Метафизика Арды: магия, чародейство и иже с ними

Власть (Power). Она же Могущество. Встречается в легендариуме Толкина часто и помногу. Сходу стоит отметить двоякое толкование: английское Power – это и власть, и могущество, и сила. Пара любопытных моментов: 1. Кольцо Власти (Ring of Power) – является источником магической силы, и вместе с тем – дарует власть над умами свободных народов. 2. Власть эльфийских королей растекается по их землям. Тот, кто не способен отстоять своей земли – не король. Данное явление наиболее ярко проявило себя в чудесных землях Ривендела и Лориэна. Можно предположить, что Эльфийские Кольца усилили природное влияние эльфийских владык на их земли, что и привело к тому, что в них сохранились остатки эльфийского волшебства. 3. Власть и воля – понятия тесно связанные и взаимно переплетающиеся. В одном из писем, Толкин упоминал, что в случае, если бы Галадриэль завладела Кольцом и бросила вызов Саурону, то был бы поединок не только могущества, но и воли. Воля помогает преодолеть чародейство, как злое (аура страха назгулов), так и доброе (граница Мелиан). В конце-концов, Саурон, при всём своём непомерном могуществе, проиграл одному хоббиту, наделённому волей к победе достаточной, дабы сопротивляться чарам Кольца. Таким образом, власть, могущество и воля в мире Арды – вещи практически неразделимые. При этом, магия является лишь одной из форм проявления власти над миром, и, по сути, выступает смежным явлением со властью короля. Ну и главное, великой власти без могучей воли быть не может, и на всякую власть может найтись такая воля, которая сможет ей противостоять. Музыка Бытия – некая информационная субстанция, присутствующая во всём мироздании, от душ смертных и бессмертных, и вплоть до последнего булыжника. Музыка – это универсальное начало всего, что было, есть и будет. Можно считать её неким слоём реальности или информационной прошивкой, суть от этого не меняется: Музыка и материя неразрывно связаны. При этом, Музыка – первична, ибо была до того, как мир получил бытие. Изменение материи приводит к изменении соответствующей мелодии, верно и обратное, эти два явления неделимы. Следовательно, на некий предмет и его мелодию можно воздействовать как через материальный мир, так и посредством Музыки. Музыку бытия слышат айнур и эльдар (эльфы, побывавшие в Амане), прочие существа напрямую её воспринимать не способны. Так, Фродо, помалу лишаясь своей материальной оболочки, начал воспринимать Музыку как Незримый мир, в коем проступала суть вещей. Разумеется, ничего хорошего ему от этого не светило, хоть он и смог узреть истинную суть, феар, назгулов и Глорфиндела. Феа – душа, одно из немногих явлений в Арде, лишённое материальной составляющей (т.е. являющееся чистой Музыкой). Стоит заметить, что разрушить феа или сотворить его не могут даже айнур. Важное уточнение: чужое феа. Разрушать, дробить, низводить, развращать и т.д. собственное феа с успехом может каждый обитатель Арды, от хоббита до Саурона (последний в этом плане достиг невиданных высот). Феа любого существа в той или иной мере влияет на его материальную оболочку. Феар Айнур обладают наибольшей властью (о да, снова это двоякое слово!) и способны изменять Музыку мира напрямую, в той мере, в которой это ограничено их властью. Феар для эльдар имеют куда большее значение, чем их тела, и так же способны влиять на окружающий мир, но в меньшей степени. Роа – тело. Фана – воплощение, коим облекаются айнур. Подвержено всем формам материального воздействия, но на него так же можно оказывать влияние с помощью Музыки. Стоит заметить, что тела смертных и бессмертных так же обладают властью над миром. Более того, для большинства смертных, это едва ли не единственная доступная форма власти. Опять же, стоит отметить три занятных момента: 1. Власть правителя – это власть над умами и душами, она основана на подчинении ином, нежели грубой силой. Т.е. иначе говоря, это власть феа над феар, и она доступна всем смертным. Любопытный момент, власть одного эльда над другим позволяет им с большей лёгкостью и успехом обмениваться осанвэ. Иного рода власть подчиняющая, тёмная – власть Кольца, например. 2. Моргот и умайар отличились тем, что обретали великую власть над материей Арды. При этом, их власть была основана не на феа, а на фана, и чем дальше они затемнялись, тем больше становилась их власть, и тем больше они зависели от своих фана. Так, Саурон, всякий раз лишаясь материальной оболочки, долго и упорно накапливал силы прежде, чем воплотиться и обрести своё устрашающее могущество. При этом, подобный фокус ему удавался исключительно благодаря Кольцу. Как свидетельствует Лэ о Лэйтиан, принять материальное воплощение самостоятельно он не мог уже во времена Первой эпохи. 3. Ещё один важный момент: власть-могущество обычных майар после расходования постепенно восстанавливалась. Так, Гэндальф, отколдовавшись в Летописном Чертоге, смог через какое-то время зажечь волшебный огонёк и применять другое колдунство. Но ресурс власти Тёмных майар и Мелькора был ограничен. Так, Мелькор, растратив свою власть на слуг и внедрение в материю Арды (подробно – ниже), в результате оказался немощен и слаб. В данном случае, разумно будет обратиться к аналогии из реального мира, творчеству и критике. Человек, вложивший часть своих сил и времени в некий акт творчества (написание книги или картины) может испытывать утомление и усталость. Более того, если он работает на все сто – эти чувства будут неизбежны. Но в итоге, автор, принёсший в мир некое произведение (совершивший, тем самым, символический акт духовного творения), ощутит удовлетворение от его написания, и со временем, его творческая энергия возобновится. Иное дело – с критиком. Критика, т.е. сознательное изменение чужого творения (чем так успешно занимались Мелькор и Ко) так же приносит удовлетворение, и чисто по балансу затрат и сиюминутной отдачи превосходит чистое творчество. Но в долгосрочной перспективе, она не даёт ничего. Человек может сколько угодно критиковать работы других авторов, вмешиваться, заявлять, требовать и т.д., итог останется неизменным – он не привнесёт в этот мир ровным счётом ничего, и в итоге, растратив все силы, останется в душе пустым и бесплодным. Сравнение в высшей степени условно, однако именно в способности возобновления творческих сил светлых феар и неспособности такого возобновления у тёмных кроется верхушка айсберга их кардинальных различий.