Оглядываясь назад

Кушина и остальные успели немного обжиться в новом доме. Кушина поселилась в комнате на третьем этаже из окон которой было видно окна кабинета Наруто. Сама по себе комната была вполне светлой с весёленькими обоями, на которых были нарисованы маленькие тарелки с раменом. Именно поэтому эта комната и привлекла женщину, кроме того она могла каждый день видеть как работает сын. Узумаки с грустью вспомнила, как забегала к Минато на работу, принося что-нибудь вкусненькое. Они смеялись, шутили и в один из таких дней, и был зачат Наруто… -Помидорка, ты уже выбрала комнату? – С удивлением зашёл к ней Хизаши, после чего получил подушкой по лицу. -Ещё раз назовёшь помидоркой, я тебе врежу, честное слово, Хизаши! – Шутливо возмутилась она. – Да, эта комната как раз по мне. А ты какую выбрал? -На втором этаже как раз под тобой. – Улыбнулся Хьюга. – Мы решили весь этот этаж отдать тебе. А то ещё зайдём в непотребное время, когда ты переодеваешься. – Рассмеялся мужчина. – А рука у тебя тяжёлая, до сих пор помню, как ты раз меня поколотила. -Это да… - Хизаши унёсся мыслями во времена их юности, когда Кушина с Минато были ещё не так близки. Она как обычно возвращалась домой, как неожиданно на её пути появилось несколько мальчишек. Двое из них были братья Хизаши и Хиаши Хьюга, двое из клана Инузука и парочка из других кланов, названия которых девочка не помнила. -Что вам нужно? – Кинула она, исподлобья глядя на мальчишек. Хизаши был против этой драки. -А может ну её а? Она дерётся ещё хуже, чем кто из клана Инузука! -Боишься, так отойди куда подальше, а мы разберёмся с помидором. – Ухмыльнулся довольно высокий мальчик с косой чёрной чёлкой. – Она много себе позволяет. Но разобрались не они с ней, а наоборот. Досталось и Хизаши, просто потому, что был с ними. Он поднял на неё взгляд и увидел, что у неё в глазах стоят слёзы. -Что вы все ко мне пристали?! – Прокричала она и убежала. Хизаши ещё долго смотрел ей вслед, провожая взглядом до дома. -Всё очень изменилось… – Кушина подошла к окну и посмотрела на окна кабинета Наруто, который с помощью нескольких клонов разбирался с кучей бумаг. Кушина улыбнулась, когда один из клонов упал, и все бумаги разлетелись по кабинету. – Теперь мы всего лишь марионетки в непонятной игре и обуза нашим детям. Всё ведь не закончится через десять лет. – Она с отвращением посмотрела на печать, похожую на проклятую метку Саске, которая находилась у неё на запястье. Хьюга обнял её. -Возможно, нет, но тогда мы уже сможем сами выбирать свою судьбу. Если всё не закончится, то тогда мы сможем помочь нашим детям, а то и внукам. Не нужно отчаиваться, Помидорка, тебе это совсем не идёт. -Хиаши! – Оттолкнула смеющегося друга покрасневшая Узумаки. Теперь она уж точно напоминала томат. -Извините, Кушина-сан, там Шикамару спрашивает, что нужно купить из продуктов. – Появился в проёме двери Неджи, тем самым не дав Ханаберо придумать ответ. -Сейчас спущусь. – Улыбнулась женщина и, кинув лукавый взгляд на парня, вышла из комнаты. Pow Цунаде Пятая сидела на той скамье, где несколько лет назад она прощалась с Джирайей и пыталась разобраться в себе. Точнее она просто пыталась понять, что теперь значит для неё Дан. Точнее всё было ясно уже давно, просто нужно было как-то донести до самого Като её решение. В те два дня, что они провели в Амегакуре, у них не получилось нормально поговорить, а раньше она просто не могла себя заставить. -Цунаде, можно тебя на пару слов? – было видно, как он волнуется. Женщина хотела подойти, но Минато ревностно схватил её за полу накидки. -Мааам, ну зачем тебе этот мужчина! – надул губки мальчик. – Папа обязательно вернётся! Он же тебе обещал! Да и Орочимару-сан обещал! Я хочу спать… - Минато начал тереть глаза, поглядывая на реакцию матери, которая решила подыграть ему и отвела его в комнату, которую им предоставляла Конан, на время пребывания бывшей Хокаге. В доме Учих у них тоже ничего не вышло. Слушая монолог Дана о том, что у них ещё может всё получиться, она пыталась убедить его, что это лишь иллюзия. Вскоре она поняла, что он принимает её за ту двадцатипятилетнюю девушку, какой она была много лет назад и поэтому решила проверить своё предположение: сбежит ли он, как только увидит её настоящую. Как оказалось, сбежит. Точнее при виде её настоящей он отшатнулся от неожиданности, и на его лице появилось выражение разочарования и грусти. Больше он в тот день к ней не приставал. Сейчас, спустя несколько дней после возвращения в Коноху, она понимала, что разговор всё же неизбежен. Им нужно объясниться и тогда с её плеч спадёт большой груз. Она понимала, что теперь между ними нет ничего общего, кроме общих воспоминаний, да и те болезненные. Женщина кивнула своим мыслям и направилась к дому призванных.