Сестра

Вика и Лена зашли в яркую комнату, солнышко пробиралось в каждый уголок. Было слышно, как смеются дети. Лена села на пол, а Вике предложила сесть на диван, так будет удобнее слушать. Высоцкая запротестовала, но с Щукиными спорить бесполезно, поэтому было проще сдаться. Лена вздохнула и, сжав в руке медведя, решила начать. Правда, зная своего брата, девушка проверила, что Дима не сидит под дверью и подслушивает. Щукина посмотрела в карие глаза подруги: — Сейчас ты услышишь то, что никто никогда не слышал. Я очень хочу, чтобы ты поняла, постаралась. *** «Питер. Город слёз и печали. Почему я тут? Не в Москве, далеко от мамы? Как она? Не знаю, уже несколько дней не могу с ней связаться, такое ощущение, будто что-то случилось. В организме будто всё переворачивается, лишь бы всё было хорошо! Мама, я скоро приеду, осталось немного!». Лена закрыла дневник и слезла с подоконника. Соревнования, проходившие в Питере каждый год, были обязательным. И вот очередной раз Школа приехала выиграть все призовые места и уехать домой. Это было традицией, если выиграем, значит, год будет хороший. Северная Столица всегда принимала гостей солнышком и небольшим ветром, а в этот раз погода разбушевалась. Проливные дожди и грозы, не прекращаясь на сон, бежали по пустынным улицам города. Никто не хотел выходить на улицу, если только было что-то срочное, тогда выхода не оставалось. Казалось, что небо плачет, горькие слёзы покрывают дороги и дворы Санкт-Петербурга. Щукина весь день была не своя. На тренировке три раза упала, чем очень порадовала Князеву. Олеся пыталась понять, но если сам человек не знает, то как это могут знать другие? Гудки в телефонной трубке, что девушка слышала каждый раз, когда пыталась связаться с мамой. Женщина была занятая, но телефон всегда держала заряжаемым и в кармане. Лена волновалась за маму, поэтому набрала соседке, та обещала зайти после работы. Это успокоило, но ненадолго. Сердце бешено билось, хотело выскочить, но не имело такой возможности. Максим Князев умело пользовался таким состоянием соперницы по команде, неважно, что его сестра катается хуже. Лена может спокойно привести к победе, а Князевой надо постараться. Враг, что всегда строит коварные планы, только не по захвату власти. Парень зашёл к однокласснице в номер. Лена заснула, рядом звонил телефон. Как «хороший» друг он хотел сбросить. Но экран показывал фотографию мамы. Мама - это святое. Князев толкнул девушку, отчего она проснулась, и быстро убежал. Заметив телефон, она быстро ответила на звонок: — Мама, привет! Я так волновалась. Что случилось? — … — Нет, этого не может быть, так нельзя. Ты скорую вызвала? Нет, мама! Я не хочу, прошу тебя. — … — Алло, мама, мамочка, ответь! Умоляю тебя! Ты не можешь меня оставить одну, не можешь! Тишина... Послышались шаги, видимо, соседка пришла проверить. Сейчас она заметит телефон и возьмёт трубку, сообща самую страшную новость. Мама умерла. Ты не до конца осознаёшь, что происходит. Мозг отключается, сердце бьётся тише. Только дождь и ветер слышно, который завывает за окном. Но так нельзя, человек пройдёт три стадии. Отрицание, осознание и истерика. Последняя будет самая страшная. Нужен человек, который будет рядом. Пришло осознание, одна, осталась совсем одна. Проклятый Питер, она здесь, а мама в квартире, одна и мёртвая. Сердце, оно не выдержало. Это конец, но так же не должно быть. Есть только один выход — это смерть. Осуждение будет, но ты уже будешь далеко. Лена вскочила и побежала на крышу, в гостинце она открыта. Есть перильца и, вроде как, безопасно. Но это не так. Щукина посмотрела вниз, люди спешат куда-то, у всех свои дела, семья. А она одна. Перелезла через перила, держась руками, она посмотрела вниз. Отпустить и сделать шаг, ведь это несложно. Стоп! Кто-то держит. Повернув голову, Лена увидела Максима. Он крепко её держал, так не хотел, чтобы она упала и разбилась. Резким движением Князев затащил её обратно, девушка не успела ничего сообразить: — А, может, не стоит, это слишком страшно. — Я хочу умереть, пусти меня. Князев тогда не знал истиной причины, но он долго орал на Лену, говоря всякие гадости, а дождь лил и лил, останавливаться не было смысла. Именно в этот момент Максим выиграл и морально сломал Щукину. Скорее всего, он сам этого не понял: — А теперь прыгай, вперёд! Максим просто ушёл, оставив Лену одну, но он был точно уверен, что она больше не прыгнет. *** Вика не могла поверить в то, что только услышала. Это казалось ей ужасной сказкой, но это была реальность, страшная реальность. Слова не находились, а слёзы сами наворачивались на глаза. Лена была права, стоило подумать о многом. Тишина продлилась недолго, пока в комнату не ворвался Егор, только что вернувшийся с занятий: — Я всё слышал!