно и спокойно в этом месте. Но скучно не становится, ведь душа обрела покой, не зря же так говорят?.. Вот и Винчестеру было хорошо. С Касом. Дин понимает, что соскучился, все же их разговор закончился не самым приятным образом. Почему Кастиэль так болезненно отреагировал? Это остается загадкой для охотника. Дин уверен, что полюбил Каса не за внешность Джимми, так чего бояться? Много вопросов, на которые нет ответа. По крайней мере, не у Дина Винчестера.       Райское солнце достигает зенита, но человеческая душа, занятая тяжелыми мыслями, не замечает этого. Дин сидит, облокотившись на ствол дерева, который покрыт мягким сухим мхом. Он ощущает потребность в присутствии своего ангела, в его поцелуях и ленивых разговорах, потому что это отвлекает, это не оставляет места размышлениям. Про себя Винчестер по привычке зовет Каса, но ничего так и не происходит.       Неожиданно чуткий слух охотника улавливает копошение в кустах неподалеку. Будто какой хищник сделал неаккуратный шаг, задев листья. Но здесь не бывает крупных животных! Винчестер напрягается, но не двигается с места. Никто из ангелов не знает его местоположения благодаря Касу, так что об этом можно забыть. Значит, ничего такого, что могло бы причинить вред, нет. Это обнадеживает, но расслабляться не стоит. Дин продолжает настороженно вглядываться в густую зелень. На мгновение ему мерещатся знакомые синие глаза среди хитросплетений веток. «Нет, это уже паранойя!», - думается Винчестеру. Однако любопытство сильнее его, и Дин встает и направляется к зарослям. Когда Винчестер приближается к заветному кустарнику вплотную, он физически чувствует чужой страх. Дин приседает на корточки и спешит успокоить "нечто": – Эй, я не сделаю больно, не бойся, кто бы ты ни был, – ласково убеждает он. Вглядываясь в тень, человек старается различить что-нибудь, но ничего не выходит. "Что-то" замирает, но заметно успокаивается. Отчего в Винчестере такое навязчивое чувство узнавания? – Может, покажешься? – несмело интересуется охотник. Кто бы это ни было, оно понимает человеческую речь, в этом Дин уверен. Интересно, оно разговаривает? «Зря...», - от голоса, прозвучавшего в голове Винчестера, сердце того пропустило сразу несколько ударов. Не успевает Дин прийти в себя, как знакомый бас продолжает: «Зря я пришел. Я должен уйти. Извини, Дин...» – Что за... – От удивления Винчестер раскрывает рот, но тут же тихо спрашивает: – ...Кас? Полная тишина служит ответом. Дин в смятении, он ничего не понимает. Как такое возможно? Что вообще происходит?! Он многое повидал, но сейчас в полной растерянности. Вдруг Винчестер слышит, как кто-то (Кастиэль?) пятится назад, желая уйти или же и вовсе исчезнуть. Ошеломление уходит на второй план. – Не надо! Не уходи. «Почему же?» - снова звучит среди мыслей Дина изумленный голос. – Потому! Ты еще должен объяснить, что происходит, – напоминает человек. От изумления не остается и следа, теперь Дин намерен узнать, что случилось. Кас не торопится с ответом, но и уйти уже не пытается. Через пару минут молчания Винчестер решает помочь ангелу: – Кас, приятель, мы бывали в передрягах пострашнее, ты же знаешь. Ну же! Скажи, что произошло? – мягко подталкивает он. Кусты шуршат, будто Кастиэль мнется в нерешительности. Неужели что-то серьезное?.. «Помнишь, ты просил меня показать свой истинный лик? Я долго думал, что это плохая идея, но... Не знаю, что заставило меня передумать. Однако вот я не решаюсь теперь появиться пред тобой», - огорченно закончил голос в голове. Дин незаметно вздыхает от облегчения и усмехается - только и всего? - и спешит задать интересующий его вопрос. – Почему, Кас? Думаешь, ты мне не понравишься? Думаешь, что станешь мне противен? Нет, ангелок, от меня ты так просто не отвяжешься, и не жди! – произносит охотник и немного пододвигается вперед, к листьям кустарника вплотную. «Не говори так смело о том, чего не видел, Дин! Ты не знаешь, каков я... Но с одним ты угадал. Да, я боюсь твоей ненависти и сильно боюсь, но я уже принял решение, и будь, что будет». Дин хочет увидеть Каса, но его его слова вселили необоснованный страх. О, нет, как раз таки обоснованный. Винчестер видел много монстров, но раз даже Кастиэль считает себя уродливым, то Дин просто обязан хоть ненамного поверить ему. Поверить и переубедить. И он это сделает. Изумрудные листья приходят в беспокойство, а многочисленные ветки потихоньку начинают пропускать Кастиэля. Дин же во все глаза глядит на это действо в ожидании того, как появится его возлюбленный. Но тут все смолкает. «Эм... Дин? Ты не мог бы немного отойти и не смотреть так пристально, пожалуйста?» Дин моргает и чертыхается про себя. Ему становится немного стыдно. Он поспешно говорит, поднимаясь и отходя: – Извини, Кас, конечно. Дай знать, когда будешь готов, – парень отворачивается.       Проходит около десяти минут, и Дина подмывает обернуться, но он этого не делает. Кастиэлю нужно время, чтобы морально успокоиться и свыкнуться с возможностью бурной реакции своего человека. А человеку нужно при любых обстоятельствах сказать, что бояться было нечего. Он должен это сделать ради своего ангела! «Дин?..» Это звучит как-то обреченно, но с такой надеждой, что Дин хочет заставить замолчать Каса. Поцелуем. Оборачиваясь, Винчестер думает только об этом, но, обернувшись, теряет дар речи.

