Вспомнить все

Терпеть не могу, когда миссис Биорель требует, чтобы я остался после занятий и помог ей. Странная молодящаяся старуха, её мысли, которые она не стесняется озвучить, частенько заводят меня в тупик. И не только меня. Еще половина аудитории вряд ли что-то вообще понимает из слов этой женщины. Понятия не имею, как она все еще умудряется преподавать. У нее явно с головой не в порядке, все время говорит о каких-то полубогах и монстрах, даже несмотря на то, что должна читать лекции по физике. Так, ладно, я должен успокоиться, в конце концов, мне надо лишь помочь ей с компьютером, а потом я буду свободен. Скорей бы уже. Иногда мне даже кажется, что миссис Биорель специально придумывает какие-нибудь поводы, дабы заманить меня в её кабинет. Хотя нет, думаю, это просто паранойя. Я слышу, как она копошится со своими бумагами за одной из передних парт, но не поворачиваюсь. Если я обернусь, то она, с очень большой вероятностью, начнет мне рассказывать очередной миф или легенду, от которых меня уже порядком начинает тошнить. Не понимаю, что такого интересного в старых сказочках, придуманных суеверными людьми? Ни одного доказательства, ни одного объяснения еще найдено не было, но все равно до сих пор существуют такие люди, как миссис Биорель. Мне абсолютно все равно на это, я как не верил во всё сверхъестественое, так и не собираюсь начинать. Причина "поломки" компьютера миссис Биорель оказалась до крайности простой - обычное зависание экрана, которое я исправил за считанные минуты. Что ж, сегодня я достаточно быстро управился. Думаю, что можно попросить её отпустить меня. Мысленно умоляя, чтобы Биорель не нашла мне новое задание, я поворачиваюсь в сторону парт. Она сидит совсем недалеко от меня и листает свои тетради с записями. Никто до сих пор не может с уверенностью сказать, зачем они ей нужны, так как за все время, которое я здесь учусь, миссис Биорель ни разу их на лекциях не открывала. Только я хочу произнести те самые слова, сказать которые мечтаю в конце каждого учебного дня, как вдруг женщина поднимает голову и смотрит на меня. Её ярко-красные губы расплылись в неком подобии улыбки, отчего меня слегка передернуло. - Ты сейчас похож на Аполлона, - произносит она голосом, который по идее должен быть нежным и ласкающим слух. Ничего подобного, меня снова начинает тошнить от нее. С огромным трудом я сдерживаю рвотный позыв и стараюсь улыбнуться, хотя уверен, что моя улыбка больше похожа на гримасу. Миссис Биорель поднимается из-за стола и подходит ко мне, взволнованно окинув взглядом. - У тебя все хорошо, Питер? - Да, - я киваю, не переставая улыбаться словно идиот. Стараясь не встречаться с ней взглядом, произношу, быстро, скороговоркой: - Я тут все починил. Можно мне идти домой? - Конечно... - тихо произносит миссис Биорель и кладет мне руку на плечо. Меня снова передергивает, надеюсь, она этого не заметила. Особого желания слушать лекцию насчет того, что я не уважаю свою преподавательницу, я в себе не отмечаю, поэтому лучше просто молча встать и уйти. Но куда уж там! Миссис Биорель стоит вплотную со стулом, на котором я сижу, её худая рука лежит у меня на плече. В любом случае, мне придется просить её подвинуться, а это неминуемо влечет за собой длинную и якобы поучительную историю о Сизифе, которую я слышал, наверно, больше сотни раз, но так и не смог понять, каким боком она вообще относилась ко многим происшествиям и ситуациям, которые связывали меня и миссис Биорель. - Какой же ты умный, Питер, - произносит она, приторность её голоса меня раздражает. - И всегда соглашаешься мне помочь. Понятия не имею, чтобы я без тебя