Венок из лаванды

- Вот неуклюжая! – раздался возглас парней и громкий смех в сторону споткнувшейся и упавшей на землю красноволосой девушки. Кушина же зашипела сквозь зубы, почувствовав, что в районе коленок начинает щипать. Опять счесала кожу, а ведь только недавно старые ранки, так старательно обработанные здешней медсестрой, зажили. Из глаз покатились слёзы. Нет, не от того, что больно, ведь она уже привыкла, а от того, что они опять смеются. Девушка не понимала, сколько же можно глумиться над ней и обзываться. С самого начала пребывания в детском доме её считали странной. Дразнили её из-за цвета волос, говорили всякие гадости, сваливали на неё все свои выходки, если о них узнавали. Кушина терпела, молча отбывала наказание, думая, что хоть за это они начнут её немного уважать, но на следующий день всё опять повторялось. Поднявшись на ноги, девушка молча обтрусила пыль со своей белой потрёпанной футболки и уже маленьких, жмущих в бёдрах джинсовых шорт. Пока она делала это, со всех сторон доносился шёпот и хихиканье других свидетелей её падения. Компания парней, которые назвали её неуклюжей, всё так же продолжала смеяться. Кушина сморгнула слёзы. Только не плакать. Но это было ужасно сложно. Красноволосая приложила ладони к глазам и побежала вперёд, стараясь как можно быстрее уйти от всеобщих насмешек туда, где ей будет спокойно. Парень с голубыми глазами и блондинистыми волосами, стоявший в тени дерева и наблюдавший за всем этим, тяжело вздохнул. Он никак не мог понять, почему все насмехаются над этой девушкой. Ведь по его мнению она была очень милой. Те два года, которые он пробыл в этом детском доме, Минато только за ней и наблюдал. Его не интересовало общение с другими парнями его возраста, в какой-то степени, потому что они издевались над Кушиной. Ему хотелось заступиться за неё, но он понимал, что в итоге он всё равно не докажет, что в драке виноват не он. А парень был уверен – без драки не обойдётся. Вечерами он любил наблюдать за ней через окно свой комнаты, которое выходило прямо на комнату девочек, в которой она жила. Её кровать находилась прямо у окна, поэтому проблем не было. Минато видел, как она читает, как она мечтает, как пытается заговорить с соседками по комнате, но те её отвергают. Видел, как она страдает, как убивается и ему так хотелось её утешить, но смелости не хватало подойти и заговорить первым. Он вспомнил тот раз, когда увидел её без ничего, только в простом хлопковом нижнем белье. На щеках Минато от этого воспоминания появился румянец. Но он не мог не признать, что она была прекрасна. И ему бы хоть раз хотелось её обнять, погладить по красным волосам и сказать, что всё будет хорошо. Блондин окинул взглядом площадку перед входом в детдом. Все уже затихли и вернулись к обсуждению будничных тем, совсем забыв про девушку, которая со слезами на глазах убежала прочь. Минато тяжело вздохнул и, отлепившись от дерева, пошагал в ту сторону, в которую убежала Кушина.

