ID работы: 2603053

Заурядный человек

Гет
R
Завершён
1995
автор
Xrymxrums бета
Размер:
115 страниц, 17 частей
Описание:
Посвящение:
Примечания:
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора / переводчика
Поделиться:
Награды от читателей:
1995 Нравится 620 Отзывы 826 В сборник Скачать

18. Разговоры в кровати.

Настройки текста
Акисаме свалил вещмешок с плеча и огляделся. Места тут были поистине живописные, воздух чист и свеж…. – Для тренировки как раз подойдёт, – улыбнулся мастер джиу-джитсу, – разобьём ка мы лагерь… Коэтсудзи вынул из вещмешка палатку и приступил к её установке. Мои действия мало отличались от его. Через полчаса лагерь был поставлен. Коэтсудзи удовлетворённо оглядел дело рук своих и заключил: – Оставим пока лагерь в покое. – Да, сенсей. Чем будем заниматься? – Тренировкой, конечно же, – удивлённо сказал Акисаме, – для начала, техники бросков… Акисаме выбрал для тренировки маленькую полянку рядом с лагерем. Хотя «полянка» – громкое слово, скорее просто разреженный подлесок. – Ты уже достаточно хорошо владеешь силовыми приёмами. Расскажи, что ты понял на данный момент? – Хм… – я задумался, – на данный момент ваша тактика боя наиболее совершенна, а количество приёмов, учитывая разнообразие тактик позволяет свободно действовать против любого противника, подбирая наиболее удобные и эффективные действия. Против меня вы так же легко используете мои недостатки в виде прямолинейности ударов, низкой подвижности и излишней скорости удара. – Вот как… – Акисаме пригладил усики, – и какие выводы ты сделал? – Мне нужно научиться использовать стиль противника против него, или как минимум подбирать соответствующие действия в зависимости от стиля, научиться захватывать противника, нарушать его равновесие, использовать менее прямолинейную тактику боя, контролировать обстановку на поле боя, использовать обстановку в своей тактике… – Замечательно, – Акисаме опять загадочно улыбнулся и подумав, согласился: – тогда начнём нашу тренировку. Я не собираюсь тебя гонять по горам, как Сакаки-кун, но… от спарринга тебе не уйти. Спарринги с Акисаме – основа его обучения. На протяжении ближайшей недели, график наш состоял из спаррингов практически полностью. Мне оставалось совсем немного времени на медитацию, что бы собрать воедино опыт спаррингов и тренировать различные приёмы. Арсенал мастера Акисаме не блистал мощными приёмами, однако он владел невероятным разнообразием различных вариантов одного и того же приёма. За счёт тактики и вариативности он всегда выигрывал. Есть, правда, одно большое и жирное НО. Акисаме – гений с идеальной памятью, а я не мог настолько легко запомнить все его стили и атаки. Один только бросок через плечо имел двадцать восемь вариаций, в зависимости от взаимного расположения противников, скорости, положения рук противника. Самый простой – тот, что показала мне Миу, самый сложный – бросок противника зашедшего со спины из позы сейза, практиковавшийся в японских боевых искусствах в те времена, когда благородные мужчины должны были уметь себя защитить от внезапного нападения. И это только начало, основа, так сказать. Отрадой стали спарринги в лесу. В горах, когда Акисаме занимал одну высоту, а я – другую. Тут он меня делал всегда в чистую. Хотя кого я обманываю – у меня не было шанса его ударить с самого начала. Хотя если попаду, да ещё и с использованием ки, то дух выбью, но… пока что под моими могучими ударами крошились только камни, а Акисаме всегда в момент удара ловко от него уходил. Зато он перестал сдерживать своё ки, которое у него было аналогично моему, то есть на достаточно высоком уровне. Спарринги на камнях сменились оными в лесу – мастер выжимал максимум из моего тщедушного тела, усиленного