VIVIR

Я тоже искушен в жестокой лжи, Слишком долго отрицал правду, Я приближаюсь – и я во всеоружии. Я выслежу тебя сегодня Из темноты, что прямо за тобой, И я подрежу твои крылья... Ведь я искал место, В которое ты ворвался без предупреждений, И я сведу с тобою счёты, Как только подберусь поближе. ...Я собираюсь поступить по-твоему, Я лишу твой мир спокойствия, Я никогда не думал, что ты зайдёшь так далеко, безумец. Ты не веришь приметам, А я не верю в судный день, Но ты не уйдёшь отсюда целым. Я убью их всех! Моя душа на кону, Я очищу грехи, Которые совершил. Я настигну их всех И отниму у них жизнь! Куда бы они ни пошли, Я стану их тенью. Спасения нет! Твоя жизнь на кону, И не за что ухватиться, Твои дни сочтены. Куда же ты денешься, Когда я убью твою душу?..

Within Temptation – Murder

[Средневековая Япония]

Окрашенное алым лицо остается спокойным и безэмоциональным, словно то была маска, намертво вросшая в мышцы. Крепкое тело на фоне грозового серого неба недвижно, но напряжено. Оно устойчиво стоит на горе бездыханных тел, возвышаясь над оставшимися на земле существами, и ярко-зеленые глаза его с вертикальным зрачком устремлены вниз, одаривая взглядом свысока всех тех, кто посмел явиться сюда с мечом. Но даже этот взгляд не выражает никаких эмоций и кажется стеклянным, словно искусственным, созданным из холодного драгоценного камня. Позади Него - святое место, убежище для обездоленных и покинутых и пристанище для раскаивающихся и верующих - Буддийский Храм Агуи*. Впереди - войско из Ада на лошадях, давно павших на боле битвы и воскрешенных силами тьмы. Во главе этого войска стоит первый принц Великого Царя Эмма*, прямой наследник трона. Демон, убивший своего отца и занявший его место коварством и подлостью, и Демон, возжелавший абсолютной власти над тремя мирами и пошедший против сил света по людским трупам. Но войско его поредело, и могущество его поблекло перед страдающими, сложенное у ворот храма в стену из плоти. И на стене этой, истекающей кровью и гниющей на глазах, распространяя по территории храма зловонных запах, стоит мужчина, что в одиночку одолел три тысячи злых духов и адских созданий, предупреждая одним своим видом о том, что та же участь постигнет и остальных, посмевших продолжить кровавый путь к славе. - Вивир*... - губы адского принца складываются в кривую ухмылку, а черный взгляд полыхает ненавистью и жаждой крови священного, но полукровного существа перед ним. Этот мужчина, положивший треть его войска, - сын Риндзин* и лесной нимфы, существа мифического и непокорного, чьи чары погубили многих людей. Полубог, вставший на защиту людей, этих жалких, недостойных жизни насекомых. Они столкнулись тут, в северной части Киото, после того, как принц сравнял с землей один из городов этой жалкой страны. И удача была бы на его стороне, и порабощение Японии свершилось бы меньше, чем за тридцать лун, но на его пути встал этот мужчина с волосами цвета золота, и поход молодого Царя прервался. Их война длилась сто двенадцать дней и ночей. Вивир в одиночку вошел в чернильный океан его подданных и высушил его, словно солнце, стоящее в зените. И вот теперь этот океан под ногами этого мерзавца, без дыхания, без движения, без жизни, перекрывает путь к храму высокой горой. Он не простит его. Его сорванные планы и ушедшие в небытие мечты, воскрешать которые придется ни один долгий век. - Убирайся в ту зловонную яму, из которой вылез, Азур*. Пока я не вернул тебя обратно своими силами. - Ты пожалеешь о том, что встал на моем пути, полукровка! - звериный рык, на который полубог никак не реагирует. Он лишь гордо расправляет свои соколиные крылья и поднимает вверх руку, в кулаке которой сжаты волосы отделенной от тела головы. И бросает эту голову в ноги демона - голову его лучшего солдата и полководца, который помогал принцу свергнуть с трона Великого Царя и был предан ему и телом и душой. Душой, вернуть которую можно