Дневник тихони

Коротко говоря, мольбы не помогли. Знаете, по количеству неудачных ситуаций, произошедших со мной, сегодняшний день просто превзошел все остальные дни моей, поверьте, не самой удачной жизни (даже мое семилетие! Хотя тот праздник до сих пор вызывает во мне противоречивые чувства: мой дядя напился так, что во всех подробностях стал рассказывать о своей бурной интимной жизни, а в конце он вышел на балкон, и его стошнило через окно). То, что день не задался, я поняла уже с самого утра: по крикам и стукам мамы, будившим меня через дверь (ох уж эта моя привычка запираться на замок). — Юная леди, вы никуда не торопитесь? Или соизволите опоздать в свой первый школьный день?!— надрывался мамин голос. Ну говорила я ей, чтобы она начинала утро с хороших новостей, дабы зарядить меня положительной энергией... — Если не спустишься через три минуты, то я вызову пожарных, чтобы те выломали тебе дверь. И если это случится, клянусь, ты будешь спать в гостиной со своим котом! Три минуты?! Умеет все таки мама вытянуть из постели. Только ей этого говорить нельзя- начнет пользоваться. Пулей вылетев из-под одеяла, я понеслась в ванную, по дороге споткнувшись об Аметиста. Этот мистер лишь фыркнул и снова улегся спать на мягком ковре (каюсь- забыла я купить ему специальную кроватку). Выбежав в коридор, я услышала очередные крики мамы: — Две минуты! Да ну?! Я залетела в ванную так, что не рассчитала силы и вписалась ногой в дверной косяк. Героически сдержав слезы, все же смогла умыться. Но тут героическая натура меня подвела. Пытаясь дотянуться до верхней полки, где стояли мои капли для глаз (не хотелось заявляться в школу с пугающе красными очами), я случайно наступила на больную ногу и, ойкнув, всё обронила! На пол повалились и мои капли, и таблетки, и даже держатель мыла. Честное слово, таким отстоем я себя еще никогда не чувствовала. Громко выругавшись, я уже с горем пополам взялась за утюжок, как вспомнила о скудных двух минутах, что у меня были. Так что, вконец наплевав на нормы и порядки внешнего вида, я скомкала волосы в высокий пучок и на этом покончила утренние процедуры. Теперь предстояли выбор одежды и завтрак. Выбежав из ванной, я помчалась поковыляла в комнату. Дойдя до шкафа, стала лихорадочно выискивать, что бы надеть, да такое, что могло бы компенсировать ужас, творившийся на моей голове. Остановилась на обычных джинсах и рубашке. Еле как надев на себя джинсы (спасибо больной лодыжке) и наконец покончив с утренними процедурами, я сбежала проковыляла вниз. — Карри на столе!— послышался голос мамы из гостиной, где она по утрам занималась аэробикой. Отлично! Нет ничего лучше аппетитного карри после такого ужасного утра. С нездоровым наслаждением и без каких-либо задних мыслей, я взялась за вилку, погрузила её в мягкий рис, вытащила (даже с горкой) и отправила в рот. Радость продлилась недолго- точнее, до первого "плюх" на моей рубашке. И я почти не удивилась огромному жирному пятну, красовавшемуся на подоле парадной блузки. Прорычав нечто нечленораздельное (за что мне сейчас очень стыдно- это, кажется, услышали соседи напротив), я потопала наверх за свитером, чтобы скрыть этот ужас. Угадайте, что ожидало меня в спальне? Верно! Ничего хорошего. Аметист, по натуре своей спокойный кот (как описывал мне его продавец, и чему я уже не очень верю), лежал на горстке клочков бумаги, оказавшейся, как я потом выяснила, моим школьным пропуском! — Глупый кот!— крикнула я так, что бедный Аметист в испуге шарахнулся в сторону. А я еще жалела, что не купила ему специальную кроватку! — Ты опаздываешь!— крикнула в ответ мама. Ой, будто я не знала! Нацепив на себя первое, что попалось мне под руку, я все же завершила это болезненное утро.