ки, и не давал лишний раз передохнуть. Маленькие промежутки для восстановления запаса ки, которые мы проводили в медитации, не в счёт. Скорость движений его при этом возрастала день ото дня. Акисаме определённо делал ставку на скорость и подвижность, и постепенно увеличивал их. Однако, думал, что я ничего не заметил – что-что, а фейс у меня уже тянет на фамилию Косака – непрошибаем как десяток буддистских монахов. Хотя я публично отказался от практики дзен – мне он просто безразличен. Мастера дзена когда-то говорили, что их путь – просто сидеть, и созерцать. Но разве можно увидеть много, не вставая с пола? Сидеть – лучший способ не увидеть ничего, кроме своей стены, лучше уж смотреть на мир без этих глупых ограничений. Поэтому я и отказался от них, не люблю границы вообще, и границы собственного разума в частности. Мотивация при этом для меня не важна, так как её просто нет. Никто мне не угрожает, материальных нужд не испытываю, потребности в самореализации тоже. С моей точки зрения, свобода это не то, что человек делает под влиянием обстоятельств или нужды, а то, что он делает просто так, без чётко сформулированной причины. Потому что его душа так хочет, это и есть свобода. А заниматься боевыми искусствами ради удовольствия, защиты, силы, денег, это значит быть запертым внутри себя самого. Потому что внутренние комплексы в данном случае играют своим обладателем – заниматься боевыми искусствами ради удовольствия – значит идти на поводу у своих амбиций, ради защиты – у страха, ради силы – у комплексов, ради денег – у нужды. Да, когда идут спарринги, думается лучше, легче, можно отвлечься на минуту от сущего и погрузиться в собственные мысли. * * * Ещё неделю спустя. * * * Передышка закончилась и мы продолжили веселье – Акисаме уже закончил работу с захватами и мы перешли к тактическим приёмам. – Что бы использовать местность, – прервал он ход спарринга, – ты должен уметь следить за ней. У тебя никогда не будет времени осмотреть будущее место схватки, поэтому привыкай следить краем глаза и замечать всё. Это – самое трудное, это вырабатывается годами… но начать нужно уже сейчас, так что – в лес! – Есть, мастер, – я побежал в лесок, который он указал. Стоило мне зайти, как Акисаме атаковал сверху, пришлось уйти перекатом. Приземлившийся на ноги мастер, хохотнул и подсказал: – Обращай внимание на деревья и их расположение. Если ты сумеешь вплести их в картину собственного боя, то наша тренировка будет закончена. Легко сказать, блин! Первые опыты закончились неудачей, как и все последующие – мастер казалось бы слился в единое целое с лесом, маневрируя между деревьев как у себя на кухне. Скорость при этом его только возросла за счёт того, что он иногда при поворотах придерживался за дерево, таким образом игнорируя центр тяжести и делая резкие развороты. Тренировка с лесом оказалась не такой простой, какой могла показаться со стороны. Секрет её я понял почти сразу – нужно подсознательно ориентироваться в пространстве, как это делают люди на очень знакомой им территории – дома можно и с выключенным светом ходить, всё равно вся обстановка давно известна. Однако, есть одно большое и жирное НО. НО я понятия не имел, как вообще можно малознакомую территорию так быстро запомнить и внести в свой стиль боя. О деревья головой не бился – и на том спасибо. Между тем Акисаме остановил поединок после четырёх часов бега по лесу и сказал: – Этому ты не научишься сегодня. Поэтому не спеши, потренируйся пока как ты умеешь, а завтра мы продолжим. И, кстати, на сегодня ещё отжимания с камнями… – Да, сенсей, – я удивлял его своей покорностью и готовностью выполнять самые трудные задачи. В первую очередь благодаря своему собственному наплевательскому