будет только через пару сотен лет. И Азур приходит в бешенство, стоит обтянутому мышцами и кожей черепу прокатиться с глухим стуком к копытам его костлявой лошади. - Оникс... Ублюдок! Убить! И остатки черной армии, словно семена подсолнечника, высыпаются вперед, на защитника тех, кого так ненавидел Азур. И бойня продолжается, но на этот раз новое сражение не затянется даже на полдня. Ослабевшее адское стадо ложиться под гневом Вивира, ступившего навстречу врагу, так легко, что кажется, будто это не священный одати* рубит тела королевской свиты, со скоростью такой, что и меча не разглядишь в этом месиве, а один взгляд мужчины косит отчаявшихся грешников. Унаследованные от матери крылья сокола раскрываются за спиной священного воина, пестрой, но благородной раскраской пленяя чужой взгляд, и новый взмах оружием разделяет на части сразу двадцать крепких тел. Это знаменует крах отпрыска Эммы. И принц рвется на бой самолично, направляя труп кобылы на заклятого врага. Длинная коса, заточенная с двух сторон, со звоном встречается с лезвием одати, и лошадь без промедления встает на дыбы. Сталь соскальзывает вниз, разбрызгивая рыжие искры в разные стороны с противным лязгом, и Азур спрыгивает с несчастного животного, в миг обезглавленного взмахом длинного меча. Голова кобылы рассыпается в прах, развеваясь на воздухе чернильной тучей, и из этих всполохов пыли, над головой Вивира, появляется разгневанный принц... Дикий рев прокатывается по всей округе, заставляя людей в ужасе сжаться в комнатах дрожащего храма. Коса Азура вонзается в землю, а златовласый воин отшатывается назад, ослепленный яркой вспышкой. Он падает на колено перед врагом, вспарывая острием одати угольную почву, и заводит руку за спину, с неверием касаясь торчащих из лопатки костей. Бурое крыло, отделенное от тела Вивира, остается в ладони принца, дрожа и трепеща в чужой хватке, и зеленые глаза воина наливаются кровью. Он поднимается вновь, и молнии, до того спящие в грозовых облаках, бьют с небес на землю ослепительными вспышками, порождая пламя под ногами обоих враждующих. И лишь тогда принц, понимая, что его знаний и сил еще недостаточно для сражения с природными стихиями, отступает, принимая всю тщетность попыток лишить это тело самого большого дара на земле - жизни. - Я вернусь. Вернусь, Вивир! Мы еще встретимся с тобой, - он ловит поводья чужой лошади, вскакивая на нее верхом, и та встает на дыбы с воплем умирающей скотины. Наследник трона скалит зубы в ухмылке, несоответствующей проигрышу. Трепыхающееся крыло в его руке уносится вместе со стуком копыт в лес. - Этот мир падет. Я обещаю тебе, полукровка! То, за что ты борешься - исчезнет! Я сотру все это с лица земли! - Я буду ждать, - бесцветно отзывается мужчина, одним рывком отряхивая меч от черной крови. - Но будь уверен, что исход останется один. В тот день Япония была спасена. В храм вернулся с победой краснокожий воин с одним крылом, с глазами дикого зверя и багровым мечом в сильной руке, в изорванной дорогой одежде. Из-за крови, вымазавшей каменное лицо и руки, его запомнили, как падшего ангела смерти, вставшего на защиту людей, и изображали соответствующе, по ошибке присвоив сына Короля Драконов к роду Тэнгу*. В стране воцарился мир... По крайней мере, злые духи более не показывались на земле самураев и монахов. Зато сами люди ожесточились и пали, ввязавшись в войны собственные, в которых, конечно, "последователь Сюгэндо"* никому уже не помогал. Он пропал уже на следующий день после Великой Войны Света и Тьмы, и никто так и не узнал, кем он был на самом деле и откуда взялся. Имя его позабыли, летописи о нем сгорели в огне во время пожара в храме Агуи, что он защищал в тот день, произошедшего по вине уже людской. То, что спас Вивир от Адского войска, было погублено самими людьми, теми, кого он же и избавил от гибели. И герой ушел в небытие, скрывшись ото всех до тех пор, пока не понадобится вновь...

