Кто что про кого говорит...

      - Ты машину починил?       - Ага, починишь эту развалюху, мать её перемать!.. – горько вздохнул Гимли, со скрежетом орудуя отвёрткой. Слегка приржавевшие к корпусу системного блока болты подавались с трудом. Снятая крышка не подняла гномьего настроения – системник был просто под завязку набит пылью, как хороший Гундабад – орками.       - Леголас! Сколько раз я просил пропылесосить? Четыре? Ну, в пятый раз прошу!       - Я болты не могу отвернуть, - стёбно кокетничая, пробормотал эльф, не отрываясь от распечатанного из Сети "Большого Ширского Трахта".       - Ты на себя, зараза, в зеркало смотрел? – потихоньку свирепея, заверещал Гимли. – Лось двухметровый!?       - Два метра четыре с половиной сантиметра, - ответил Леголас, включая пылесос.       Вой этого адского устройства производства фирмы LG временно заглушил все звуки на пять сотен метров вокруг. До той поры, когда Гимли, по-прежнему державший в руках крышку от системника, не ощутил трубу пылесоса совсем рядом со своим лицом.       - Зелёный! – во всю мощь своих лёгких заявил гном. – Я знаю, что эту фразу уже затаскали, но… ТОЛЬКО НЕ БОРОДУ!!!       - Её же тоже почистить надо, - с мечтательным ликом произнёс Леголас, елозя трубкой пылесоса по внутренностям компьютера. – Ты вон сколько уже в компе ковыряешься… грязный весь…       - Я, между прочим, моюсь регулярно! Ладно, выключай это балрогово измышление…       Эльф тактично промолчал – даже тогда, когда, дёрнув за шнур питания, обнаружил, что вилка осталась в розетке (уже отдельно от шнура), а его самого ощутимо ударило током. Вопль "А Э…т ядрёна вошь!!!" был почти неслышным…       - Сегодня мы идём мыться вместе, - обречённо заключил Гимли, глядя на слегка вздыбленные волосы Леголаса.       - Кто как, а я иду мыться сейчас.       Леголас, потрескивая наэлектризованными волосами, которые красиво топорщились над плечами, схватил со своего стула полотенце и забаррикадировался в душевой. Сквозь шум воды он иногда разбирал возгласы вроде: "Девять утра – и всё дракону под хвост!", "Кьто падлажил мнэ эту крилатую свинью?!", обрывки песен: "Но в Имладрисе пропьют опять сломанный меч вождя!", "Девять назгулов – это, воистину, братство конца!" и прочую нецензурную ругань.

***

      Вылезший из душа Леголас, прислонившись к дверному косяку, с высоты своих двухсот четырёх (с половиной!) сантиметров пронаблюдал идиллическую картину: жизнерадостно сплёвывая и напевая себе под нос что-то вроде "Морыя, Морыя, джинджахарья Морыя…", гном ковырялся в разверстом системном блоке. Петь у него получалось не совсем внятно, ибо в зубах Гимли были зажаты три болтика, на которых крепилась боковая крышка системника. Болтики сверкали в лучах утреннего солнца, как бриллианты, и Гимли, судя по лицу, слегка одолевала ностальгия по Аркенстону и другим, более мелким сокровищам Одинокой горы. Когда же руки гнома приходили в столкновение с острыми углами и кромками внутри системника, ругаться у него получалось не в пример внятнее и выразительнее. Пятый раз подробно рассказав строптивому компу, что он сделает с его мамой, папой, создателем и Биллом Гейтсом, если сможет их найти, он уронил на пол отвёртку и, слегка пнув монитор "за строптивость", посмотрел на Леголаса. Леголас, лучезарно ухмыляясь свежевымытым лицом, отлепился от косяка.       - Ладно, Ара, давай ужэ пэрэкурим, - с кавказским акцентом произнёс Гимли, вытирая грязной тряпкой ободранные до крови руки. Открыв окно, эльфийский принц пристроился прямо на подоконнике, аккуратно переставив горшок с Одиноким Кактусом.       - Да выкинь ты этого растительного ежа, - проворчал Гимли, пристраиваясь на столе и с удовольствием болтая короткими ногами. – Он мне уже поднадоел – стоит, и даже поливать его не надо…       - Как тебе не стыдно, друг Гимли? Я же назвал этот кактус Одиноким – понятно, в честь чего? – Леголас вытащил из нагрудного кармана синей шёлковой рубашки пачку "Vogue" с ментолом и, прикурив, медленно и издевательски затянулся.       - Догадываюсь. – Немного повертев в руках сигарету "Captain Black" (кажется, с шоколадом), Гимли тоже закурил. – Вот только Эребор создал Аулэ, а кактусы, по-моему, - Мелькор. В том вся разница.       Немного помолчав и окончательно окутавшись клубами ядовитого американского дыма, Гимли состроил "хитрую гномью морду" и как бы невзначай заметил:       - Ты со своими "супер-слимами" скоро цвет сменишь, боюсь… С зелёного на известный.       - А чего тебе меня бояться, пра-а-ативный? – и Леголас состроил гному такие глазки, что Гимли поперхнулся. Когда же он вновь обрёл способность соображать, то с удивлением обнаружил леголасову руку на своём плече. Обычной реакцией Гимли на подобные "приставания" был полный эскейп.       - А кто тебя боится, сладкий мой, - нехорошо ухмыльнулся Гимли и в ответ обнял эльфа за талию. Тут уж лицо Леголаса приняло свой "естественный" зелёный цвет, и он быстро ретировался на подоконник. Гимли ещё немного подурачился, посидев на столе в позе "знойная женщина, мечта поэта" и глядя на Леголаса как истерзанная своим естеством гномья девственница, потом соскочил на пол, подошёл к высокой стопке рукописей, лежавшей на столе, выбрал какую-то из середины (кажется, свой собственный секретный дневник в исполнении "очередного озабоченного подонка") и, опять усевшись рядом с компом, погрузился в чтение.