делала, - она наклоняется к моему уху, я слышу её странное тяжелое дыхание. Тон её голоса меняется, но до меня все равно не доходит смысл сказанных ею слов. - Словно отважный герой, всегда готовый спасти. Я могу тебя как-то отблагодарить? "Отпустите меня!" - чуть ли не кричу я вслух, но нет, я не могу сказать такое преподавателю. Даже такому, как миссис Биорель. В общем, выхода у меня нет. Остается только надеяться, что она сама меня отпустит. Она слишком близко ко мне стоит, меня это начинает напрягать, но я все равно продолжаю сидеть, неотрывно глядя на экран компьютера. Ладно, она ведь просто трогает меня за плечо, это терпимо. - Почему молчишь? Что-то не так? - она наклоняется еще ниже, её волосы касаются моей щеки. Тихо, Питер, тихо, это скоро закончится. Появился отличный шанс сказать ей, что я бы с радостью пошел бы домой. В горле пересохло, я кашляю и с хрипом произношу: - Миссис Биорель, я... - Просто Шеннон, - поправляет она меня, отчего я чуть не падаю в обморок. Шеннон. Женщина, страше меня лет на тридцать, при этом являющаяся моим педагогом, разрешает называть себя по имени. Нет, конечно, я полный дятел в отношениях и тому подобное, но даже я сейчас понимаю, что пора сваливать, так как дело принимает совершенно иной поворот. До меня медленно, но верно начинает доходить весь сакральный смысл ежедневных посещений этой аудитории. Чувствую, как ладони вспотели, и быстро вытираю их о штаны, однако миссис Биорель замечает это и произносит, тихо и с придыханием: - Не волнуйся так, Питер, все нормально. Я давно знаю, что я тебе не безразлична. О боги Олимпа, тайная любовь, как это романтично! Ты как Зевс, а я как смертная девушка, и мы словно скрываемся от ревнивой Геры! - нараспев произносит она. Ничего не понимаю и понимать не собираюсь. Какой, к чертям собачьим, Зевс, какая Гера? Нет, она точно с ума сошла. Все, что я могу сейчас делать - это неотрывно смотреть в монитор. Вижу в нем свое отражение, глаза похожи на монеты. Кто-нибудь, снимите эту странную женщину с меня, помогите! За что я? За что? На все готов, дабы эта пятидесятилетняя "девушка" никогда больше меня не трогала. Тяжело дышу и судорожно обдумываю план побега отсюда. Миссис Биорель хотя и худая, но я далеко не силач. Скорее, наоборот. Вряд ли я смогу оттолкнуть её с дороги, не только из-за отсутствия хоть какой-либо физической силы. Воспитание, чертово воспитание, не позволит мне так поступить. Черт, что же делать? Вдруг раздается стук в дверь аудитории, и я готов просто расцеловать посетителя. Я не знаю, кто это, но этот человек подарил мне шанс на спасение, которым я просто не могу не воспользоваться. Миссис Биорель наконец меня отпускает и неспеша направляется к выходу из аудитории. Тут же, как только её худая, костлявая рука покидает мое плечо, я хватаю свой рюкзак и бегу в сторону двери, обгоняя преподавательницу. Она в удивлении останавливается, чему я несказанно рад. Этой заминки мне вполне хватает, чтобы добраться до выхода и, резко крутанув ручку двери, выбежать в коридор. Ну, как выбежать... Я на полном ходу врезаюсь в того самого человека, который буквально спас мне жизнь. Он падает вместе со мной на пол, однако я тут же вскакиваю и кричу: - Извините! Не дожидаясь ответа, я бегу в сторону лестницы и на бешенной скорости, перепрыгивая через ступеньки, спускаюсь на первый этаж. Боль в голове, которой я ударился, практически не чувствуется, мои мысли занимает лишь одно - надежда, что миссис Биорель не погонится за мной следом. Я полностью убеждаюсь в этом лишь тогда, когда нахожусь уже далеко от университета. Останавливаюсь и пытаюсь отдышаться. Сердце