Пустынный Шторм. (рабочее название)

      2. Часть, в которой все пошло не так       - Ох черт, - Норт разглядывал окрестности в прицел. – Шеф, а не слишком ли их дофига?       При ближайшем рассмотрении становилось ясно, что не так уж и много их тут собралось. Пехоты батальон – человек семьсот, да несколько десятков БТР-ов примостилось примерно в полукилометре от них. Вся эта орава, выстроившись поротно, двигалась по направлению к облаку химической отравы, словно позабыв об инстинкте самосохранения. Среди них хватало стариков, едва переставлявших ноги, женщин, одетых в повседневную одежду вместо военной униформы, и детей, некоторые из которых вышагивали в школьной униформе, так что у всех танкистов повытягивались морды. Вооруженные кто во что горазд – в основном все те же египетские копии АКМ и РПК, и ни у кого не было даже намека на костюм защиты от химического оружия.       Появление из тумана бронегруппы из десятка танков и вдвое большего количества БМП внесло сумятицу в ряды противника.       Стройные ряды тут же распались, и вражеская пехота замерла в недоумении. Правда, разбегаться она тоже особо не торопилась, и Вест, решив, что с него хватит, уже было хотел дать приказ открыть огонь, как вдруг заметил, что на краешке поля зрения перископа что-то бликует. Довернув прибор наблюдения, он пригляделся.       В сторонке от основной массы пехоты стояло несколько автомобилей явно не армейского вида. Два джипа, БТР и один лимузин, возле последнего расположилась группа людей в совсем даже не военной форме, а самых настоящих костюмах, словно они на какое то общественное мероприятие собрались.       - Это еще кто такие? – спросил Вест, и секунду подумав, дал команду, предварительно сверившись с системой управления огнем.       - Норт, азимут три и двадцать, возвышение пять и восемь, дальность восемь, двойка.       - Че? – не понял Норт.       - Я говорю, въеби фугасным по тем пидарасам на два часа. Быстрее, они кажется сейчас разбегутся! Заработав сервоприводами, башня развернулась. Норт прицелился. Автомат заряжения всадил в казенник осколочно-фугасный снаряд.       С гулким «бам-с» казенник отъехал назад. Танк слегка качнуло. Автомат заряжения взвыл, досылая очередной снаряд. Вест взглянул в прибор наблюдения.       - Есть попадание, их раскидало!       На месте сборища лиц в костюмах висело облако дыма, сквозь которые проглядывались остовы машин. Лимузин и один из джипов полыхал, второй джип смело в сторону и опрокинуло, изрешетив осколками. А вот БТР не пострадал, и как заметил Вест, парочка уцелевших бросились к нему. Однако повторно выстрелить танкисты не успели – одна из БМП развернула башню и всадила в БТР очередь сорокамиллиметровых снарядов, так что тот стал похож на банку выпотрошенных консервов, после чего начал поливать местность вокруг, стремясь добить выживших.       - Не знаю, кто это были, но, надеюсь, мы только что отправили в Ад больших шишек.       - Шеф, а эти? – Норт глядел на толпы солдат впереди. После уничтожения группы неизвестных лиц их ряды мигом распались на отдельные части, не проявляющие активности. Спустя секунду они начали ходить кругами, словно все разом решили водить хороводы.       - Ну и какого лешего они делают?       От мыслей Веста отвлекла рация:       - Это «Мортимер». В тумане движение, это что-то большое.       - Неужто долгожданное подкрепление приехало?       - Нет, «Аксельбант». Это что-то ОЧЕНЬ большое.       Вестингауз крутанул прибор наблюдения, уставившись в сторону кормы. В отравленном тумане действительно мелькали какие-то тени, и к тому же, как ему показалось, отрава начала закручиваться вокруг чего-то массивного.       Смерч? Не может быть. Да и не похоже.       Толпа, в которую превратилась армия противника, тем временем тоже замерла, уставившись куда-то в туман, так что сейчас их не составляло труда перестрелять. И не исключено, что именно к этому бы все и пришло, если бы не внешние факторы, вмешавшиеся в бой.       К удивлению бойцов, туман начал двигаться по направлению к бронегруппе. И его скорость постепенно увеличивалась.       - Шеф, я что-то не догоняю, ветер же вроде в другую сторону….       