***

      Лёгкое пощёлкивание клавишей мышки вывело Гимли из задумчивого анабиоза. Всё ещё пытаясь переварить "Может, получится уговорить Мерри погулять со мной под луной…" и "Галадриэль – баба что надо!", он повернул страдальческое лицо в сторону друга. Леголас, глядя в монитор, мерзко хихикал, разглядывая собственные карикатуры под общим названием "Список дел Леголаса, эльфийского принца". Гимли ещё вчера предусмотрительно запихнул все эти файлы в скрытую папку "лучше не смотреть" с таким длинным путём, что сам вспомнил его только с восьмого раза, - но, видимо, старался зря. Если Леголасу везло, то он мог найти в 10 гигабайтах* комповой памяти всё, что хотел.       - Ты куда? – удивился принц, отлепивший взгляд от монитора.       - За финкой, - пробурчал Гимли, бочком пробираясь на кухню. Стресс (особенно таких катастрофических масштабов) вызывал у него повышенный аппетит, заканчивавшийся неприятными последствиями для желудка. Но ничего поделать с собой Гимли не мог – есть хотелось, а лембасов люди печь ещё не научились… Огромный пятислойный бутерброд с селёдкой, луком, ливерной колбасой и сыром чечил вполне устроил его изголодавшийся и перенервничавший организм. Но, видимо, не устроил тонкое эльфийское леголасово обоняние.       - Ты в мусорном ведре, что ли, рылся на радостях? – возмущённо произнёс эльф, как только запах гномьего обеда коснулся его аристократического носа. – Брысь на кухню, и чтобы я тебя не видел, пока зубы не почистишь!       - Сам ты "брысь!", - безмятежно ответил гном, откусывая половину своего творения. Устроившись в глубоком кресле, он блаженно откинулся на спинку и добавил: - Тебе такой приготовить?       Леголаса стало подташнивать.       - Пойду, стопаря накачу… - лирично произнёс он гнусавым голосом, зажимая нос сразу обеими руками. – Или, может, за щавелем сходить? Весна на улице…       - Не надо!!! Я уже всё доел!       Леголас, готовивший зелёный борщ (или как там это называл его папаша Трандуил), по убойной силе превосходил полк гномов. А аромат борща вообще вшибал с ног…       - Ладно, теперь моя очередь в Сети зависать, - довольно сказал Гимли. Лёгкий голод улетучился, несмотря на отсутствие в холодильнике "Даниссимо", так что можно было спокойно заняться делом. Дело на этот раз предстояло тяжёлое – найти всё, что можно, самого похабного о неразлучной гномо-эльфийской паре: найти, искоренить, а авторов… Хотя Гимли совершенно не знал, что происходит с авторами всей этой похабени, - разборками занимался Леголас. Потому что только у него было удостоверение "эльфийского снайпера".       - Зависай, зависай, а я пока ещё что-нибудь почитаю, - невнятно ответил вернувший с кухни эльф, второпях дожёвывая что-то, подозрительно похожее на морковку по-корейски. Ароматы снеди смешались, вызвав даже у компьютера небольшой шок, отчего он выдал сообщение об ошибке: "Внешняя ошибка 23456. Не могу работать в условиях химической атаки!".       - Мда, надо бы действительно проветрить, - промычал Гимли, предусмотрительно надевший респиратор, и с грохотом открыл окно.       Запах улетучился.       - Выбегалло забегалло? Мда, это селёдка… - не совсем впопад прореагировал на очищение атмосферы Леголас, снова шелестящий листами какой-то распечатки.       - Ты что, опять "Понедельник"** читаешь? – поразился Гимли. Сам он одно произведение больше трёх раз перечитывать не мог.       - Нет. "Недокументированные возможности Кольца Всевластья". Очень познавательно, между прочим… мГимли решил, что лучше отстать от друга – не дай Варда, ещё примется эти возможности проверять… И счёл за лучшее уткнуться в монитор, зорко отслеживая по яндексовскому поиску слово "слэш"…