колотится как бешенное, трудно дышать, боль в голове сменяется резкой болью в руке. Наверно, там будет синяк. Ну и пускай, лучше уж синяк, чем статус кавалера миссис Биорель. Да, отличный просто выдался денек. Я медленно иду по одной из улиц, стараясь восстановить спокойное дыхание. На ходу поправляю шапку, которая съехала, когда я врезался в того человека, но каким-то чудом осталась у меня на голове. Сегодня я вернусь домой слишком рано, но это даже к лучшему. Кто бы мог подумать, что идти по улице после учебы, когда светит солнце, а не зажигаются уличные фонари, так приятно. Я не особо люблю яркий свет, а тем более солнечный, но для разнообразия, которого в моей скудной на события жизни обычного студента крайне мало, пойдет. Я натягиваю лямки рюкзака на плечи и думаю о том, что будет завтра на лекции по физике. От миссис Биорель можно ожидать совершенно любой реакции на мой побег, как бы меня не выгнали из университета за якобы роман с преподавателем... Да, влип так влип. Около дома сворачиваю на соседнюю улицу и захожу в небольшой магазин. Он совсем маленький, но зато ближайший к моему жилищу, а идти куда-то еще мне совсем не хочется. В конце концов, мне надо купить лишь что-нибудь себе на ужин да немного овощей для моего кролика. Мой друг, один из немногих, с которым я уже, к сожалению, давно не общаюсь, советовал мне кормить это пушистое создание специальным кормом, но после того, как Робин стащил с моего стола целую морковь, я решил перейти на обычные овощи. Ему нравится, да и я не жалуюсь. Вот так и живем: два холостяка в маленькой квартирке, проводящие вечера за поеданием овощей и полуфабрикатов. Я захожу внутрь здания и сразу же иду в отдел заморозок. Я достаточно часто тут бывают, поэтому найти нужное отделение мне не составляет никакого труда. Впрочем, как и всегда. Я быстро прохожу мимо ненужных мне отделов, захожу в заморозки и, взяв нужное, тут же направляюсь за овощами. Не собираюсь тратить время на раздумия, слишком сильно хочется домой, поэтому беру первую попавшуюся на глаза пачку моркови и направляюсь к кассам. Там почти что никого нет, кроме меня у соседней кассы стоит девушка. Её лица не видно, она повернулась ко мне спиной, что, впрочем, меня и не волнует. Вряд ли девушка красивая, и, даже если наоборот, знакомиться с ней я все равно не собираюсь. Мне вполне хватило миссис Биорель. Фух, как вспомню, так вздрогну. Оплачиваю продукты и, поспешно закинув их в рюкзак, выхожу на улицу. Снаружи достаточно пустынно, что, в принципе, нормально, здесь редко можно было увидеть большое скопление народа. Я не могу не радоваться этому факту, тишина меня успокаивает. Улыбнувшись первый раз за последние несколько часов, я иду в сторону своей улицы. Вон тот дом, стоящий на углу перекрестка - мой. Там, на самом последнем этаже, я живу всю свою жизнь. Ну, наверно, всю. Хорошей памятью я никогда не отличался, поэтому не могу с уверенностью сказать, что двухкомнатная квартирка, где я сожительствую вместе с моим кроликом Робином, является местом, где я вырос, но думаю, что это так и есть. К сожалению, спросить мне не у кого: о родственниках ничего не знаю, друзей детства нет, с другими жителями дома не общаюсь. Я даже не помню, в какой школе учился и как умудрился поступить в университет, чего уж там говорить обо всем остальном. Я перехожу свободную от машин дорогу и, на ходу доставая ключи из кармана разодранных штанов, которые велики мне на парочку размеров, подхожу к входной двери. Подношу ключ к замочной скважине, но вдруг резко останавливаюсь. Чувствую, как кто-то сверлит мне спину взглядом, меня передергивает, и я