***

      Сегодня, по обыкновению, теплый и безветренный день. Даже легкий ветерок не беспокоит листьев могучего дерева. Птицы поют где-то далеко, и их мелодичные песни еле долетают до слуха молодого человека, который сидит под этим самым деревом. Зато нечто, напоминающее волка и лежащее подле человека, отлично слышит все малейшие звуки в районе ста вёрст. Парень неторопливо перебирает черную редкую шерсть зверя. Волк выглядит старым и потрепанным жизнью, но это далеко не обычный хищник. Его голову украшают некогда величественные оленьи рога, кое-где обломанные и даже на вид некрепкие. Шерсть, когда-то переливавшаяся оттенками синего и блестевшая, лоснящаяся на солнце, теперь тусклее прежнего. В некоторых местах шкуры шёрстки нет и вовсе, видна розовая и тонкая кожа. А многочисленные шрамы дополняют картину. Но самое заметное во всем образе зверя – это "обрывки" черных крыльев. Беспорядочно торчащие перья в районе лопаток и обломанные кости – всё, что осталось от главного богатства ангела. Да, именно ангела. По имени Кастиэль. А рядом сидит Дин Винчестер. И он никогда так хотел вернуть свою жизнь. Вернуть и не дать Касу так изувечить себя из-за него. Человек по обыкновению чувствует вину. Он спросил Кастиэля: когда тот только вытащил его из Ада и впервые предстал перед ним, ничего этого не было? Ни обломков рогов, ни шрамов, ни остатков крыльев? И именно он, Дин, виной всему этому? Тогда Кас ответил, что сам выбрал такой путь и Дин был не в праве решать за него. Что ж, это справедливо. Мы сами выбираем, ради кого бросаться в Геенну огненную . Но этих «кого-то» никто и не спрашивает. Дин благодарен своему ангелу, но никогда бы не пожелал такого для него. Сейчас Касу хорошо, на самом деле хорошо, ведь любовь, несмотря ни на что, его не бросила, и он рад этому. Любимые пальцы нежно поглаживают шесть, любимое сердце бьется, хоть и для виду. Это все делает Кастиэля счастливым. Жаль, он не умеет урчать, так бы оглушил Дина. В этом обличье непривычно, но так хорошо и спокойно... Тут, кашлянув, Дин негромко заговаривает: – Кас, а этот... облик, он навсегда? – в голосе нет неприязни, но желудок волка всё же ухает вниз. Винчестер встречает большие синие глаза, глядящие с обидой и непониманием, и жалеет, что задал такой вопрос, но голос в голове привычно перебивает все мысли: «Нет, Дин... Я понимаю, если ты хочешь...» Но Дин спешит перебить Каса: – Нет, ты не так понял! Мне нравится твой образ, правда нравится, но я соскучился по твоим поцелуям, – жалуется он, надув губы. Кастиэль тут же расслабляется, и в его небесных волчьих глазах отражается веселье. Он поднимается с колен Винчестера и размашисто начинает вылизывать его лицо. Дин принимается смеяться, когда до него доходит смысл подобного проявления эмоций. Затем Дин, под натиском "зверька" с него ростом, падает на спину и начинает пихаться в знак протеста, не переставая хохотать, впрочем. – Кас! Перестань! Ты обслюнявил мне все лицо! – насилу сдерживая смех, протестует человек. Волк, широко лизнув напоследок, отстраняется и с невинным видом наблюдает своими синими глазищами за попытками человека вытереться. «Хватит поцелуев на сегодня?» - насмешливо интересуется он. – Более чем! – выставив влажные руки вперед в защитном жесте, спешит заверить Дин. – Ублюдок блохастый! – беззлобно шепчет он, отворачиваясь. Кастиэль, услышав это, мгновенно оказывается у лица Дина и снова тщательно проводит длинным шершавым языком по человеческой щеке. – Ка-ас! – страдальчески восклицает Винчестер, отскакивая. Кас мысленно смеется.       Проходит несколько часов, и небо неторопливо расчерчивают багряные лучи заходящего солнца. Человек и ангел стоят на покатом склоне, а за их спинами возвышается неизменное дерево. Они молчат, но это давно не мешает им понять друг друга. Перед парой простирается знакомый и прекрасный пейзаж: лес, за ним несколько невысоких гор, за которые каждый вечер закатывается диск солнца. Красиво. И эта красота не надоедает, в ней всегда что-то новое, таинственное и завораживающее. – Красивый закат, – тихо говорит Дин. "Он всегда красивый. Но сегодня, да, он особенно красив", – соглашается ангельский волк. "Ты задавал вопрос... Могу ли я снова стать Джимми? Да, могу, но скоро это будет становиться всё сложнее, все-таки это мой земной вессель. Тебе придется привыкнуть, Дин". – Я не против, Кас. Но мне все еще непривычно видеть тебя таким, – Винчестер треплет зверя за ушами, отчего тот невольно млеет. – Мой волк. Пообещай всегда помнить, что я люблю тебя в любом обличье. Мне не важно, как ты выглядишь! «Я обещаю, Дин... Спасибо, любовь моя». Кастиэль думает об этом уже в сотый раз, но именно сейчас ему приходит в голову, что жизнь этого человека стоила пары крыльев. Нет, она стоила гораздо большего, просто больше у синеглазого ангела нет.