Рождественский Переворот

- Ну, Лухан-хен, - Чжонин, так и не переодевшись, появился в дверях гостиной со стаканом виски в руке, нетрезво чуть растягивая слова, - всех, кого могли, мы поздравили. Остались только мы. Лухан обернулся и тут же подавился глотком виски, что сделал мгновением ранее, - несмотря на то, что ноги, появляющиеся из-под юбки, смотрелись непропорционально всему остальному виду, руки были более мускулистые, нежели у девушки, а о груди можно было вообще не говорить, которую брюнет, видимо, еще по пути вытряхнул из-под костюма, несмотря на все это, Чжонин был невероятно привлекательным. Лухана поразила собственная мысль о том, что он начал рассуждать красив или не красив мужчина. Мужчина. Но в таком наряде... Лухан умывал руки. Слишком уж его подчиненному шли все эти женские тряпки. И старший ловил себя на мысли, что ему это очень даже нравится. В случае с Луханом алкоголь тоже не забывал о своем предназначении. В голове поселились приятная тяжесть и легкая пустота, среди которых ясно вырисовывались соблазнительные контуры чуть влажных от виски губ, размеренно вздымающаяся грудь, идеальной формы обтянутые красной тканью бедра... - С Рождеством тебя, Чжонин, - улыбнулся Лухан, окидывая взглядом брюнета. - Ты первый раз так спокойно зовешь меня по имени, - хмыкнул Чжонин, подходя к старшему и протягивая ему стакан с недопитым виски, - и тебя с Рождеством. На брудершафт? - С тобой? - весело спросил Лухан, хотя оба знали, что поцелуи после этого совсем не обязательны. - А что мешает? - Чжонину становилось все веселее, но веселье это было с примесью тоски: мужчина был дамским угодником, но никогда не имел серьезных отношений; у него была немаленькая семья, но брюнет всегда встречал праздники в душевном одиночестве; он постоянно был окружен толпой людей, но ни одного из них он не мог назвать своим другом. Лухан был единственным, кто ни во что не ставил Чжонина, но оценивал его работу всегда по справедливости, что брюнету неимоверно нравилось в начальнике. - Я пока что в женской одежде, и зовут меня Чжонита, как вы точно подметили в самом начале этого дня. - Это ничего не значит, - не стал протягивать стакана Лухан и сделал еще один глоток крепкого напитка. - А бабушка Бена думает иначе, - спокойно, чуть пожав плечами, заметил Чжонин и на удивление ловко и легко развернулся на 180 градусов, предоставив старшему очень даже пикантное зрелище, - думает, что мы идеально подходим друг другу... - Чжонин, по-моему виски слишком крепкий, - стал беспокоиться за состояние своего служащего Лухан, не забывая при этом ласкать взглядом до умопомрачения аппетитные ягодицы, обтянутые красной тканью, что сейчас казалась даже бордовой. - .. видимо, она совсем плохо уже видит и на самом деле приняла меня за девушку, - будто не слыша, продолжал брюнет, - а еще.. - Ты совсем меня не слышишь что ли? - удивленно вопросил Лухан и положил свободную ладонь на плечо Чжонина. - ... она сказала, что ты смотришь на меня с обожанием и, наверное, очень сильно любишь меня, - уже развернувшись, закончил свой короткий монолог младший и пьяно-весело улыбнулся. - Что? - возмущенно приподнял брови Лухан, до которого только через несколько секунд дошел смысл сказанного брюнетом. - Я тебе нравлюсь? - напрямую спросил Чжонин и посмотрел в глаза старшего. Лухан растерялся, глядя в темные и жаждущие неясного продолжения глаза младшего. Тут же в голове всплыл момент, когда он и правда любовался Чжонином. Видимо, именно тогда-то бабуля и подловила Лухана. Мужчина мысленно улыбнулся, а потом ему в голову пришла не менее интересная мысль. - Бабушка не станет врать, - не отводя взгляда, хмыкнул Лухан и обвил одной рукой талию Чжонина, что стоял совсем близко. Сердце Чжонина забилось быстрее. Парень чуть приоткрыл рот и пораженно смотрел в всегда почему-то напоминавшие оленьи глаза начальника. Тут-то Лухан и понял, что его план летит к чертям. Вместо того, чтобы напугать Чжонина своей готовностью на все и даже с мужчиной, он, видимо, его.. смутил? Повисла чуть