оборачиваюсь. Перекресток так же пуст, как и пару минут назад, что не может меня не удивить. Я точно чувствовал чей-то взгляд на себе, абсолютно точно. Моя паранойя, которая с учетом сегодняшнего дня не такая уж и бессмысленная и глупая, дает о себе знать. Воображение рисует многочисленные развития дальнейших событий, дело даже доходит до похищения, но эту мысль я сразу же отгоняю. Кому я нужен? Верно, эта идея точно бредовая. Может, мне просто показалось... Но не знаю, я точно что-то чувствовал. Ладно, плевать, спишем это все на измотанность. Вдруг, когда я уже собираюсь повернуться обратно к двери, я замечаю на противоположной стороне перекрестка девушку, стоящую в тени одной из парадных. Она неотрывно смотрит на меня, я чувствую. Перебрав в своей скудной памяти воспоминания, узнаю её. Она несколько минут назад была со мной в магазине. Я смотрю на девушку в упор, но её это не смущает, она продолжает пялиться на меня. Тень от парадной не дает мне хорошенько разглядеть её лицо, но черты мне кажутся знакомыми. Где-то я уже видел её, но, как обычно, вспомнить что-то конкретное не могу. Я прищуриваюсь, стараясь разглядеть незнакомку, но она вдруг поворачивается и скрывается в парадной. Я бы мог побежать за ней и спросить, что ей было нужно, но как только я уже решаюсь так поступить, тяжелая железная дверь дома закрывается. Даже если я пойду сейчас и смогу каким-то волшебным образом открыть её, я все равно вряд ли найду эту девушку. Ну и черт с ней, всякое бывает. Я поворачиваюсь обратно к двери и наконец открываю её. Захожу внутрь и сразу же направляюсь к лестнице. Почтовый ящик проверять мне смысла нет, никто все равно мне присылать письма не станет. Оно же и к лучшему. Быстро поднимаюсь по лестнице, перескакивая через ступеньки. На улице начинает темнеть, из-за чего все вокруг находится в некотором полумраке, так как внутреннее освещение включали гораздо позже. Через пару минут я уже на девятом этаже. Тут расположены всего лишь две квартиры: моя и еще одна, которая постоянно сдавалась владельцем в аренду. Сейчас она, наверно, пустая, так как я не слышу ни привычных криков, ни шума бьющейся посуды. Видимо, семья, которая жила тут, съехала. Отлично, хоть одна хорошая новость за день. Теперь ночью никто не будет будить меня очередными ссорами и разборками. Открываю дверь в свою квартиру и, зайдя внутрь, закрываю её за собой. Тут же включаю свет. На полу, рядом с моей ногой, сидит Робин и смотрит на меня. Честно, не понимаю, как он умудряется оказываться всегда на таком близком расстоянии и при этом не привлекать к себе никакого внимания. Когда это чудо у меня только появилось, я, каждый раз возвращаясь домой, чуть ли на стенку лез от испуга, когда обнаруживал его сидящим рядом. Он еще так каждый раз смотрит, что меня просто вымораживает. Никогда бы не подумал, что кролики могут так. До костей пробирает этот его взгляд, никак не могу привыкнуть. Робин терпеливо ждет, пока я разденусь. Стаскиваю кеды и кидаю их в угол, шапку отправляю на маленькую тумбочку, стоящую у зеркала. Каждый раз хочу снять его, так как совершенно не нуждаюсь в таком большом, но все руки никак не доходят. Что-то постоянно останавливает меня от того, чтобы я отправил зеркало на свалку. Хотя, может, это просто моя лень. И все же, надо будет выкинуть, оно меня раздражает. Не люблю видеть себя так детально, зеркала в университете обхожу стороной. Каждый раз передергивает, когда вижу себя в полный рост. Ладно бы, был я красавцем, то, думаю, вертелся бы перед этим зеркалом часами, как, к примеру, парочка моих однокурсников. Мне не доставляет удовольствия пялиться на