Так, как я

Ты не знаешь, придется тебе пройти через безграничную боль или неимоверное счастье. Просто иди... В конце концов, любая боль не вечна, а мысли о прошлом счастье согреют тебя.

- Ей, милая, у тебя все в порядке? - У моей мамы всегда было какое-то чутье. Она всегда знала, когда мне плохо, но более того, она знала, когда я хочу об этом говорить, а когда нет. Как-то я сказала ей об этом, на что она ответила, что ее бабушка была в точности такой, и что лучшее, что есть в ней досталось от нее. Мама осторожно просунула голову в дверь, и мы пересекались с ней взглядом. Было бессмысленно прятать свое мокрое от слез лицо, потому что она и так все это знала. - Тебе семнадцать, это нормально, что тебе плохо время от времени. - Она прошла, и легла рядом со мной на мою кровать. Я придвинулась ближе, и уткнувшись ей в шею снова стала плакать. - Проблемы с Дэном? - Мы расстались, мам. Она вздохнула, и я представила, как она закатывает глаза. Но она просто молчала. Лежала и слушала мои всхлипы, пока я не стала успокаиваться. - Я не смогу облегчить твою боль. Я не смогу забрать ее себе. Но сейчас самое время рассказать тебе что-то. Вероятно, тебе станет хуже сейчас, но это поможет тебе жить дальше... 20 ноября 2014 года был самым обычным днем. Точнее, это был последний день моей нормальной жизни. Это был день, когда я просто была счастлива. Я не была счастлива в абсолютном понимании этого слова, я просто знала, что когда у него будет время, он напишет мне и спросит как я. Это был день, когда я ложилась спать, понимая, что прошел месяц моего безграничного счастья, и дальше будет так же. Такого абсолютного и полного, что я не верила в него, пока не настало утро. Мне никогда не нравились такие, как Он. За три года, что я Его знала, мы обмолвились от силы двадцатью предложениями, или сидели в общих компаниях. Но у нас были общие друзья, мы учились в одном университете, и мы просто не могли не пересекаться. Я отчетливо помню, как Он улыбался, когда мы пришли в одинаковых конверсах. Помню, как доставала Его, чтобы Он донес деньги в фонд, а Он лишь мило улыбался, когда я в подумала, что Он забыл, а Он принес. Помню, как даже не отреагировала, когда они с другом перевелись на другой факультет. Помню, как мне нравилось то, как Он играет и поет. Его голос был тем, что я готова была слушать вечно, хотя мне совершенно не нравился он сам. От него так и разило уверенностью в себе, поганой аристократичностью и самодовольством, которое на самом деле было замаскированным смущением. Я не знаю, почему Он мне не нравился. Он был высоким парнем, с отличной фигурой, умел играть на гитаре и пианино, шикарно пел и писал песни, говорил на трех языках и был невероятно умен. Наверно, не стоит говорить об этом своей дочери, но я была слишком ветреной, тупой и бестолковой, чтобы понять, какой Он, и я не знаю, хорошо это или плохо. Может, если бы мы сошлись тогда, все бы закончилось не так. Может, я бы просто напилась один раз, и забыла бы о Нем, после расставания. Меня интересовало другое. Меня интересовали парни, гулянки, тусовки с друзьями допоздна,мне было все равно на то, что думают мои родные дома. Я просто отрывалась, не думая о том, что будет потом. А думать стоило. Я не знаю, когда начинается наша история. Моя история, история моей осознанной жизни начинается тогда, когда я думала, что влюбилась. И я говорю не о Нем. Я думала, что влюблена в Уилла, потому что он был старше меня на девять лет, давал мне покататься на своей машине, не возражал, когда я курила в салоне и печатал милые сообщения когда находился на работе. Уилл, вероятно, тоже думал, что любит меня, потому что позволял мне больше, чем следовало, но мы оба знали, что у нас никогда ничего не выйдет. Мы были слишком разными, он был намного старше, и, кажется, у него даже была девушка. В тот день, я напилась, и села за руль. Была поздняя ночь, и я была уверенна, что смогу доехать домой спокойно сама, а рука Уилла на моем колене придавала уверенности. Тогда я делала