Смех и слезы небес...

Если небо горит огнём, Ты сожги свои тайны в нём. Если небо меняет цвет, Значит, просто пришёл рассвет. ©Лавика - Облако цвета платины. С самого утра в поместье царили хаос и суматоха. Все готовились к предстоящему балу. По просьбе Тсунаёши, Бякуран организовал бал, пригласив главные семьи Альянса, Варию, Шимон и Кавалонне. Бал был необходим, чтобы собрать семь сильнейших небес вместе. Время аркобалено было на исходе. Нельзя медлить. Никак нельзя. Девушка долго думала, к кому обратиться за помощью. Казалось бы, столько сильных семей, но выбор оказался очень сложным. Ей даже пришлось наплевать на свои убеждения и принципы ради аркобалено. Она попросит помощи от Вонголы Ноно. Пусть он принес много плохого в ее жизнь, но он был сильным небом, и его пламя было бы очень кстати. Вторым в списке был Энма Козато и его семья. Она познакомилась с ним чуть больше трёх лет назад. Они оказались очень похожими, и у них было много общего. К тому же Джотто и предок Энмы были лучшими друзьями. " История любит возвращаться на круги своя" - сказал как-то босс Шимон. И правда. Эта прихоть судьбы не раз сыграла с Тсуной злую шутку. Под почётным номером "три" в списке Тсунаёши был ее названный братец - Дино Кавалонне. Тот согласится помочь "сестрёнке", не раздумывая долго. Тем более что требуется от него мало. Следующим "избранным" был Занзас. В силе пламени Варийца никто не смел усомниться. Его пламя ярости было устрашающей силы, и оно бы здорово помогло аркобалено. Далее следовали Бякуран, Юни и Тсуна. Естественно альбинос и Джинглио Неро согласились. Где то, в своём кабинете, Девятый сидел в своём кресле и улыбался. Эта девочка, с которой они так ужасно поступили, сумела измениться. Но это не самое удивительное. Она не испытывала ненависти к Вонголе. Совершенно. Это было поразительно и... странно. Они причинили ей столько боли, а она сдержано улыбается им в ответ. Но ее улыбка больше не греет. От этой улыбки становится холодно. Она не ненавидит Вонголу, она относится к ней с холодом и равнодушием. Десятые хранители думали так же. Они испытали огромное облегчение, когда увидели злую девушку, которая вылезала из чёрного гроба, и бормоча проклятия в адрес Джотто Примо и судьбы в целом. Они, уже подумали, что потеряли ее навсегда, но судьба вернула ее. Но, вряд ли им. Девушка вернулась к своей семье, как и должна, была. Дино и Бякуран едва не прыгали от счастья, когда увидели живую и невредимую девушку. Едва они осознали, что она мертва, как она снова появляется на сцене жизни. Эту девчушку не сломить, не уничтожить, не победить. Хранители Тсунаёши, увидев своё небо, не могли более сдерживать чувств. Они, с радостными улыбками на лицах бросились обнимать своего босса. Она жива, а остальное не важно. Сейчас шатенка сидела в своём кабинете, вертя в руках подаренную ей Гаммой чернильную ручку. Рядом стояли горы неподписанных бумаг, недопитый и уже остывший чай и фотографии семьи Бякурана, Юни и Тсуны. Такие весёлые и счастливые. Фото было сделано четыре года назад, когда семья только была создана. Тогда они все были такими беззаботными детьми, что сейчас и не верится, что они такими были. Порой Тсунаёши любит, попивая горячий зелёный чай, смотреть на фото и улыбаясь вспоминать те беззаботные дни. Порой девушка любила поностальгировать. Но сейчас не могла. Не время. Ее интуиция не умолкала ещё со встречи с Бермудой. Ей не верилось, что всё так просто. Как оказалось, не зря. Где то в тёмном и заброшенном помещение сидел младенец в бинтах с прозрачной пустышкой. Мысленно он усмехался. Какая наивная девчонка. Она действительно поверила, что он поможет ей? Он, Бермуда фон Вихтенштайн, будет помогать мафии? Смешно! В его голове появился план. Он убьёт Шахмантоголового, как только сможет. Никто не сможет ему помешать... - Тсуна! Ты еще не готова? - В кабинет девушки вошла Мелисса. - К чему? Бал через три часа. - Спросила девушка, отложив последнюю папку с бумагами. - За платьем в ателье поехать надо, в