Настойчивое желание проиграть

Наверно, самым любимым звуком Ван Со, Четвертого Принца Корё, был смех его жены. И чем дольше они жили вне дворца, вдыхая воздух и свободу Хупэкче, тем чаще он наслаждался не только ее улыбкой, но и ее смехом. К счастью, чем дальше они были от дворцовых интриг и воспоминаний о потерянном во благо трона, тем быстрее она возвращалась к той себе, какой она была при их первой встрече. И пусть ее ребячливость и наивность были истреблены опытом, жизнерадостность, всегда присущая Су, брала свое. И пусть дом наместника был небольшим, и по утрам Су приходилось заплетать волосы самой, она выглядела куда более счастливой, чем среди готовых угодить служанок и шелков. И Со этого было достаточно. Время от времени ему приходилось уезжать, и, пригрозив местному гарнизону всеми страданиями и пытками, которые только можно было вообразить, Со седлал коня и терпеливо ждал, пока она исполнит свой странный ритуал (хотя нельзя было сказать, что он не наслаждался этим): среди ее привычных нотаций — «Высыпайся, и, пожалуйста, хотя бы дважды в день ешь» — и пожеланий безопасной дороги и скорейшего возвращения его любимой частью было то, как она дергала его за доспех, требуя, чтобы он наклонился, и одаривала сладкими поцелуями, к которым он никак не мог привыкнуть. Все его дела, все его поездки заканчивались в рекордные сроки. Ни один дипломат, ни одна армия не имела шанса против Четвертого Принца, ибо его ждала дома жена. Император, видя брата, только качал головой и с притворно недовольным лицом выслушивал отчет и ленивым взмахом руки отсылал его, мол, сколь хорош бы ты не был, ссылка, ссылка! … А чай от Су привез? Нет? Тогда точно ссылка. Но тем утром привычный порядок был нарушен. Всю ночь она провела у котла, наверняка составляя какой-то новый, особенный отвар для Бэк А. Он вяло пробовал возразить, но она одарила его таким взглядом, что принц умолк и, понурив голову, отправился спать в одиночестве. А утром… Чувствуя, как начинает припекать солнце и морщась от боли в висках, Со привстал в стременах, не слыша ее шагов и от этого хмурясь. Помедлив и оглянувшись на смиренно ждавших его воинов и, похлопав лошадь по боку, зашел в пристройку — в доме ее точно не было, с утра не видел. — Ты здесь? В первый момент его обдало ужасом, когда он понял, что привычные баночки, сплошь заставившие какие-то особенные шкафы — Су самолично контролировала вполголоса ругавшегося на причуду госпожи столяра — исчезли. Каменные ступки и пестики, которые привез из Южной Хань Чжон после одного из походов… Су носилась с ними так, что Со даже немного ее ревновал. Пропали. Каким-то совершенно волшебным образом всегда царствовавший здесь запах трав исчез, сменившись душным запахом пыли. — Су? — сипло позвал он, невольно ища опоры и вцепившись побелевшими пальцами в спинку стула. — Ты чего здесь? — тут же раздалось за спиной, и принц резко обернулся, сражаясь с головокружением и облегчением одновременно. — А где?.. — начал он, не находя слов и вместо этого обводя комнату жестом. Су подняла брови: — Муж мой… Ты забыл, да? — Что… Забыл? Су шагнула ближе, совсем-совсем близко, опуская ладони ему на плечи, отвлекая теплом и блеском лукавых глаз: — Тогда могу ли я засчитать тебе техническое поражение? Со мгновенно нахмурился: — Нет! Она прикусила губу, очевидно, едва удерживаясь от смешка, и принц потихоньку сцепил за ее спиной пальцы, чтобы если что — не сбежала. — Десять монет, — ласково напомнила она. Десять монет… Со выдохнул: — Ты так уверена, что у Бэк А родится дочь, а? Она переступила с ноги на ногу, делая вид, что задумалась: — Разве он и У Хи не обещали назвать ее в мою честь? Разве он когда-нибудь нарушал данное слово? — Она покачала головой, сверкая такой улыбкой, что у него привычно дрогнуло сердце. — Я ведь только ради этого в Сонгак решилась выбраться. Принц невольно выдохнул, прикрывая глаза, прижимаясь щекой к ее виску: — Двадцать, — пробормотал он. — Что? — Я говорю, что если это будет мальчик, ты будешь должна мне двадцать монет. Подумав мгновение, Су согласилась: — А что, могу себе позволить… Хорошо. А если выиграю я, будешь должен м-м… — У нее загорелись щеки, она привстала на цыпочки и жарко, то и дело прерываясь, чтобы хихикнуть, зашептала ему на ухо. Со сглотнул. Еще никогда не знавший проигрыша ни на поле битвы, ни в дипломатической баталии, Четвертый Принц Корё отчаянно предвкушал свое поражение.