На лице Норта отразилось недоумение.       - Какая разница, - отмахнулся Вест. – Пока мы за броней, нам ничего не страшно.       В тумане между тем, происходили, какие то пертурбации. Где-то глубоко в своей толще он уплотнялся, так, что в скором времени можно было разглядеть какие-то устрашающих размеров фигуры, похожие на карикатурно нарисованных одноногих человечков. Человечков высотой с трехэтажный дом.       Вестингауз обратил внимание, что ветер усилился – секунду назад это был легкий ветерок, дующий в сторону кормы, теперь же он подымал облако песка, забивавшего приборы наблюдения, а вражеская пехота едва держалась на ногах.       - Шеф, я ни черта не вижу! Может, пора отсюда сваливать? – Нортроп вглядывался в прицел.       - Пора, пора, - согласился Вестингауз и рявкнул в рацию. – Ребята, пришло время возвращаться. Назад нам лучше не соваться, ибо там творится какая-то чертовщина, так, что давайте дунем в объезд.       - «Беовульф» на связи, - ответила рация сквозь помехи, и Вестингауз вдруг понял, что качество связи постепенно ухудшается. Какого черта? – У нас одна машина застряла, мы не можем… нам нужно… Дальше все поглотил помехи.       - «Беовульф»? «Мортимер»? Какого хрена? «Аксельбант» два-ноль на связи, отзовитесь?       Вестингауз недоуменно уставился на рацию – их разделяли даже не сотни, а всего лишь жалкие десятки метров, не будь за бортом безумного вихря, забившую оптику песком, они могли бы узреть всех членов бронегруппы, но рация вела себя так, словно их разделяли километры забиваемого мощными помехами эфира. Никакая станция РЭБ так не умеет.       - Да какого черта? – спросил себя командир роты, и тут понял, что его шепот не слышен из-за странного завывания. Спустя мгновение он понял, что вой этот, отголосок чудовищного рева бури за бортом. И в этот момент им в борт словно кувалдой врезали. А потом еще раз, и еще.       Холодной волной накинулась паника.       - Локхид, вывози нас отсюда! – Вестингауз уставился в панорамный прибор наблюдения – сплошная песчаная взвесь.       - Норт, ты что-нибудь видишь?       - Ни хрена, тут все песком забито.       Турбина, наконец, взвыла, вытягивая танк из неведомо откуда взявшейся бури, но что-то с ней было не так. Вместо ровного воя слышался странный дребезжащий звук, словно в жестяную банку горох засыпают. Вестингауз, холодея, понял, в чем дело – воздухозаборники всасывали огромные толщи песка в двигатель, и вряд ли газовой турбине пойдет это на пользу.       Вестингауз представил, каких эпичных трендюлей он получит, когда в части узнают, что он угробил танковый движок, и похолодел еще больше.       Но потом он вспомнил идущий против ветра, вопреки всем законам логики, ядовитый туман, возникшую, словно из ниоткуда бурю, силуэты и замер в нерешительности. Но что-то внутри его подсказывало, что лучше получить по шее от начальства и на несколько дней писать рапорты и объяснительные, чем встретиться с тем, что скрывает ядовитый туман.       «Да черт бы его побрал этот двигатель! Не расстреляют же меня за порчу имущества?!»       Внутренние прения Командира пресек сильнейший удар в борт, от которого содрогнулся весь танк.       - Ни хрена себе?! Это что было? – лицо Нортропа перекосила гримаса ужаса.       А в следующую секунду танк накренился и резко встал, словно во что-то врезавшись. Танкисты послетали со своих мест. Вест врезался шлемом об ограждение орудия, так, что в голове зазвенело.       Когда стало ясно, что они застряли, Вест приказал глушить турбину.       Ветер бушевал еще в течение получаса, после чего стих, словно его и не было.       У Вестингауза до сих пор звенело в ушах, так что он массировал виски, сняв шлем. Где-то на грани сознания мелькали невеселые мысли.       Нортроп, осторожно поглядел в прицел.       - Шеф, ветер стих. Че делать будем?       Вестингауз не переставая массировать виски, взглянул в перископ, но из-за забившегося в оптику песка ничего не увидел.       - Локхид, ты живой?       Кряхтящая груда шмотья утвердительно кивнула, потирая голову.       - Включи турбину, поглядим, как наша машина.       