Метафизика Арды: магия, чародейство и иже с ними

Итак, что нам известно об эльфийском волшебстве из канона? Да по сути, немного: оно есть. Можно ещё припомнить слова Лориэнского эльфа, объясняющего Сэму «магию» лориэнских плащей тем, что, мол, эльфы всё делают с душой и любовью. И как оказалось, в этих словах заключена самая суть их волшебства. В прошлой главе было выдвинуто предположение о том, что эльфы «фонят» чистой Темой Эру. Делают это они постоянно и прекратить не могут в принципе, потому что иначе как «делать с душой» - не могут, не могут выйти из резонанса с внешним миром и друг-другом. Хороший пример этого «фона» - появление Гилдора и компании спугнуло назгула, что вполне логично: отрицательно заряженным существам само упоминание Варды причиняет боль, а тут – целый эльфийский табор со своими песенками и прочим. К слову, назгульская аура страха – хороший пример отрицательного фона. Но помимо того, что самим своим существованием эльфы привносят в мир волшебство, они могут делать чудесные вещи. Не обязательно магические, вспомним знаменитый лембас – эльфийский крекер явно заряжен положительной энергией (никаких ассоциаций с грёбанными экстрасенсами, Эру вас упаси!), не подвержен тлению и восполняет силы тех, кто более-менее приближен к положительному полюсу. Орки же ими брезгуют, равно как и Голлума сильно колбасило от пропитанной Темой Эру эльфийской верёвки. Далее, можно вспомнить, что Феанор вложил в Сильмариллы частицу себя и без них ему свет был не мил, да много чего можно вспомнить. Суть одна, совершая акт творчества, эльфы вкладывают положительный заряд своей души в творимое ими. Не специально, они просто любят то, что делают – и им этого хватает. Порой, правда, увлёкшийся мастер излишне вкладывается в свой шедевр – и мы получаем обезумевшего Феанора или ушедшую в Мандос раньше срока Мириэль (А что? Детей эльфы тоже любят, особенно – своих). В обычных же случаях, эльфы восполняют силы своих душ так же, как это делают обычные люди-творцы: отдохнули, расслабились, помедитировали на травку – и вперёд, к новым шедеврам! А теперь вернёмся в начало статьи и вспомним о том, как светлые майар могут восполнять свои волшебные силы, а тёмные – нет. И похвалим дедушку Толкина за офигенно хитрый концепт магии как творчества, в который, как мне кажется, он и сам не до конца врубился. Итак, волшебство в Арде, любое волшебство – это творчество, но верно и обратное – любой акт творения несёт в себе частицу волшебства, а сколь она велика, зависит от того, насколько человек или эльф вкладывается в своё творение.