***

Красноволосая лежала среди полевых цветов под широко раскинувшейся кроной старого дуба. Сейчас была середина весны, и всё цвело и благоухало дивными ароматами трав и цветов. Кушина мечтательно прикрыла глаза. Как же ей хотелось, чтобы её жизнь сложилась по-другому. Ей бы хотелось, чтобы у неё были любящие родители, много друзей и хорошая жизнь, а не этот кошмар, который преследует её всю жизнь. Насколько она знала, отец и мать отказались от неё, бросив на пороге детского дома – это всё, что воспитатели ей рассказали. Красноволосая тяжело вздохнула. Она никогда не понимала, чем заслужила такую судьбу, но уже ничего не поделаешь. Сзади послышался шорох, девушка перевернулась на живот и подняла глаза верх. Перед ней стоял парень шестнадцати лет с блондинистыми волосами и голубыми глазами. Она удивилась, ведь никто раньше не приходил сюда за ней. Кушина быстро села, сложив ноги в позу лотоса, и окинула внимательным взглядом пришедшего парня. - Ты кто такой? – задала она мучавший её вопрос. - Минато Намикадзе, - блондин почесал затылок и попытался улыбнуться. - Ты следил за мной? - Да не то чтобы, - сделал попытку оправдаться он. - Следил, значит, - подытожила девушка и фыркнула, откину волосы с плеч за спину. – И чем обязана? Тоже поглумиться пришёл? - Нет, вовсе нет, - Минато поднял руки в примирительном жесте. – Ты… Я давно за тобой наблюдаю и, знаешь, ты такая красавица. - Ну, спасибо, - Кушина старалась быть твёрдой, но после его слов у неё просто перестало получаться делать это, она опустила голову вниз, чтобы скрыть от него румянец, который так предательски появился на щеках. - Можно с тобой присесть? – поинтересовался Минато, наблюдая за поведением девушки. Она начала срывать цветы лаванды, которые цвели недалеко от неё и складывать их вместе, перевязывая стебельки колосками и другими травами. - Садись, если хочешь, - Кушина кивнула на местечко рядом с собой и продолжила плести венок. Блондин опустился рядом с девушкой, всё так же наблюдая за ней. За движениями её рук, за тем, как чательно она подбирает цветы и колоски. От этого Кушина смутилась ещё больше, покраснев, как помидор. Никто раньше так пристально не смотрел на неё, особенно парни. Она и никому не нравилась даже, а этот смотрит, будто зачарованный. - Не смотри так, - попросила она, вплетая в венок очередную лаванду. - Прости, - парень пожал плечами и упал на спину, погружаясь в океан весенних трав и цветов. Над ним, махая тоненькими крылышками, пролетела оранжевая бабочка. Из цветов доносилось жужжание пчёл и стрекоз. На его лоб приземлилась божья коровка. Минато поднял взгляд вверх, чтобы хорошо увидеть насекомое, а потом фыркнул от щекочущего чувства и сдул его. Кушина, видевшая всё это, звонко засмеялась. Уж больно чудным он выглядел. - Ну и чего ты? – парень приподнялся на локтях и покосился в сторону красноволосой. - Ничего, - выдавила девушка сквозь смех, сжимая в руках уже готовый венок из нежно-фиолетовой лаванды. Минато закатил глаза и бросился на девушку, принявшись её щекотать. Кушина ещё громче засмеялась и выронила венок. Она пыталась упиреться руками в грудь блондина и оттолкнуть его, но он всячески уворачивался и находил её слабые места, которые можно было атаковать щекоткой. На глазах красноволосой выступили капельки слёз, а живот уже сводило от смеха, но парень не давал ей передохнуть. - Ой, н-ну, в-всё, - умоляла Кушина, кое-как сопротивляясь. – П-перестань, п-ож-жалуйста. - Ну, ладно-ладно, пощажу тебя, - Минато усмехнулся, останавливая свои махинации и заглядывая в тёмно-синие глаза. Он всегда мечтал оказаться так близко к ней. - С-спасибо, - ответила Кушина, переводя дыхания и натыкаясь на его ясно-голубые глаза. Они долго лежали так. Он нависал над ней, а она и не возражала. Ей было тепло и хорошо, как не было никогда в жизни. Странно, а ведь они знакомы всего лишь полчаса. Неужели такое возможно? Чувствовать себя умиротворённой с человеком, которого едва знаешь? Кушина и сама не верила, что такое бывает. - Вот, - она подняла с травы рядом лежащий венок и одела на голову Минато. Блондин удивился, но его лицо выражало полное спокойствие. Кушина же мимолётно коснулась пальцами его щеки, от чего по коже пробежали мурашки. - Ты знаешь, что значат лаванды? – поинтересовался парень, продолжая всё так же пристально смотреть в её глаза. Красноволосая отрицательно покачала головой. – Восхищение, - тихо ответил он, склоняясь к её лицу. – Спасибо, что восхищаешься мной. - Д-да не за что, - выдавила Кушина, ожидая, что же он сделает дальше. Минато не заставил себя ждать и через секунду коснулся её губ своими. Совсем мимолётно, по-детски, но этого хватило обоим, чтобы почувствовать ту самую искру между ними.