Сестра

Лена закрыла глаза и глубоко вздохнула. Мысленно она перенеслась в мир тишины, где только она и лёд, который принадлежит лишь ей одной. Музыка разносится по всем уголкам, проникая в душу. Открыв глаза, Щукина поддалась ритму. В глазах загорелся огонь, словно он потухал лишь на мгновение и сейчас загорелся снова, но уже надолго. Девушка летала по площадке, прыжки становились всё выше, повороты превращались в единую картину, от которой невозможно оторваться. Улыбка и огонь в глазах передавались всем, кто находился в зале. Казалось, что Лена не замечает зрителей вообще, а танцует исключительно для себя. В каждом движении живёт позитив и радость, стоит только захотеть, и их почувствует каждый человек в любом уголке огромного мира. Когда музыка затихала, девушка исчезала, а потом резко появлялась из тишины. Казалось, что танец длится вечность. Зрители в зале смотрели, не отрывая взгляда. Егор и Дима заметили взгляды ребят, которые смотрели выступление Щукиной. Особенно было видно все эмоции у Кисляка. Андрей замирал на каждом прыжке, стараясь понять, как это. Прыгнуть вверх, а потом плавно приземлиться на ледовое покрытие и полететь дальше. Просто ехать — это одно, а когда ты ещё выполняешь разные комбинации — другое. В этом и разница между хоккеем и фигурным катанием. Анастасия Сергеевна наблюдала за будущей её ученицей и что-то отмечала в своём блокноте. Про каждую фигуристку можно было найти страничку, её плюсы и минусы. В данном случае тренер отметила больше плюсов, минус был один. Как посчитала женщина, в технике надо будет доработать переход с прыжка в поворот. Но данный элемент получается не у всех профессиональных фигуристов и мастеров спорта, всё приходит с опытом. Теперь Лена Щукина точно не сможет отказаться от места в команде, у неё нет выбора. Музыка закончилась, и Лена вынырнула из своего мира и оказалась в реальности. Восхищённые взгляды Алины и Оли можно было заметить сразу. Щукина хотела подъехать к девушкам, но Алина запротестовала и попросила остаться в центре. Алина надела свои вторые коньки и выехала на лёд. Девушка насторожилась, но выполнила просьбу. Морозова подъехала сзади и обняла Лену: — Пообещай, что не будешь ругаться? — Ладно, — Щукина растянула слово, — обещаю. — Во-первых, это было потрясающе, ты рождена фигуристкой, — Алина кивнула Оле, — во-вторых, мы засняли это на камеру, и за тобой наблюдал наш тренер. — Что? — Лена про себя досчитала до десяти. — Зачем? — Такая фигуристка, как ты, не должна пропадать, — Алина крепко сжала ладонь новой подруги, — твоё призвание быть фигуристкой. Анастасия Сергеевна вышла из своего укрытия и подозвала к себе девушек. Алина потянула за собой Лену, и та спокойно поехала, даже сейчас она не злилась и не обижалась, Морозова ей чем-то напоминала Олесю. Такая же неугомонная, пока своего не добьётся. Анастасия Сергеевна улыбнулась: — Елена Щукина, я рада приветствовать тебя в нашей команде. Ты очень талантливая девочка, у нас скоро соревнование, и ты выступишь. Отказ не принимается, пошли поговорим ко мне, а то лёд освободить надо. Лена пошла за женщиной, она была даже рада. Пусть всё обернулось не так, как она планировала, но она всё равно будет на льду и выступать на соревнованиях. На первый взгляд тренер ей показалась добрая, но, может, в процессе работы всё изменится. На друзей и родных она не злилась, они ведь желали только лучшего и шли к своей цели хитрым путём. Олесе она проспорила, но это не страшно. Щукиной даже будет в радость приехать в Москву к подруге с братьями, главное, ей это сообщить и выслушать крики в скайпе насчёт мальчиков. Макеев был заворожён, танец проник в самое сердце и там останется. Настолько искреннее выступление он давно не видел, хоть иногда и смотрит за тренировками девушек-одиночек, когда они следующие по расписанию после его тренировок с «Медведями». Вспомнив о ребятах, он быстро погнал всех на лёд. Надо было закончить тренировку, то совсем распустятся. Во время выступления сестры Дима отвлёкся на Вику, некая сила управляла парнем, он просто развернул к себе девушку и впился в её губы. Вика ответила, такой нежный поцелуй длился почти до конца танца, но остался незамеченным для остальной команды. Ребята смотрели на Лену, не отрываясь. Потом Высоцкая с неохотой оторвалась от настолько манящих губ Димы и, отправив воздушный поцелуй, снова переключилась на Щукину. Было ощущение, что поцелуй был запланирован самой судьбой. После этого мысли Димы витали далеко от тренировки. Макеев это заметил: — Щукин! Ты что там спишь, или выступление сестры тебя вывело из строя? Пропустить десять шайб!!! Дима, ты меня вообще слышишь?