себя, изучать, рассматривать. Я и так уже знаю, как выгляжу, так что абсолютно не вижу смысла в этом зеркале. Нет, я точно выкину его на выходных! Захожу в ванную и включаю воду. Ледяная, я никогда не мою руки теплой водой. Воду как таковую не люблю, летом предпочитаю избегать различных поездок на озеро или реку, а уж если она еще и теплая, то я ни под каким предлогом не залезу в нее. Противная, гадкая, мерзкая - это лишь краткий список слов, которыми я могу наградить теплую воду. В ванной я долго не задерживаюсь. Наскоро вытерев руки полотенцем, иду на кухню, не забыв прихватить рюкзак из прихожей. Там меня уже ждет Робин. Он сидит на столе и неотрывно глядит на меня. Меня снова передергивает, а этому хоть бы что: даже ухом не повел. Я открываю рюкзак и, вытащив оттуда овощи и пачку с заморозкой, кидаю его на пол. Взгляд Робина тут же замирает на моркови, он бежит к упаковке. В последний момент, когда он уже находится совсем близко к заветной еде, беру пачку и резко поднимаю её вверх, за что получаю пронизывающий до костей взгляд. Думаю, если бы Робин мог говорить, то я бы сейчас узнал много нового о себе. К моей радости, он может лишь глядеть на меня в упор и стучать зубами. Забавные эти кролики, ни разу не пожалел о том, что купил Робина. Без него, думаю, я бы уже давно от скуки загнулся. Я кладу овощи и заморозку рядом с раковиной и вскрываю пачку с морковью. Я не голоден, обычно я ужинаю ближе к ночи, а вот Робин меня, наверно, покусает, если я ему не дам морковь. Включаю воду и быстро промываю в ней овощ. В принципе, это лишнее, овощи уже мытые, но я делаю это для другого... Когда Робин сильно голоден, он так вгрызается в мокрую морковь, что брызги летят во все стороны, да и сам он оказывается весь в воде. Зрелище крайне забавное, такое стоит увидеть. Правда, после этого мне приходится сушить Робина полотенцем, но меня это не особо напрягает. Протягиваю ему морковь, он резко вытягивает её из моей ладони лапками и начинает есть. Я сажусь напротив и вытаскиваю из рюкзака, валяющегося рядом со мной, тетрадь. Скоро у меня очередной экзамен, к которому я стараюсь усердно готовиться. Честно, получается не очень. Дело в том, что экзамен будет принимать никто иная, как миссис Биорель, что уже не стимулирует к подготовке. Но я пытаюсь, иначе придется идти к ней на пересдачу, а после сегодняшнего я даже вряд ли заснуть смогу, что уж говорить о том, чтобы снова остаться с ней в одной аудитории. - Дайте мне сил это пережить! - произношу я вслух, вскинув руки, и Робин, подняв свою мокрую мордочку от моркови, смотрит на меня. Я, махнув рукой, усмехаюсь. - Ешь, не отвлекайся. Робин возвращается к еде, а я, хоть и не особо этого хочу, открываю тетрадь с записями. На сегодня я планировал еще раз пройтись по оптике, дабы закрепить материал. Медленно листаю страницы в поисках нужного раздела. Я слишком поздно понимаю, что что-то не так. Руки сводит судорогой, сначала практически незаметной, но через пару секунд уже очень сильной, пальцы немеют. Я вскакиваю со стула в поисках ручки и блокнота. Я должен успеть записать, должен. Мысли рассыпаются на осколки, ноги сковывает слабость. Должен успеть. Хватаю ручку и блокнот с холодильника, открываю и начинаю писать. Ручка трясется, мне еле-еле удается вывести одно слово. Чувствую, как голову заполняет туман, руки не слушаются. Блокнот падает на пол, следом летит ручка. Я опускаюсь на колени. Ничего не слышу, перед глазами все плывет. Неожиданно наступает темнота, я перестаю что-либо видеть. Лишь чувствую, как падаю на пол. Резкая судорога сводит тело, и я, забыв совершенно обо всем, погружаюсь во мрак...