отношению к трудностям. Вечером, выдержав все экзекуции, мы вернулись в лагерь. И тут же я погрузился в медитацию – мне не терпелось узнать возможности тренировать этот навык в процессе медитации «МТЦ», ну и конечно же, продолжить прерванный вчера спарринг. На этот раз я усложнял для себя задачи – противник менял стили на лету, даже карате использовал, при этом оставаясь в рамках того, что использует мастер Коэтсудзи. Тренировка в подсознании проходила с другим ритмом – более размеренным, однако, в ней не было одного, главного. Непредсказуемости. Я не мог задать «боту» программу, которую не знал бы сам, хотя он и выполнял приёмы за уровнем моих возможностей. Боты, сиречь моделируемые противники послужили хорошим спарринг-партнёром для отработки и получения самих навыков – мозг то не видел разницы, в подсознании я дерусь, или в реальности, для него это было одно и то же. Поэтому рост навыков заметно форсировался особой медитацией. Однако, самое главное – если я не мог получить само непредсказуемое поведение, то есть генерировать случайные действия, то я мог приучить себя следить за обстановкой. Путём спарринга с парочкой ботов примерно моего уровня, не использующих обстановку. Знаю, это легче, но иначе не будет учебного эффекта – надо начинать с лёгкого. Акисаме немного меня переоценивал, когда задал высокий темп, или так надо, кто его разберёт? Тренинг с ботами дал более положительные результаты – хоть и не быстро, но на их фоне я старался использовать каждую мелочь в окружении что бы победить – отталкивался от деревьев, прятался за ними, ударял по ним так, что бы деревья не мешали противникам падать и терять равновесие. То есть не служили неожиданной опорой, даже наоборот, бросок головой вперёд, в дерево, оказался на редкость удачным. В отличии от остального тела, укрепить голову с помощью ки невозможно – там только кости и серые клеточки, так что там нечего укреплять. Да и опасно играть с ки так близко к мозгу. Тренировка продлилась неделю, ровно, после чего я её с удовольствием закончил и провалился в сон. Это вообще легко сделать из медитации, так как она является частично управляемым сном. Утро встретило меня холодом Альп, так как я так и не додумался лечь и укрыться хоть чем-то. Акисаме злился, конечно, но не слишком активно – ки не дало мне замёрзнуть окончательно, но заболеть я всё же заболел. Забылся, так сказать, где нахожусь. Со всяким может случиться, особенно при таких частых сменах мест, как у нас. Посмотрев на мою кислую рожу, мастер Коэтсудзи заключил: – Похоже, на этом наши тренировки закончатся. Я хотел было что-то сказать, но только громко чихнул, шмыгнув носом. Акисаме собирал вещи. Вот, теперь я почувствовал себя виноватым. Хотя что я тут могу сделать? Ничего, разве что только быть осмотрительней в будущем. Пришлось присоединиться – несмотря на то, что ки могла быстро регенерировать ткани, антибактериального действия у неё не было. Разве что чуть-чуть, а простуда – штука страшная, неизлечимая. Пришлось собираться, на это ушёл примерно час, после чего мы выдвинулись домой. Сойдя с горы, мы потопали в направлении моей виллы – тренировка продлилась примерно половину отведённого на неё времени. Однако, я успел многому научиться и получить огромную пищу для моей особой медитации – она поможет мне осознать многое из того, что я так и не успел пройти в обычном режиме. К сожалению. Возвращение домой было неожиданным – мы пришли пешком… ну как пешком – я бежал впереди, а Акисаме сзади, но в отличии от меня ему бег давался очень легко, можно сказать, почти что шёл. Около дома обнаружился мой мотоцикл, а вот машины Сигуре не было. Пришлось мне отпирать дверь и звать её, однако… не было. Признаки жизни – были, на вешалке