Нарастающий вой возвестил о том, что танковый движок еще жив, но на этом хорошие новости кончились. Турбина угрожающе скрипела и дребезжала, наводя на мысль, что жить ей осталось ровно до возвращения в расположение рембата. Кроме того, судя по характерному звуку, фильтры окончательно забились песком, и едва пропускали воздух.       Но сейчас танкистов беспокоило не это.       - Так-с, перед нами дилемма, - начал Вестингауз. - Мы ослепли, поскольку песок и камни повредили оптику, и к тому же, допускаю, что ствол тоже забит песком, так что использовать главный калибр опасно. В тоже время выйти наружу мы пока не можем. Надо убедиться, что ядовитое облако рассеялось. Я не эксперт, но насколько я знаю, времени на это потребуется не мало. К счастью, у нас есть газоанализатор, и нам необязательно вылезать наружу, что бы узнать, очистился ли воздух от этой гадости.       В этот момент по командирскому люку кто-то постучал.       - Кто там? – недоуменно спросил Локхид.       Прошла секунда, другая. На третьей башню потряс сокрушительный удар, так что у танкистов глаза на лоб полезли.       - Что?! Опять??? – Завопил Норт. Ощущение было такое, словно кто-то врезал по танку исполинской кувалдой.       Вестингауз вспомнил неведомые силуэты, возникшие в тумане незадолго до начавшейся бури, и похолодел.       С другой стороны, может, это выжившие солдаты врага закидывают их танк противотанковыми гранатами? Да нет, не похоже, уж больно удары мощные.       - Локхид, давай полный газ, нам надо валить отсюда. Не знаю, что за дебилы стучат по броне, но если у них есть противотанковые заряды, нам жопа.       Покалеченная турбина надсадно взрыла, а по борту кто-то поскребся. Танк недовольно покачнулся, и Локхид дал назад, попытался развернуть машину, после чего дал полный газ. Наконец, судя по ощущениям, танк успешно преодолел неведомое препятствие, и двинулся в неизвестном направлении. По броне продолжали долбить чем-то тяжелым.       - Да что же это, черт бы его побрал?! – Норт завертел башней, силясь напугать врага, но тот, то ли знал, что машина слепа, как новорожденный котенок, то ли просто ничего не боялся, и продолжал бить по броне, даже когда танк изрядно разогнался. Не прошло и половины минуты, как последовал новый удар. На сей раз его ни с чем нельзя было спутать, им в корму только что прилетел снаряд. Что-то снаружи завизжало, заскрежетало, танк резко затормозил и, судя по ощущениям, закружил на месте.       «Гусеницу перебили», - догадался Вест. – «Ну, теперь нам хана».       - Шеф, что делать будем? – В глазах Норта сквозил страх. – Может врежем куда нить, хоть спугнем?       - Не дури, в пушку песка забилось дофига, не хватало еще врезать дуба из-за разорвавшегося орудия. А так, может они нас в плен возьмут…       Они подождали еще немного. Ничего не происходило, в том плане, что никто больше не стучал по башне, не прилаживал к корпусу противотанковый заряд, не вскрывал броню, и вообще они уже несколько минут как живы, хотя их боевая машина слепа и безоружна – приходи да бери.       - Твою дивизию… - с тоской сказал Локхид, представив грядущие перспективы.       - Ну, если есть желание, можем умереть героями, ага, - Вестингауз кивнул на личное оружие в лице автоматов.       Нортроп, который вообще не представлял, как это можно воевать, не имея между врагом и собой толщи брони, и откровенно презиравший пехоту, взглянул на оружие с откровенным ужасом.       - Ничего, - сказал он скорее для собственного успокоения. – Наши вроде как уже должны быть на месте, мы же не единственное подразделение в округе. Может они уже всех этих папуасов разогнали.       Вестингауз достал газоанализатор, и установил его в специальный клапан в командирском люке.       Прошло несколько секунд томительного ожидания.       - Хм, эта штука, показывает, что за бортом все нормально, хотя мне в это вериться с трудом. За час или сколько там прошло, вся эта гадость рассеяться не могла.       Они переглянулись.       - Надеть противогазы, - приказал Вестингауз.       Они подискутировали еще с минуту, пока не пришил к общему консенсусу.       - Вылезать осторожно, - наставлял подчиненных Вестингауз. - Некоторые химические яды оставляют характерный осадок, от которого могут остаться нехилые ожоги. Иприт из таких, кстати, хотя вряд ли эта гадость родственна иприту…       Наконец, когда все было проверено, противогазы надеты, воротники и перчатки натянуты до упора, Вест откупорил свой люк, и опасливо полез наружу, одной рукой придерживая газоанализатор, другой держа автомат.       Кожа с него не сползла, адская боль не скрутила, и вообще местность кругом была свободна от какого бы то ни было дыма. Это было крайне странно.       - Странно. Отравленного облака вообще не видно.       Вест пригляделся, протер стекла противогаза.       Местность удивительным образом преобразилась. Что-то оставило на песке несколько шикарных борозд, таких глубоких, что в них мог без проблем свалиться их танк. Судя по следу, который они оставили, как раз на такую борозду они и напоролись, когда Вест врезался башкой об ограждение орудия.       Вестингауз вспомнил громадные силуэты, появившиеся в тумане, и опасливо завертел головой.       Внимание командира привлекло что-то, валяющееся недалеко от их танка. Приглядевшись, Вестингауз недоуменно нахмурился, и, помедлив, залез обратно в танк и захлопнул люк.       - Так-с, - медленно проговорил он, оглядывая экипаж. - Либо у меня уже начались глюки из-за этой гадости, либо… либо все очень плохо. Рядом с нами валяется что-то…       Он помедлил.       - Что-то непонятное.       Норт скривился, осмотрев автомат, дослал патрон и снял с предохранителя.       - Шеф, ты меня пугаешь, давай уже вылезем наружу. Двум смертям не бывать, а одной не миновать, чего уж там, шкура пластами не сползает, и на том спасибо, а уж глюки я как-нибудь переживу. И они полезли наружу.       Норт, ошарашено оглядывал неведомо откуда взявшиеся борозды, задумчиво рассмотрел барханы, нанесенные ветром, но больше всего его внимание привлек неведомый предмет возле танка.       Пока Вест и Локхид прикрывали, Норт осторожно подбирался к предмету, наставив на него ствол.       Это был какой-то зверь. Что-то, телосложением похожее на большую кошку с шестью лапами. На концах каждого бугрились мощными костяными наростами, подобно шипам булавы, могучие ступни с короткими и толстыми когтями. Сами лапы имели явно больше суставов, чем положено млекопитающему, да и длинной явно не обижены, так что трудно было сказать чего в них больше – паучьих конечностей, или все-таки кошачьих. Голова типично кошачья, примерно как у ягуара, но намного массивнее. Кое-где – тело было прикрыто странной, словно приросшей к шкуре зверя серой броней органического происхождения Все тело, кроме брони, покрывали типично леопардовые черные пятна на оранжевой шкуре.       Размерами все это могло поспорить с носорогом. К счастью, оно было мертво.       Не исключено, что раньше у твари был хвост, на это намекали валяющиеся рядом ошметки, теперь вся филейная часть зверя была разворочена в кровавую кашу, так что можно было разглядеть торчащий из страшной раны хребет, разбросанные кругом осколки таза и бурые пятна на песке, намекающие, что внутри у этой кошки строение вполне органическое.       - Что это? – ошеломленно спросил подошедший Локхид, осторожно оглядываясь. – Это оно по броне стучало?       - Может и оно, - отрешенно сказал Командир. Задумчиво постояв над трупом неведомой зверушки, он побрел в сторону танка.       - Мать моя женщина, - севшим голосом сказал он, оглядев машину. И больше всего его поразили, конечно же, не сорванная антенна, словно пескоструйной машиной обработанные стекла приборов наблюдения и дальномера, пришедшие в негодность и требующие замены. И даже не песчаная пробка в стволе орудия. А длинные, устрашающие своей мощью борозды, оставленные когтями на броне. Они были неглубокими, эти борозды, всего-то пара миллиметров, но они были проделаны в первоклассной броневой стали, которую никакие когти в мире даже поцарапать не способны.       Если только…       Вест отогнал нагрянувшую было мысль.       