***

Слава богу, школу мама подобрала всего в двух кварталах от дома! На улице, будто дразня меня, стояла прекрасная погода. Машин почти не было, что довольно необычно для первого сентября, так что до школы я добралась без приключений. Только распутав наушники, я поняла, что уже почти пришла (вот и минус жить рядом)- на горизонте замаячило серое здание с большим стеклянным окном на всю переднюю стену. Или здание было бежевым? Просто я так отвлеклась, рассматривая то окно, что толком не обратила внимания на цвет школьного фасада. Подойдя ближе, я распознала такие мелочи, как кучу граффити на стенах гаражей, и почувствовала запах свежепотушенных сигарет, свидетельствовавших о том, что ученики в школу зашли совсем недавно (да, я будто вернулась в старую школу). Я прошла через парадные двери и уже собралась сворачивать налево (до начала учебы мама настояла на проведении для меня небольшой экскурсии по школьным коридорам- куда идти я была осведомлена), как меня кто-то окликнул. Этим "кем-то" оказался парень со светлыми растрепанными волосами и не менее растрепанным видом. — Эй, ты! Стой! Подожди!— он подбежал ко мне и протараторил что-то типа "Подержи рюкзак, пока я окурки в окно выброшу". Всунул мне в руки свой увесистый портфель и какую-то бумажку. — Но мне надо... — Ты пока тут постой, а я быстро туда и обратно,— бросил он мне, развернулся и побежал в обратном направлении. Сделал он это так торопливо, что я засомневалась- вдруг в рюкзаке была бомба? Я поставила его портфель на пол. Мой взгляд переместился на бумажу. Это же пропуск! Я уже раскрыла его, чтобы узнать имя этого парня, как меня кто-то снова окликнул. — Мне пора идти!— разворачиваясь, воскликнула я и...— Ох,— ...оторопела: надо мной возвышался вовсе не белобрысый- это был статный мужчина в строгом сером костюме. На его бейдже значилось "Н. Огнев". Директор собственной персоной. — Новая ученица?— холодно отчеканил он, пригвоздив меня к месту своим колким взглядом.— Уже не соблюдаем форму: кофты с изображениями животных, рок-групп, нецензурных слов или вызывающих карикатур в нашей школе запрещены. Что? Животные? Я окинула себя взглядом и, клянусь, готова была от стыда сквозь землю провалиться! С утра, не заметив, я напялила свой свитер с огромной мордашкой мопса. Замечательно! Может, пятно не так уж и плохо смотрится? — О-оу, здравствуйте!— послышался за спиной уже знакомый голос: возле меня возник тот самый парень. — А ты почему здесь?— теперь директор окинул холодным взглядом и его, за что у меня невольно камень с души свалился: не одной за опоздание отдуваться. Главное, чтобы теперь никто не вспомнил про...— Где ваши школьные пропуски? Черт, черт, черт! И камень снова вернулся на сердце, не забыв прихватить с собой скрученный от волнения живот. Ой как не хотелось усугублять отношения с директором в начале года. Меня оставят после уроков, заставят драить полы и мыть парты... — Ааа... Я свой в автобусе посеял, извиняйте. ...занесут в личное дело и это отразится на моих... Стоп. Что? — Эй...— шикнула я ему, пытаясь привлечь его внимание. Может он забыл, что его пропуск был у меня? — Да, точно забыл. Видать, карманники снова с бумажником стырили... — Погоди же... — ...на худой конец его взял какой-нибудь бродяга, и теперь сжигает его, грея свою задницу... — Господин Рознев!— уже не вытерпел директор. Парень бросил на меня косой взгляд. — Но ведь...— я приподняла пропуск парня вверх, но он на него даже не взглянул, словно нарочно уставившись в сторону. Однако его заметил директор. — Новенькая- пропуск есть. На урок живо!— обратился он к оторопевшей мне,— А с тобой я поговорю в своем кабинете,— холодным тоном обратился он к парню и пошел прямо по коридору. Парень, подняв с пола свой рюкзак, закинул его себе за спину и спокойно зашагал за директором. Я стояла с открытым ртом и смотрела им вслед. Только что меня спасли. Щеки порозовели: теперь вместо меня незаслуженно накажут невинного человека. Покраснела я еще больше, когда взгляд мой наткнулся на злосчастную бумажку, покоившуюся в моей ладони. Нет, это определенно надо исправлять.