Марди Гра

Тяжелый влажный воздух, кажется, можно черпать ложкой - настолько он пронизан сексом. Все в Новом Орлеане будто сорвались с цепи. Сегодня - вечер Марди Гра. Уже закончили свое величавое шествие праздничные платформы, да и король с королевой, пожалуй, уж подрастеряли свои величавые манеры... Однако впереди еще целая ночь полная бешеной музыки, шелеста пластиковых бус и безумного соблазна. Соблазна напиться и затянуть в переулок любого, кто попадется под руку. Никакого целомудрия: время для него наступит завтра, а сегодня вокруг слишком много неприкрытой, безумно обольстительной плоти - только слепой или дурак не поддастся предвечному зову... Каждая подворотня, каждый тупичок в этот день превращаются в места уединения для парочек, а иногда и для целых компаний. Чего только не увидишь на улицах Нового Орлеана в ночь Марди Гра... - Сейчас, я хочу тебя прямо здесь и сейчас... - жаркий шепот брата обжег его и пустил этот жар гулять по всему телу, заставив член, и так налитый кровью, буквально окаменеть. - Потерпи до гостиницы, всего пару минут осталось. - Нет, сейчас же... - Гавриил схватил его за руку и буквально уволок в ближайший переулок, к счастью, не занятый, благодаря невероятному стечению обстоятельств. С силой он впечатал Михаила в кирпичную кладку стены спиной и сноровисто расстегнул пояс и ширинку брюк. - Ого, да ты, я смотрю, уже готов, - сказал он, и с довольным урчанием впился в губы Михаила жадным, иссушающим волю к сопротивлению поцелуем. Дешевые пластиковые бусы на их шеях отзывались негромким стуком и переплетались между собой с каждым движением разгоряченных тел, создавая все новые и новые цветовые сочетания. Рука брата твердо сжала и без того напряженную плоть Михаила: - Я хочу ощутить тебя в себе сейчас же, - хриплый от возбуждения голос Гавриила действовал лучше всякого афродизиака... Михаил оттолкнулся от стены и, буквально через секунду, притиснул к ней брата. - Сам напросился, - прошептал он ему на ухо, проводя рукой по атласной гладкой коже спины, задевая кончиками пальцев ремень, затем снова вверх - скользя по чувствительной коже ребер и вниз - по изящно вылепленным мышцам живота прямо к застежке брюк. Гавриил тихо стонет, пытается сам расстегнуть ширинку и поскорее снять порядком мешающую часть гардероба. - Не смей, сегодня я сверху, не забывай об этом, - нежный, и одновременно жесткий поцелуй-укус в чувствительное основание шеи исторг из уст Гавриила мольбу: - Сделай это сейчас... Пожалуйста, возьми меня! Расстегнутые брюки одним резким движением оказались на уровне колен, рука на пояснице заставляла прогнутся буквально до боли... Гавриил словно каждой клеткой своего тела чувствовал обманчиво-неторопливые движения рук Михаила, разводящих в стороны ягодицы, и обжигающее прикосновение члена. Мгновение спустя они уже соединились в единое целое и замерли от надвинувшего волной удовольствия с легкой примесью боли. Первый же толчок исторг из горла Михаила тихий стон. Поначалу медленные и неторопливые толчки становились все быстрее, сильнее и жестче, срывая исступленные стоны с губ любовников. Крошечные капельки пота, поблескивавшие кристалликами в тусклом свете фонарей, окутали неземным светом их разгоряченные тела... Яростный шквал оргазма первым накрыл Гавриила, заставляя все мышцы цепенеть от наслаждения. Мгновением позже Михаил вдавил его в шершавую кирпичную стену, раз за разом содрогаясь рядом и внутри него... Немного погодя ангелы-любовники вновь слились с беззаботной толпой людей, оставляя после себя лишь разноцветную россыпь бусин в тихом переулке.