висела её одежда, стояла обувь, но самой Сигуре не было. – Похоже, – улыбнулся Акисаме, – твоя молодая жена тебя не встречает. Как невежливо с её стороны… – Невежливо – заявляться домой раньше времени, – я сбросил тяжёлый рюкзак и потянулся, – наверняка, скоро будет. – Посмотрим, посмотрим… – мастер оставил рюкзак рядом с моим и пошёл на кухню, – где у тебя тут лекарства? – В холодильнике, на дверце. Пока я пошёл наслаждаться тёплым душем, Коэтсудзи перебирал лекарственные средства. Всё быстро прошло через его руки, после чего я был принудительно уложен в постель и снабжён таблетками и микстурой. Акисаме заставил меня сожрать и выпить лекарства, и лечь в постель. Лежать было мучительно скучно, поэтому я достал ноутбук и наконец вернулся на биржу. Изучение новостей заняло несколько часов, пока не пришла Сигуре… Девушка зашла в дом и, поговорив о чём-то с Коэтсудзи, направилась ко мне. – Кенчи? – она зашла без стука, – как ты? – Уже лучше, – я улыбнулся. Сигуре немного изменила свой обычный стиль – покончено с колготками, вместо них штаны, розово-фиолетовый халат сменился тёмной глухой кофтой, поверх которой она носила кожаную коричневую куртку с меховым воротником. Но главное – причёска, волосы теперь не заправлялись в один хвост, а были пострижены выше плеч и аккуратно уложены. Судя по виду, она была взволнована. Единственное, чему я всё не перестаю удивляться - это тому, что Сигуре всегда выглядит идеально. Во что бы не оделась. – Точно? – Точно-точно, – кивнул я, – только немного простудился. Но это быстро пройдёт. А как ты? Да проходи уже, – я хлопнул по месту рядом с собой. Помявшись, Сигуре скинула куртку и села рядом, начав рассказывать: – У меня всё хорошо. Погода тут хорошая. И воздух чистый. И вид… – Да, поэтому я здесь и поселился. А как у тебя с готовкой? Мне показалось, или мне удалось её смутить? Наверное, показалось. – Ты имеешь в виду… – Я имею в виду, где хлеб насущный добываешь? А то повара у меня нет… – О, в городе. Там есть место, где хорошо готовят. Особенно сладости. Хочешь? – Как-нибудь потом. Аппетита нет, – я пожал плечами, – любишь сладости? –- я увлёк Сигуре за собой, заставив повалиться на кровать, благо она могла вместить ещё троих-четверых таких, как мы. Сигуре упала, удивлённо на меня посмотрев, и поёрзав, после чего расслабилась. Я принялся заниматься медиативной техникой «погладь Сигуре», что вызвало у неё ещё один ступор. Но, судя по всему, понравилось. – Да, – запоздало ответила она, – только не говори Акисаме-сану. – Не скажу, – я заговорщицки улыбнулся, – а что, он не любит сладкое? – Он… говорит, что вредно… – она опять вернулась к своей короткой безэмоциональной речи, как защитный механизм в неизвестных условиях. Как же я соскучился по Сигуре… – А вот я сладкое ем редко. Хотя при тех нагрузках, что у нас, это никак не влияет на фигуру или здоровье. Можешь есть в своё удовольствие. Сигуре кивнула и некоторое время я занимался «медиативной техникой». Сам не заметил, как Сигуре прикрыла глаза и придвинулась ко мне ближе. Я наклонился к ней и поцеловал в шею. – Кенчи, что ты делаешь? – спросила она с интересом. – Наслаждаюсь тем, что я дома… – я продолжил сеанс сигуретерапии. Успокаивало нервы не хуже любой медитации. Однако, сама мастерица меча и любого другого оружия, наоборот, чувствовала себя не слишком обыденно, удивлённо принимая знаки внимания. Через полчаса телячьих нежностей она всё-таки задремала. Я отправился вслед за ней, в царство морфея… * * * Утром я почувствовал прилив сил. Сигуре всё так же дремала в одежде на кровати, уткнувшись мне в район шеи носом. Никогда бы не заподозрил её в привычке засыпать кое-как, но… факт. Через пару минут моего пробуждения проснулась и она. Открыв