напряженная тишина. Уже как час с лишним наступило Рождество. - Ты ведь никогда не был с мужчиной? - почему то шепотом спросил Чжонин. - Чжонин, да о чем ты.. вообще.. ? - решил на этом закончить Лухан, начавший злиться уже на самого себя и на свою глупую затею, как брюнет поймал его затылок свободной ладонью и припал пухлыми губами к губам напротив. Лухан опешил, произвольно ответив на совсем не робкий поцелуй, а когда Чжонин сам же положил его ладонь на свои ягодицы, то старший совсем голову потерял, чувствуя, что возбуждается. - Хочу сделать тебе подарок, - весело улыбнулся Чжонин, оторвавшись от губ старшего. Лухан никогда еще не видел Чжонина настолько очаровательным и милым, и здесь его костюм был совершенно не при чем, - Рождество с Ким Чжонином. Лухана дрожаще свела легкая приятная судорога возбуждения, возникшая из-за этих слов. Все было очень странно. Никогда Лухан не замечал за собой интерес к мужчинам, но этот никудышный работник сейчас просто с ума сводил. Лухан, вопреки намерениям Чжонина, сжал упругую ягодицу, что была под ладонью, и прижал парня к себе. Властно, с желанием. И понял, что его состояние только ухудшается.. - старшему на самом деле хотелось почувствовать Чжонина. - Лухан.. - как-то совсем иначе позвал Чжонин, как-то обеспокоенно и .. нежно. Старший развернул Чжонина спиной к стене и прижал его лопатками к вертикальной поверхности. Стаканы с недопитым виски полетели на пол. Чжонин томно охнул, когда Лухан закинул его ногу себе на бедро и поймал дыхание парня своими губами. "Ты же Лу Хань.. - мысленно поражался Чжонин вырисовывающейся картине, что происходила в гостиной дома его начальника, - ты же натуральный до мозга костей.. Ах... или.. почти до мозга костей.."- рвано думал Чжонин, которого не на шутку стали распалять действия старшего. - Лухан! - оторвался от губ мужчины Чжонин и застонал, когда не такая уж и плотная юбка была поднята, а Лухан, накрыв самое сейчас чувствительное место брюнета ладонью, создавал неслабые трения тел. - Я хочу твой подарок, - тяжело выдохнул Лухан в губы Чжонина, который зажмурившись от удовольствия, ничего не мог нормального ответить, лишь отчаянно упирался в плечи старшего обеими ладонями, будто не желая того, что происходит, - Чжонин.. Их губы снова встретились - третий поцелуй был куда лучше первых двух. Порывистые и резкие движения только яснее делали желания мужчин - овладеть друг другом. Красная ткань была повсюду. Романтичный приглушенный свет обострял ожидание необычного и чего-то нового. Легкий смех Чжонина раздавался в гостиной время от времени, пока первый стон не заполнил пространство. - Все правильно, - сжав губы, быстро проговорил брюнет, выгибаясь в пояснице, лежа на ковре в наспех скинутых с дивана подушек и покрывал. Лухан сдавленно выпустил воздух из легких, поразившись той тесноте, что охватила его плоть. Чжонин улыбнулся. Обхватив старшего за талию, брюнет попытался не напрягаться, позволив Лухану войти глубже. Снова стон с болью напополам. - Чжонин-Чжонин.. - позвал Лухан, проводя ладонью по вспотевшему виску парня, вплетая пальцы в темные непослушные волосы. - Посмотри на меня.. Обними меня крепче. Брюнет, раскрыв глаза, посмотрел на Лухана, и что-то ухнуло внутри, так колко и тепло одновременно. Чжонин обнял одной рукой Лухана за плечи и почувствовал, что его полностью заполнило. Все-таки это так приятно.., осознавал Чжонин, когда Лухан начал в нем двигаться. Боль с каждым движением отступала. Чжонин впервые получал удовольствие от секса с мужчиной. "Это все виски.. да-да, - сжимал пальцами лежащую рядом подушку брюнет, - черт.. " Чжонин не мог обманывать сам себя. Лухан рвано дышал над ним, и силуэт его тела так сказочно очерчивался в это мгновение. Потом все как-то помутнело и размылось. Чжонин зажмурился, и тут же резкий стон вырвался из раскрытых пухлых губ. - Кхааа... Чжони-ин.. - выдавил из себя Лухан, напрягшись всем телом, сбиваясь с ускоренного темпа. Брюнет, тяжело дыша, улыбнулся. Его имя в это Рождество звучало куда приятнее, чем прежде.