***

      -…Что про эльфов говорят? – истерично усмехнулся Леголас, вытаскивая из принтера слегка смазанную распечатку. Гимли не ответил – он ковырялся под откинутой крышкой принтера, пытаясь вставить на место чернильницу, выбитую "из седла" нежным гномьим кулаком. Принтер громко визжал, напоминая по звучанию избиваемого поросёнка, но не сдавался и упорно отказывался печатать рунами, как того добивался Гимли. Гному было, видимо, невдомёк, что принтер попросту не понимал кхуздульских команд, и потому пугался всякий раз, когда Гимли громко объяснял, что шрифт "Times New Roman" его лично не устраивает.       - Да. Производство некоего Бранчера. – Гном близоруко прищурился в распечатку. – Ты только подумай! "Я бы позволил такое эльфу с нежными руками…". Он бы, может, и позволил, но я сэбя за задницу хватат нэ дам!       - Ну почему же сразу за задницу? – Леголас на глазах превращался в сардоника. Его усмешка была даже не от уха до уха, а от пола до стены. Потому что лицо принца так перекосило, как будто ему предложили за честь (утерянную, вероятно) Галадриэли съесть вагон лимонов. – Можно ухватить ещё за что-нибудь… Борода вполне сгодится.       - Оставь мою лицевую растительность в покое! – возмутился Гимли. – Если хочется за что-нибудь схватиться, схватись за Одинокий Кактус. Ему всё равно, он колючий…       - Пойду, что ли, чаек постреляю… С базуки.       Леголас скрылся в кладовке в поисках любимой "снайперки". Гимли задумчиво покачал головой в стиле "вай-вай-вай, какой горячий эстонский парень". Кто бы ни были те чайки, на их месте гном ни за что бы не оказался, даже если выбирать пришлось между Леголасом и Смогом. Леголас в гневе был страшнее.

***

      - Эх, жаль, патроны кончились… - устало произнёс Леголас, втыкая на место крышку от банки с зелёнкой. Традиционный эльфийский обычай требовал нанесения макияжа, то есть камуфляжа, при выходе "на дело", и зелёно-коричневые полосы Леголас рисовал на лице чем попало – сегодня попали банка зелёнки и коричневый карандаш-крем для обуви. Раньше у Гимли пропадал ещё и гуталин, но после того, как гном рассказал принцу анекдот по гондолиновую фабрику, гуталин стал священен.       - Жаль, похабники ещё не кончились! – поправил друга Гимли. – Да, кстати, а куда запропал мой тротиловый набор?       Леголас возвёл очи горе. Уж он-то знал, что ни одна снайперка по убойной силе не превзойдёт гнома-антикамикадзе… Тем более если этот гном – Гимли. И вслушиваясь в звук тяжёлых шагов гномьих ног в гномьих гриндерах, эльф решил, что всё-таки хорошо, когда дежурство по отстрелу чаек – в ДВЕ смены. Надо же успеть отмыть с лица зелёнку!..