глаза, она приподнялась над кроватью и удивлённо осматривала ложе. И меня. С не меньшим удивлением она тут же спросила: – Я… я заснула? – Ну да. Доброе утро, солнышко, – я поднялся с кровати, чмокнув сконфуженную Сигуре, – а что такого странного? –Я… никогда не засыпала… когда кто-то есть… в комнате… – она опять заволновалась, но я её успокоил: – Не хочу менять это… ты так мило выглядишь, когда спишь, что я просто таю. И даже, кажется, начал выздоравливать. Сигуре осмотрела меня, после чего, кивнув, поднялась. Мы пошли. Мне хотелось жрать. Просто жрать, много и вкусно. Так как в доме не было ничего, пришлось заказывать завтрак на пятерых. И сладостей побольше, побалую жену, если уж строгий отец так запрещает… Акисаме наше появление удивило. Он занял место на балконе, с которого открывался вид на задний двор, а так же луг и альпийский пейзаж из долины. – Вы уже проснулись? – он поднял одну бровь и загадочно улыбнулся, – ах, простите, как с моей стороны это невежливо… – Не обращайте внимания, мастер Коэтсудзи, – я ухмыльнулся, – чувствую, что мне стало легче. Не иначе, как волшебное действие близкого человека и ваших лекарств. – Понятно, – Акисаме вернулся к рисованию. Писал картину – разложил мольберт, кисти, краски, и выводил пейзаж альпийских гор. Сигуре улыбнулась Акисаме-сану и сообщила: – Кенчи заказал завтрак. – Привезут через полчаса, – подтвердил я, – пожалуй, пойду, приведу себя в порядок… Акисаме и Сигуре остались на балконе, а я пошёл приводить себя в порядок. И попутно думать, чем таким заслужил такие странные реакции от Сигуре. Когда проснулась, она выглядела так, словно вообще впервые засыпала. По быстрому приняв душ и причесавшись, я сбежал вниз, как только прозвенел звонок в дверь. Доставлял тут еду молодой парень, лет восемнадцати, разъезжающий на… маленьком автомобильчике с белым грузовым кубом сзади. Забрав заказы, я пошёл на кухню. Сигуре вошла практически сразу, впившись глазами в пакеты. – Да, я голоден, – оправдался, я, – не беспокойся, тебе пирожных заказал. Она немного порозовела, но терпеливо дождалась начала завтрака. Провели мы его в молчании – я ел, очень активно, подливая чаю Сигуре, а Акисаме вообще представлял из себя оплот светских манер. Закончил есть последним я. Закончил и посмотрел на моих товарищей по несчастью. – Акисаме-сан, мы продолжим тренировки? – Не думаю, – он покачал головой, бросив взгляд на Сигуре, – ты многому научился. Много большему, чем я предполагал, поэтому продолжить мы сможем в любом другом месте. Да и смена обстановки нам не помешает. – Предлагаете вернуться в Японию? – Именно. Нас уже заждались в рёдзанпаку. Через пару дней начнётся учебный год в Японии, Миу будет в школе… Я скис. И как объяснить Миу моё теперешнее семейное положение? Посмотрев на Сигуре, я предположил: – думаете, они правильно всё поймут? – Не знаю, – Акисаме вздохнул, – однако, надеюсь. За Миу-чан не ручаюсь. Какие у тебя с ней отношения? – Полагаю… – я задумался, – полагаю, она может приписывать мне излишние симпатии к своей персоне. Боюсь… что это закончится скандалом. – Твои проблемы, – ушёл от обсуждения Акисаме, – вообще, я тут не при чём. – Да, конечно. Вы тут не при чём. Тем более мои отношения с Сигуре начались почти сразу же, как я пришёл в додзё… – Вот как? – Акисаме удивлённо поднял брови, – ладно, это уже не моё дело. Возвращаемся. Сигуре, уже было замахнувшаяся на новую пироженку, окинула нас мученическим взглядом, но кивнула в знак согласия. И всё завертелось.
По желанию автора, комментировать могут только зарегистрированные пользователи.
Права на все произведения, опубликованные на сайте, принадлежат авторам произведений. Администрация не несет ответственности за содержание работ.