[Наши дни]

- Акира! Что ты там увидел? - Смерть. Мужчина с золотыми волосами не двигается, неотрывно смотря на горизонт, где садится кровавое солнце. Человек рядом с ним напрягается, непонимающе перебрасывая на друга юношества обеспокоенный взгляд. - Что? - Уходи, Ютака. - О чем ты го... Акира! Но Акира уже не оглядывается. Он идет вперед, мимо высоток и небоскребов, мимо беззаботных школьниц и спешащих куда-то деловых мужчин, мимо иномарок, летящих в никуда по широким дорогам, и магазинов, чье количество превышает в несколько раз количество жилых домов старого Киото. Он идет вперед, не обращая внимания на светофоры и яркие вывески, словно зверь идет по следу добычи, улавливая до ненависти знакомый запах серы и огня где-то там, за шумным неспящим Токио. И именно там, когда современные дома сменяются частными, когда природа потихоньку берет свое, разливаясь красками по равнинам, он наконец находит его. Брюнета, сидящего на мотоцикле у обочины, и его полководца, чья голова была снесена с плеч несколько веков назад самолично Вивиром. - Давно не виделись, полукровка, - тянет глубокий голос, и Азур, носящий земное имя Юу в этом времени, изгибает губы в кривой усмешке при виде своего драгоценного врага. - Ничуть не изменился. Правда, Таканори? Оникс безразлично оглядывает одинокого воина, щелкнув зажигалкой и поднеся ее огонек к сигарете нового Царя. - Тебе пришлось ждать дольше, чем я предполагал. Прости за опоздание. - Прощаю. Я не заскучал. Юу спрыгивает с байка, с оскалом расправляя за спиной перепончатые крылья летучей мыши, и шумно выдыхает дым изо рта, обращающийся в серое облако перед красивым лицом уже в следующее мгновение. Из него принц и вынимает старинную косу, что ждала своего часа много-много лет. А когда дым рассеивается в нагретом солнцем воздухе, то он наконец видит перед собой того самого Вивера, которого он встретил в эпоху средневековья на своем пути. С одним крылом и темно-зеленым диким взглядом, готового к новой битве за тех, кто перестал верить в легенды своих предков. - Ну, что, начнем?! - кричит Азур, заводя за голову косу. - Я заберу твое крыло, - спокойно слышится в ответ, и за спиной Вивера встает его соратник, возникший словно из ниоткуда с одати в сильных руках, скрытых доспехами. - Мой господин. - Кою, лиши полководца его дурной башки. - Есть. И скрежет стали. __________________________________________________________ *Агуи (яп. 安居院) — городской храм и школа буддийских проповедников XII—XV веков в средневековой Японии. Агуи был храмом-школой горного монастыря Энряку-дзи в северной части Киото, в районе Камигё. В XIV веке, в период Намбокутё, в Агуи был составлен «Сборник синто», который был написан на основе синкретичной идеи о «первичности будд и производности богов» (яп. 本地垂迹), согласно которой будды и бодхисаттвы приходят в этот мир во временном подобии богов, чтобы спасать людей. Во время войны годов Онин (1467—1476) храм Агуи сгорел. Его не смогли восстановить, поэтому школа проповедников постепенно пришла в упадок. *Эмма (яп. 閻魔) — в японской мифологии бог-властитель и судья мёртвых, который правит подземным адом — дзигоку. Аналогичен Яме общебуддийской мифологии. Так же его часто называют Великий царь Эмма. И в древности, и в современности его изображали большим человеком с красным лицом, глазами навыкат и бородой. Носит традиционное японское одеяние (вафуку) и корону на голове, на которой изображен иероглиф 王 (царь). Ему подвластна многотысячная армия, которой управляют восемнадцать военачальников, а в личном распоряжении находятся демоны и стражники с лошадиными головами. *Риндзин - Повелитель Драконов, самый сильный и богатый из всех драконов, живет в огромном хрустальном дворце на дне океана, наполненном всяческими богатствами. Он - самое богатое существо в мире. Риндзин почитается как бог морей и океанов под именем Уми но Ками. Есть легенды о том, что Риндзин часто посещал мир людей в человеческом облике, оставив после себя множество детей - прекрасных юношей и девушек с зелеными глазами, длинными черными волосами и способностями к магии. *Азур, лазурь (фр. azur) — название некоторых оттенков синего цвета от небесно-голубого до насыщенно-синего. Один из геральдических цветов. *Одати (яп. 大太刀, «большой меч») — один из типов длинных японских мечей. Чтобы называться одати, меч должен был иметь длину лезвия не менее 3-х сяку (90,9 см), однако, как и в случае многих других японских терминов, относящихся к мечам, точного определения длины одати нет. Обычно одати — это мечи с клинками 1,6 — 1,8 метров. *Тэнгу (яп. 天狗 — буквально «Небесная собака») — существо из японской мифологии. В японской мифологии тэнгу тератологическое существо; представляется в облике мужчины огромного роста с красным лицом, длинным носом, иногда с крыльями. Тэнгу очень часто носит одежду горного отшельника (ямабуси), он наделён огромной силой. С 12 века стала расти положительная роль тэнгу. Появились многочисленные легенды о том, что они были учителями лучших воинов Японии. Благодаря такому учителю, воины с легкостью побеждали простых смертных. Постепенно тэнгу стали считаться и воплощением ками гор, порою выступая противниками буддийского учения. Со временем эта враждебность исчезла и тэнгу превратились в защитников любых святилищ и в первую очередь горных. *Сюгэндо (яп. 修験道) — японское синкретическое учение, соединяющее буддизм, синто и даосизм. Буквально понятие сюгэндо означает «Путь обучения и практической проверки». Сюгэндо связано с развитием духовного опыта и силы, делает упор на аскетизм, жизнь в горах и гармонию между человеком и природой. *VIVIR (от англ.) - переживать, жить.