слишком много вещей, которых не должна была, и сейчас самое время рассказать тебе о них. Я помню его смех. Помню, как выпустила дым очередного косяка, считая себя невообразимо крутой, горячей и желанной. Помню его тихое и спокойное: "Келси, тормоз" Но вместо этого я нажимаю на газ, выезжаю на встречную полосу и до меня медленно доносится звук мятого железа, ломающегося стекла и запаха открывшейся подушки безопасности. Помню, как просила у него прощения, помню как он скрыл факт того, что я была за рулем перед полицией. Помню, что обняла его, пытаясь успокоится, после того, как меня осмотрели врачи скорой. В тот день, я не знала, что начинаю умирать. У меня было тяжелое сотрясение, но Уилл был настолько милым, что отправил меня домой со своим другом, пытаясь уладить все проблемы. А я курила одну за одной, не обращая внимания на гематомы на ногах и жуткую боль в спине. Мы были вместе еще год. У Уилла начались проблемы с деньгами, и я пыталась помочь как могла, но уставала просто до потери пульса, а он не хотел, чтобы я отвлекалась от учебы. Но я и не училась во все. Я тусовалась со своими друзьями, с Его друзьями, ходила в рестораны и клубы, не понимая, что настанет время, когда мне придется остановиться. Мой первый вечер, когда я помню Его настолько четко, насколько это возможно, был тогда, когда мне нравился другой. Уилл стал раздражать меня своими проблемами, теми проблемами, которые я устроила ему, меня стал раздражать его занятой вид, и желание быть серьезным. Я готовилась к этому вечеру, выключив телефон, хотя сказала Уилу забрать меня в одиннадцать вечера, так как у нас было нечто вроде годовщины,которые мы упорно отмечали, зная, что никогда не будем вместе по-настоящему. Я знала, что он не захочет, и не хотела сама. Я считала в тот вечер себя невероятно красивой, и вероятно, это было так хотя бы потому, что на мне не было короткого платья, или платья в обтяжку. Это было жутко красивое платье в пол, небесно-голубого цвета, отделанное белым кружевом и жутко милое и романтичное. Я хотела стать такой для Дерека сегодня. Да, это другой парень. Тот, ради кого я старалась весь день. В тот вечер все было не так. Это было нечто вроде официального приема, а не простой тусовки студентов. Там были важные люди, каким и являлся Дерек, и это был один из вечеров, которые студенты устраивали чтобы пообщаться поближе с сильными мира сего, и пробить пару-тройку приятных связей. И хоть я и была организатором этого вечера, единственное, о чем я мечтала-это когда все важные шишки уйдут, и я смогу снять высоченные каблуки, напиться, забраться на сцену и петь дурацкие песни с друзьями, уже довольно выпившими. Вообще-то у меня были отличные друзья, которые были в состоянии тормозить меня, когда я рядом, и они со мной по сегодняшний день. Лу и Найл были лучшими людьми из всех, что я когда либо встречала, несмотря на то, что Найл был со мной крайне редко, а Лу не знал и половины моих серьезных проблем. Они знали о том, что мне нравится Дерек, и делали все возможное, чтобы помочь мне, как и мои подруги. Но я была бы не я, если бы не испортила все. Я обещала парням быть милой, а глушить виски и запивать шампанским, оставаясь милой невозможно, поэтому я периодически вставала со своего места, и шла в другой конец зала, якобы справиться о том, хорошо ли всем, но на деле же там сидели его друзья и он. Они знали, зачем я прихожу, любили меня безумно, и подливали выпивку так, что еще до закрытия официальной части я была пьяна в стельку, но могла держаться на каблуках. Когда свет в зале приглушили,музыка стала громче, и все пошли танцевать, я помнила, что меня потащил танцевать Найл, весело рассказывая о том, что сегодня я невероятно милая, и все сходят по мне с ума. Кроме него самого, потому что он жутко и безответно был влюблен в подающую надежды первокурсницу. Он молил меня не портить все, но я была бы не я, если сразу после танца, не вернулась в "алкогольный" конец зала. Эд, Его близкий друг, стоял с бокалом вина и