Но вот кое-что привлекло его внимание, он подошел к соскочившей гусенице танка. Поддерживающий каток был сорван, гусеница рассечена, а на броне напротив сорванного катка осталась шикарная борозда от снаряда. Снаряда мелкокалиберного, к счастью, далеко не танкового калибра, а скорее орудия БМП. Вестингауз вспомнил слышимую недавно стрельбу, еще раз оглядел следы, выстраивая в мозгу ход событий.       Вот их танк влетает в борозду, их сметает со своих мест. Они дезориентированы, и ждут, пока буря прекратится. Потом эта тварь их находит, следует удар по броне. Эта штука вознамерилась добраться до начинки, но сил явно не рассчитала. К ее счастью, из-за бури танк ослеп и стал безоружен. Дезориентированный экипаж не находят ничего лучше, чем просто дать по газам. Кое-как выбираются из ловушки, дальше… а что дальше?       Вест разглядывал оставленные монстром и танком следы. По всему выходило, что кто-то открыл огонь по твари, но задел танк, сорвав ему гусеницу. Это еще повезло, бортовая броня у «Ихневмона», как и вообще почти любого танка, заметно тоньше лобовой, и попади снаряд под прямым, а не острым углом, все могло бы закончиться для них печально, тем более что стреляли бронебойными.       Он оглядел местность и только тут заметил торчащую из песка башню. Из-за пустынной маскировки она почти сливалась с окружающей местностью. Поначалу подумал, что ее оторвало, но спустя мгновение сообразил, что это засыпанная песком БМП. Подойдя поближе, они смогли разглядеть останки двух тварей, как две капли воды, похожих на первую, ошметками лежащих возле башни. У самой БМП были сорваны ящик ЗИП, антенны и вообще все навесное оборудование, по броне кое-где, словно наждаком прошлись. Вест сильно сомневался, что обычная песчаная буря на такое способна, хотя он уже понял и принял тот факт, что эта буря была совсем необычной. Не малую толику в энтропию внесли эти монстры, на броне отчетливо виднелись следы когтей.       Когда они подошли ближе, то увидели, что часть корпуса за башней изувечена. Песок проник в многочисленные проломы корпуса, причем проломы не были миниатюрными отверстиями, которые обычно оставляют после себя бронебойно-подкалиберные снаряды. Не были они похожи и на проломы, какие бывают в тонкой броне после фугасных снарядов. Корпус словно придавили сверху, так что швы не выдержали, и расползлись, и в образовавшиеся прорехи хлынул песок.       - Матерь божья, упокой их души, - тихо сказал Вест, разглядывая то, что осталось от боевого отделения. Башне и тому, что перед ней, повезло намного больше, а значит экипаж БМП должен был выжить. Башня повернулась к танкистам, так что те замерли. Открылся люк наводчика, из которого вылез белый как мел паренек двадцати лет отроду.       - Господи, Господи, - шептал он в страхе, оглядывая лежащих подле машины зверей.       Вскоре из машины вылез командир. Дальнейшие расспросы выявили, что сразу после потери связи на их машину, по описанию командира, «наступило что то очень тяжелое», так что корпус, не выдержав, заскрипел и треснул, словно переспелый орех и внутрь хлынул песок, засыпав всех доверху. Этих двоих спасло то, что боевое отделение было изолировано от остальной части боевой машины. Механику-водителю не повезло – его место не было изолировано от десантного отделения, и обезумевший ветер быстро закатал его в песок с головой. По описанию выживших, сила у ветра была неописуемая, хотя танкисты и сами это уже поняли.       Заодно стало понятно, почему оптические приборы БМП не были повреждены песком – сразу после начала бури, экипаж предусмотрительно захлопнул специальные бронезаслонки, защищавшие оптику от осколков. На танке тоже такие были, но экипаж просто забыл про них в тяжелый момент.       - Значит так, перед нами сейчас две задачи. Первая – найти остальных. Вторая, дождаться подмоги. Она уже скоро должна быть здесь.       Однако вытащить паренька из башни оказалось невозможным. Он наотрез отказывался покидать боевое отделение, с ужасом в глазах оглядывая окрестности       «Спекся», - печально подумал Вест.       - Шеф, может и правда, ну его нафиг? – Заметил Норт. - Здесь может обитать туева куча этих тварей, давай подождем подмоги, а там уже займемся поисками. Я буду чувствовать себя лучше, если надо мной будет висеть пара «Апачей» или «Суперкобр».       