-Теперь ты мой, зверёк...

Хибари завернул за очередной угол коридора. Он не шел, он просто бежал, глубоко вдыхая крышесносящий аромат течной омеги. Он почувствовал его совсем неожиданно, как всегда сидел в своем кабинете, разбирал бумаги, как в нос ударил с начала легкий запах шоколада, а потом терпкий и чуть горчащий кофе. Воздух разожгу с тобой одним дыханием, Капли на груди сотру с тебя рукой, Медленно вхожу в горячее желание, Закрывая собой. Альфа остановился напротив какого-то кабинета, пытаясь отдышаться и привести взбунтовавшиеся мысли в порядок. Только сейчас понял, что вся школа пустует, а значит уроки уже закончились, хотя это даже на руку. Резко открыв дверь, парень застал пустующий класс, но запах утверждал обратное. В помещении точно кто-то находился, и этот кто-то был найден в конце класса. В углу, сидя на полу и прижав колени к груди, беззвучно плакал не кто иной, как Савада Тсуна. Шатен обхватил себя руками и, зажмурившись, что-то шептал как в бреду. У Хибари все мысли, и предрассудки полетели к чертям, хватило только увидеть этот сжавшийся и дрожащий комок. Буквально пара секунд и невинно пахнущая омега лежит на столе, а альфа, облокотившись руками по обе стороны от его головы, нависал сверху, Смотря затуманенными глазами на заплаканное лицо шатена. Не смотри, не говори, не ври, не ори Я буду очень осторожен. Я внутри, а ты лежи, замри И слушай, как дрожит и стонет. Подросток не сразу понял, что произошло, а когда до него дошла вся суть происходящего, сердце упало в пятки, а возбуждение ушло на второй план. Самый грозный альфа из всей школы, сам Хибари Кёя, собирался оттрахать его, прям в классе. Серые глаза, покрытые дымкой возбуждения, выдавали его с поличным. Брюнет уткнулся носом в шею Савады и стал жадно вдыхать исходящий аромат омеги. Холодные руки, с длинными тонкими пальцами, забрались под неопрятно надетую рубашку и скользнули по стройному телу, очерчивая и поглаживая подрагивающий живот и высоко вздымающуюся грудь. Неожиданно по всему классу раздался звук рвущейся ткани и несколько кусков белой рубашки упали на пол. Довольно прорычав открывшемуся виду «хищник» стал спускаться губами по бледной коже, начиная от шеи, скользя по груди, очерчивая соски, дальше по солнечному сплетению и заканчивая впалым животиком. После его губ оставались засосы разных оттенков, начиная от бледно-розового цвета и заканчивая ярко-красным. Тело мое к тебе и ты все ближе, К делу - и в темноте мы вместе дышим. Смело возьми себе все то, что видишь. Телом люби меня! Всё это время Тсуна лежал на холодной поверхности стола и мысленно пытался составить план побега, хотя жаркие поцелуи и холодные руки, со временем совсем вытеснили, какое-либо, желание сбежать. Буквально через пару минут пассив лежал голый и плюс ко всему его перевернули и заставили лечь грудью на стол. Вездесущие губы ГДК вовсю целовали бледную спину немного дрожащей омеги. Тело мое к тебе и ты все ближе, К делу - и в темноте мы вместе дышим. Смело возьми себе все то, что видишь. Телом люби меня. Скинув с плеч неизменный пиджак, а следом и тщательно поглаженную рубашку, Кёя продолжил осыпать поцелуями спину и поясницу Савады, со временем спускаясь все ниже. Дойдя до желанной части тела, парень спустился на корточки и хищно облизнулся, рассматривая сочащийся смазкой анус. Раздвинув руками округлые ягодицы, парень принялся вылизывать чуть открытую от течки дырочку, иногда забираясь языком внутрь и с упоением слушая томные вздохи, и тихие постанывания шатена. Вдоволь наигравшись, глава ДК выпрямился и с громким выдохом расстегнул ширинку, и высвободил уже давно стоящую плоть. Не смотри, не говори, не ври, не ори Я буду очень осторожен. Я внутри, а ты лежи, замри И слушай, как дрожит и стонет. Услышав звук расстегнувшейся ширинки, Тсуна с ужасом расширил глаза и испуганно задрожал. Подросток попытался слезть со стола и отстранится от возбужденного альфы, но план с треском провалился, тот вовремя заметил и, обняв одной рукой за талию, а другой, придерживая член, резко вошёл в скользкое нутро, нещадно раздвигая узкие стенки прохода. По пухлым щекам потекли горячие слезы, а болезненный стон застрял в горле мальчика. Черноволосый замер, давая привыкнуть к новым ощущениям, беспрерывно осыпая плечи и шею, дрожащего тельца, под собой, поцелуями. Тело мое к тебе и ты все ближе, К делу - и в темноте мы вместе дышим. Смело возьми себе все то, что видишь. Телом люби меня! От силы пару минут ГДК подождал и начал размеренные толчки, с каждым сантиметром входя всё глубже. Оказавшись полностью внутри, «Хищник» самодовольно улыбнулся, узость этого мальчика просто сводила с ума, он и раньше занимался сексом с девственниками, но эти ощущения невозможно было сравнить со всеми предыдущими. Он давно понял, что этот парень чем-то отличался от других, но не мог понять, чем именно. Лишь сейчас до него дошло, это кареглазое недоразумение его истинная пара… Тело мое к тебе и ты все ближе, К делу - и в темноте мы вместе дышим. Смело возьми себе все то, что видишь. Телом люби меня. Брюнет, привстав и положив свои руки, поверх ручек мальчика, переплел пальцы и принялся распалёно двигаться в уже расслабленном теле, с наслаждением вслушиваясь в звонкие стоны и вскрики омеги, иногда и сам порыкивая. Парень, то грубо и жестко втрахивал подростка в стол, то замедлялся и почти не двигался, лишь целенаправленно надавливая головкой члена на комок нервов, от прикосновений к которому Савада просто закатывал глаза и самовольно старался насадиться еще сильней. Люби Почувствовав скорую разрядку, брюнет принялся быстро и резко толкаться в анус омеги, при этом надрачивая уже подрагивающий, аккуратный член мальчика. Резко выйдя из стройного тела, темноволосый кончил на ягодицы подростка, ощущая, как на руку выплеснулась горячая сперма. Пока первые минуты, оба отходили от произошедшего, брюнет резко укусил омегу в шею, а после, облизнув укус, без раздумий сказал. -Теперь ты мой, зверёк…