Ради любви можно и умереть

Хюррем Султан. Александра Лисовская, рыжеволосая славянка, рабыня с русских земель. Дочь православного священника, которая приняла мусульманство и сменила имя, полюбила султана больше жизни. Стала Великой Хюррем, с которой никто не мог сравниться в гареме. Ибрагим – Паша. Греческий раб, пленённый османами и увезённый с его родины Парги. Ставший вечным попутчиком султана Сулеймана, муж его сестры Хатидже, Великий Визирь Османского государства. И Лука. Несчастный крымский художник. Влюблённый в Александру, желающий вернуть её. Как только он узнал, что Александры больше нет, что вместо неё появилась Хюррем, сердце Луки разбилось от боли и отчаяния. Как же жить с мыслью, что его любимая теперь любит другого? И вот сейчас эти трое собрались в одной комнате. И один из них должен умереть. Но это явно будет не Ибрагим. Ведь сейчас он имеет над этими двумя невообразимую власть. Паша знает правду. Одно его слово – и Хюррем с Лукой казнят. - Ибрагим, послушай, пожалуйста,- рыжеволосая еле сдерживается, чтобы не зарыдать во весь голос,- я Сулеймана не предавала! Ты ведь знаешь. - Твои слова никто слушать не станет,- грек наслаждался отчаянием Госпожи,- тебя, твоего дружка и всех твоих детей казнят. - Нет,- ахнула Хюррем,- не трогай моих детей. - Таковы законы, Хюррем Хатун,- улыбнулся Ибрагим,- мне жаль. Ни Мехмет, ни Михримах, ни Селим в живых не останутся. - Я беременна,- пролепетала славянка,- слышишь меня, Ибрагим? Я ношу в себе невинную жизнь. Это ребёнок падишаха, как и все остальные мои дети. Он ведь твой друг, не поступай так. - Мне жаль,- фальшиво сказал Ибрагим,- но ты сама виновата. - Паша,- Лука осмелился открыть рот,- оставь её. Это моя вина. Давай ты просто убьёшь меня, и оставишь Хюррем Султан в покое. - Ты лучше молчи,- выплюнул Великий Визирь, не отрывая глаз от Хюррем,- всё, что нужно, ты уже сказал. Хюррем дрожала. Дрожала от страха и от ненависти к этому шайтану Ибрагиму. Вся её жизнь рушилась, и всё из-за чего? Из-за детской любви? Лучше бы Лука сразу уехал. Теперь им конец… - Надо же,- удивлённо сказал Ибрагим,- Повелитель приехал. Это было правдой. Султан был в саду. Сердце у Хюррем застучало сильнее – она не спасётся. - Пошлите со мной,- бросил им грек, проходя к столику, на котором стоял лукум. На их глазах он открыл бутылочку с ядом и вылил на угощение. Хюррем уже не сдерживала слёз, так же как и Лука. - Тебе решать, кто выйдет живым из этой комнаты, Александра,- усмехнулся Паргалы, вручая ей тарелку,- или он умрёт, или ты. И я всё забуду. С этими словами он вышел из комнаты, очень довольный собой. Глухие рыдания раздались из уст голубоглазой Госпожи. Такая боль, гнев, страх и… и вина. Больше всего сильнее была вина, ведь и Лука, и Хюррем понимали, кто умрёт сегодня. - Давай мне лукум, Александра,- тихо сказал крымчанин, протягивая руку,- я так люблю тебя. Всегда любил. Не позволю тебе умереть. - Прости меня,- из-за слёз было трудно говорить. - Нет, ты прости меня,- голос художника дрожал,- прости, любимая. Больше Госпожа была не в силах ничего сказать. Рыдания не прекращались, кружилась голова, её очень тошнило. Но она всё равно продолжала смотреть, не моргая, как Лука взял в руки смертельное угощение. Ещё секунда – и он проглотил его. - НЕТ! – раздался вопль Хюррем. Никогда ещё рыжеволосая не думала, что она способна издавать такие звуки. Это была ужасная минута. Лука сразу упал на колени, изо рта шла кровь. Взорвались лёгкие. Он захлёбывался собственной кровью, как и говорил Ибрагим. - Лука, я отомщу за тебя этому дьяволу, отомщу,- рыдала Хюррем, держа художника за руку. - Я люблю тебя,- Лука в последний раз посмотрел на неё своими карими тёплыми глазами – умер. Хюррем продолжала сидеть и плакать, не в силах успокоить себя. Её жёг огонь, она медленно умирала. Очень больно. Неужели она всё ещё любила его? Конечно, не так, как Сулеймана, но светлая любовь детства, наверняка, всё ещё жила в её памяти. А теперь Луки нет. Последним напоминанием о прежней жизни был он, а теперь и его нет, так же, как и её мамы, отца и сестры. И снова Хюррем взывала к Аллаху, кричала, спрашивала, почему с ней так поступили. Но ей никто не ответил. Да она и не ожидала ответа. А теперь нужно как-то жить с мыслью, что её руки испачканы кровью невинного человека, чья вина была лишь в том, что он любил её. И он умер ради этой любви. - Прощай, Лука. Прости,- прошептала Хюррем, выходя из гостиной. Теперь у неё будет лишь одно желание – отомстить Ибрагиму. И она это сделает. Ведь она Хасеки Хюррем Султан, а Александра умерла ещё той ночью, когда славянка впервые попала в покои султана. А раз она Хюррем, то значит, она не сдаётся. И не прощает.