салон! - Негодующе посмотрела на босса Кортесс. - Точно... А это обязательно? - Устало спросила девушка. Ураган решительно кивнула, показывая, что обязательно. Девушка устала уже повторять о красоте и ее необходимости шатенке. Та предпочитала удобные и практичные вещи. Хотя, как заметила рыжая, в последнее время девушка часто надевала красивые и изящные платья, симпатичные блузки и подчёркивающие фигуру юбки. Такие перемены Мелисса списала на то, что девушка взрослеет и меняет предпочтения. Хотя у неё были небольшие подозрения. Но она решила их не озвучивать. Через двадцать минут, уже готовая Тсунаёши и ее подруга покинули особняк, уехав в ателье. Особенное ателье. Войдя в маленький, с виду, магазинчик, девушки уверенным шагом прошли в подсобку хозяина ателье. За столом, который был завален всякими платьями и тканями, сидела женщина тридцати лет. Ее золотистые волосы были заколоты чёрной заколкой, чтобы не мешать работе. Увидев Тсунаёши, она вскочила и, хлопнув в ладоши, улыбнулась. - Донна Савада! Вы вовремя. Ваш наряд готов. - Схватив шатенку, блондинка подвела ее к манекену с очаровательным голубым платьем. Пышная юбка, строгий корсет, с нежными цветочками лилий. - Смотрите, донна Савада! Здесь вы сможете прикрепить оружие и незаметно достать его в случае необходимости. - Модельер показала на скрытые фатином прорези в юбке, через которые действительно легко можно было просунуть руку и пистолет. - Отличное платье! Спасибо, Юкино-сан. - Шатенке женщина симпатизировала, и дело не только в том, что обе - японки. Юкино Нара была в прошлом связана с Триадой. Но много лет назад, после смерти своей семьи, женщина перестала быть наёмницей, уехав в Италию и став модельером. Но все же с мафией завязать ей так и не удалось. Несколько лет назад, ещё будучи живой, ее встретила Ария Джинглио Неро, и предложила место модельера. И вот, сейчас Юкино стала модельером в семье Мельфиоре, успешно справляясь со своей работой. - Я рада. А вот ваш наряд, Мелисса-тян. - Улыбнулась женщина. Непонятно почему, но донной она называла лишь Тсуну, даже имя Юни она употребляла исключительно с приставкой -тян. - Ой! Оно великолепно! - Воскликнула Кортесс, разглядывая платье. Оно не было пышным, у него не было корсета. Это было длинное, шёлковое вечернее платье красного цвета с нашитыми лепестками розы. - А вот платья для остальных девушек. - Нара указала на вешалку с несколькими платьями. Белое, коктейльное платье с орхидеями на юбке для Юни, нежное голубое платье с розовыми тюльпанами для хранительницы дождя Джессо. А для Хроме было приготовлено платье, схожее по фасону на платье Юни, но светлого фиолетового цвета с несколькими фиалками на лифе. Модельер любила шить платья с настоящими цветами, считая, что это придаёт образу больше наивности и красоты. У каждой девушки семьи Мельфиоре был свой цветок. У милой и наивной Юни - орхидеи, у активной и весёлой Блюбел - тюльпаны, у стеснительной Хроме - фиалки, у язвительной и уверенной в себе Мелиссы - розы, а у нежной и женственной Тсунаёши - лилии. Девушки были безумно довольны таким. - Спасибо. Они прелестны. - Улыбнулась Савада, расплачиваясь с женщиной. Довольные девушки выгрузили наряды в машину, а сами поспешили в салон красоты, наводить эту самую красоту. Девушки обсуждали планы на сегодняшний вечер, пока им делали причёски. Мелисса остановила свой выбор на куче кудряшек с несколькими красными прядками. Тсуна же решила, что к платью пойдёт высокая причёска с живой лилией и лёгкий нежный макияж. Кортесс накрасили более вызывающе: чёрные стрелки, smoky eyes, и алого цвета помада. Оставшись довольными, Тсунаёши и ее ураган вернулись домой. Как раз вовремя, ведь до бала оставался всего час. Отдав подругам их платья, они отправились переодеваться и приводить себя в порядок. До бала оставались считанные минуты. Тсуна замерла в ожидании и предвкушении. Пора выполнять предначертанное ей судьбой. - Пора. - Сказала сама себе девушка и, выйдя из комнаты начала спускаться по лестнице. Пора...