рассказывал заплетающимся языком что-то о неописуемой красоте присутствующих девушек. Все мечтали, чтобы он договорил, и они смогли выпить, но он все говорил и говорил. - Хорошо, Эд, мы поняли, мы все тут классные. - Я закатила глаза, надеясь, что он закончил. - Ты знаешь, что ты злая? - Обиженно произнес парень, и больше не удостаивал меня своим вниманием, повернувшись к Анджелине. - Мне нужно вернуться, я хочу танцевать! - Может посидишь лучше пару минут? - Он сказал это тихо, так, что услышала только я, и я немного оторопела, потому что Он никогда не обращался ко мне таким покровительственным тоном. - Но я хочу танцевать! - Расслабься, все увидели те усилия, которые ты приложила, чтобы казаться милой сегодня. - Я и так милая! - Могу поспорить. Это задело меня так, как ничто другое не могло. Я стала веселиться в десять раз больше, даже не обращая внимания на Него, но Его слова отдавались в моей голове, вытеснив мысли о том, что где-то меня ждет Уилл, и что я слишком пьяна, чтобы отказать Дереку, если он попросит меня куда-то поехать. Это была первая ночь, когда я засыпала с кучей мыслей в голове, но Он перебивал все, словно стуча молоточком в моем мозгу, как напоминание о том, что я не самая обворожительная девушка планеты. И в эту ночь я еще не знала, что то, что он оказался рядом самая худшая вещь из всех, которые происходили со мной, потому что лучше любить не взаимно, чем узнать, что тот, кого ты любишь до дрожи больше не любит тебя и перегорел. Прошло время. Я не могу судить, много или мало, прошло где-то около месяца, и я стала забывать о его словах, вспоминая лишь тогда, когда мы виделись. Наши друзья собирались большой компанией отметить закрытие сессии, но я не могла поехать. Если бы я поехала, это значило купание в озере, отличный отдых, хорошую выпивку и приятную компанию. Но все это, один этот день стоил бы мне недели мук в постели. Моя спина с каждым днем болела все больше и больше, и стоило мне хоть чуть чуть напрячься, я готова была лезть на стену от боли. Но Эд пообещал, что мы будем ехать аккуратно, и они не заставят меня купаться или лазить по скалам, так что я передумала, и решила ехать. Лучше бы я этого не делала... Оглядываясь назад, я понимаю, что он незримо всегда был рядом: мы пошли собирать дрова для костра-он был рядом, с нахмуренными бровями. Я начинала готовить- он был рядом и помогал. Я начала пить-он был рядом, и незримо следил за тем, чтоб я не выпила много. Но ему не удалось уследить. Я немного перепила, знаешь, до такого состояния когда тебя чуть поташнивает, и кружится голова. Вероятно, из-за моего хорошего настроения я не чувствовала, что болит спина, и после того, как скупалась прямо в вещах, я села к костру. Ребята спорили о чем-то, девочки обсуждали платье жены Найла, и их свадьбу, которая должна была свершаться через несколько месяцев. Да, милая, я говорю о Найле и Эми. Я говорила, мы дружим уже давно. Мне было неинтересно о чем они говорят, и я, уберегавшись полотенцем сидела, опустив голову на колени, пока не услышала: - Келси, тебе плохо? Я удивилась, но он сидел напротив меня, немного обеспокоенный. - Нет, все нормально. Больше мы не говорили ни о чем, но его забота обо мне в тот момент, когда остальным было не до меня по-настоящему тронула меня. Когда мы ехали обратно, он удивил меня еще больше. Он сидел рядом со мной, подключив свой айфон к магнитофону. Мы всегда так делали: в нашей компании из 15 человек, все любили забираться в один мини-автобус, слушать песни, петь во все горло, и дорога всегда была не менее интересна, чем сам отдых. Когда Он включал песню-это была либо песня, которую я любила до безумия, либо песня, которую я слышала в первый раз, но сразу влюблялась. У нас был абсолютно идеально похожий музыкальный вкус, а доя меня это было редкостью. Прежде чем они привезли меня домой, я попросила Его прислать мне название какой-то песни, я даже не помню уже какой. Я думала, что он забудет, но он прислал ее, когда я даже не успела дойти до дома.