Маленький кошмар

— Ээ... Что происходит? — вздрагивает Зеро от тоненького возгласа под самым ухом: "Зеро-кун, я люблю тебя". Кирию с начала недоуменно оглядывается по сторонам, но вокруг никого нет. В комнате он абсолютно один. "Показалось... Надеюсь, это была не слуховая галлюцинация". Кирию задумчиво чешет кончик носа и вновь открывает учебник по истории. — Зеро-кун, я люблю тебя! — тот же тоненький голосок, хотя звучит он ближе и громче. Охотник в шоке вскакивает на ноги. Снова внимательно осматривает комнату, однако таинственного поклонника не наблюдается. Может, он хорошо прячется? — Ты где? И кто ты? — Зеро старается подавить неожиданное волнение. — Это я. Сижу на твоем правом плече, — ответил голосок. — Чего? Как это пони...? — слова замирают на языке, когда Кирию косится на свое плечо. Оттуда ему улыбается Канаме Куран. Маленький Канаме Куран, ростом не выше его пальца. Зеро моргает и трясет головой. Странное видение. Наверное, из-за того, что он не выспался. Ведь подобное просто невозможно. Он переутомился. — Люблю тебя, — машет ручкой мини-копия Канаме и целует его в щеку. Зеро явственно ощущает прикосновение. "Я окончательно рехнулся, — понимает Кирию, рассматривая лилипута. — Зрительная и слуховая галлюцинация вместе. Да еще Куран..." — Ну? — настойчиво тыкает кулачком Канаме. — Что "ну"? — еле слышно шепчет в ответ Зеро. Маленький Куран явно чего-то ждет от него. Кирию осторожно тянется за учебником, чтобы скинуть с себя и прихлопнуть видение. — Ты меня тоже поцелуй. Я же тебе в любви признался. Охотник поражен. Какая, однако, наглая галлюцинация! Хотя, что с нее возьмешь? Все-таки это Куран. — Исчезни, — по-хорошему просит Зеро. Он еще надеется решить все мирным путем, без применения тяжелых предметов и тапков. — Сначала поцелуй, — настаивает Канаме. У юноши непроизвольно уже начинает дергаться глаз. Просьба безумная. Если бы подобное прозвучало из уст настоящего Курана, Зеро, не задумываясь, пальнул бы в него из "Кровавой розы". Но маленький вампирчик трогательно тянет к нему ручки и смотрит так жалобно и просяще. Зеро чувствует укол в сердце от того, что хотел покуситься на него книгой. Лилипут сейчас кажется ему милым и очаровательным. — Зеро-кун, поцелуй, а? Ты красивый. Нет, он определенно сошел с ума. Куран не снизошел бы до комплимента. Да и отказывать этому крохе как-то совестно. Кирию учили не обижать детей и маленьких, а этот еще расплачется, не дай бог. Зеро вздыхает и аккуратно, чтобы нечаянно не сдуть Канаме, целует его в макушку. Мини-копия довольно и хитро улыбается. Кирию полагает, что теперь-то галлюцинация рассеется, хотя ему немного не по себе от слишком коварной ухмылки крохи. — И нас! И нас!! Мы тоже хотим!! — Зеро оглушают писклявые визги, и откуда-то сверху на него прыгают множество маленьких человечков. У них всех темно-каштановые волосы и белая школьная форма. Они, словно муравьи, цепляются за рубашку охотника, виснут у него в волосах. Один, особо прыткий, ползет по его носу, несколько других забираются к нему в нагрудный карман. Кто-то пытается спихнуть соперников с плеча, а остальные пританцовывают у Зеро на голове, видимо, празднуя победу, что сумели его завоевать. И все вместе мелкие Кураны верещат, требуя поцелуя! Их десятки или даже сотни, и Кирию не имеет понятия, как с ними сладить. — Поцелуй меня! — И меня! — Поцелуй всех нас!! Быстрей-быстрей!! От этого писка и невероятной абсурдности и нелепости ситуации у Зеро закружилась голова. Такое количество Куранов, и все они липнут к нему и требуют-требуют-требуют! Какое-то наказание! В чем же он так провинился перед судьбой? — Отстаньте!! Прочь! Сгиньте все! Ааа!!! — Кирию с ужасом подскакивает на диване. — Что такое, Зеро? — ласково спрашивает Канаме. Охотник оборачивается, смотрит на него широко раскрытыми глазами, ощупывая свои волосы, плечи, голубую рубашку. Чистокровный вампир, нормального роста и в единственном экземпляре, сидит рядом с ним, в руках держит небольшую книжку. Зеро некоторое время приходит в себя. Атака крошечных Куранов была столь реалистичной, ему до сих пор казалось, что они висят на нем, как репейники, и трогают, шевелятся, кричат... Кирию с отвращением передергивает плечами. — Плохой сон приснился? — Канаме ерошит его серебристые волосы. Зеро чуть хмурится, кивая, и вновь ложится на диван, устраивая голову на коленях чистокровного. — Это был не просто кошмар, а настоящий ужас, — Кирию, полуприкрыв глаза, прислушивается к ветру за окном. От руки Канаме, которая скользит в его волосах и гладит лоб, исходит приятное тепло. Нежные прикосновения помогают расслабиться. Зеро чувствует, как его сознание окутывает дрема. — Хорошо, что ты у меня такой один, Канаме... — успевает пробормотать охотник прежде, чем окончательно заснуть. Скорее всего, Куран не понял истинный смысл прозвучавшей фразы, но посчитал ее за комплимент. Надо же, подумал чистокровный, Зеро потянуло на сантименты. Впрочем, и ему самому романтика не чужда, просто он старается лишний раз не нервировать Кирию любовными признаниями и огромными букетами цветов. Ведь охотник до сих пор не расстался с "Кровавой розой". — Приятных снов, Зеро, — мягко улыбается Куран и, не отнимая ладонь от щеки юноши, возвращается к чтению. Книга, выбранная им на этот вечер, немного необычная. Ее написал Такума Ичидзе, чем очень удивил Канаме, который даже не догадывался, что его друг имеет склонность к сочинительству. Такума не настаивал, но чистокровный сам согласился оценить его творчество. Несмотря на то, что Куран не особо жаловал фэнтази, книга, как ни странно, оказалась довольно интересной. Особенно Канаме понравился главный герой, который был сильно похож на Зеро. Возможно, именно по этой причине чистокровный и продолжает читать столь странный роман под названием "Поцелуй маленького вампира". Все равно, раз Кирию-кун отдыхает, ему сильно нечем заняться. Надо же как-то скоротать скучные часы. Куран переходит к следующей главе. А мирно спящий Зеро не подозревает, что скоро в сновидении его опять навестят крошечные Канаме. Сюжет книги, которую Такума косвенно посвятил лучшему другу и его возлюбленному, оказался не только увлекательным, но и не в меру навязчивым. По крайней мере, для Зеро.