Командующий Ротой тяжело вздохнул. Действительно, сейчас заниматься поисками было чревато.       - Ладно. Ладно, ребята, давайте-ка быстро осмотрим нашу машину и глянем, что можно сделать.       Осмотр не выявил серьезных повреждений кроме побитой оптики и сорванной гусеницы. Хотя сама-то оптика была в полном порядке, а вот бронестекло, ее защищавшее, было исцарапано в хлам. Вскоре из ящиков ЗИП был вытащен запасной комплект, который оперативно заменил поврежденное стекло, а главное орудие и пулеметы очистил от песка и прочего мусора. С гусеницей было сложнее. Танкисты убили полчаса, что бы натянуть ее обратно – к счастью, танк не лишился ее полностью, его катки по-прежнему покоились на гусенице, оставалось лишь натянуть ее сверху и соединить. Для этого Вест закрепил один конец троса за последнее звено гусеницы, второй обернул вокруг «звездочки» кормового ведущего колеса, после чего дал команду Локхиду. Тот слегка поддал газку, и ведущее колесо начало медленно наматывать трос, подтягивая конец гусеницы к себе, пока она наконец полностью не наползла. После этого оставалось лишь сменить поврежденные звенья на новые, благо их хватало, закрепленных на броне в качестве дополнительной защиты. Конечно, оторванный поддерживающий каток не присобачить обратно, ну да и без него худо-бедно ездить танк будет. Под конец придавленные усталостью танкисты решил перекусить сухпаем, рассевшись в тенечке у танка.       - Шеф, что ты по поводу всего этого думаешь?       - Я бы предпочел читать о подобных вещах в фантастической литературе, сидя где-нибудь в кресле у камина. Не знаю, что это за чертовщина, и откуда она взялась, но мысли меня гложат не самые радостные.       - Шеф, - Вест улепетывал разогретый беспламенным химическим нагревателем суп в три горла. – Зачем мы так корячились с этой гусеницей? Подождать БРЭМ не судьба?       Вест молчал, разглядывая уполовиненный стакан с чаем.       - Или боитесь, что не дождемся? – тише добавил Норт.       - Слушай… - тихо начал командир роты. – Сколько мы здесь сидим?       - Ну, с начала всей этой кутерьмы уже больше трех часов прошло. Мы на эту гусенку столько времен угрохали.       - Да, - тихо сказал Вест. – И ни слуху от наших. УКВ Рация молчит, хотя чую, помех вроде как уже нет, длинноволновка работает с перебоями, и ничего толкового поймать не вышло. А ведь хотя бы самолет мы видеть должны были? Авиацию «Теула» вызвал еще до нашего наступления. Где все это?       Они молчали       - Что с теми двумя? – Спросил Вест у Локхида, который как раз шел от БМП.       - Они в глухую отказываются вылезать. Говорят, пока свои не подвалят, будут сидеть внутри. По-моему у них крыша поехала.       - От такого не поедет, как же. – Вест оглядывал горизонт… и тут с холодком в груди понял, что видит нечто непонятное. – Мать твою, это что, опять оно?!       Все обернулись.       С той стороны, где полагалось находиться войскам Альянса, к группке танкистов огромными скачками приближалось нечто шестилапое, огромное, мохнатое, пятнистое…       Скорость, с которой оно сокращало дистанцию, поражала. Каждый гигантский прыжок съедал за раз десятка два метров, так что тварь без проблем могла обогнать гепарда.       Локхид бросился к месту мехвода. Секунду спустя остальные бросились к своим местам.       - Орудие к бою!       Пошли томительные секунды активации комплекса управления огнем. Автомат заряжения дослал снаряд в казенник. Вест прильнул к прицелу.       - Бей его! – рявкнул Вест и Норт секунду спустя нажал на спуск.       Гулко рявкнула пушка. Тварь как раз прыгнула, когда снаряд прилетел, но к счастью, понимая, что попасть в такую юркую цель ему не удастся, Вест целился не в саму тварь, а участок земли в непосредственной близости от нее, рассчитывая поразить ее осколками. Снаряд срезал мелкую возвышенность, и, рванув, отшвырнул зверя, так что тот проехал боком по земле, бессмысленно забив лапами. Похоже, осколки срезали ей одну конечность.       - Повторить!       Однако автомату заряжения требовалось время для заряжения пушки, а зверь уже встал и снова бросился в атаку, хотя и не так резво. Их разделяло уже меньше километра, когда проснулись те, кто сидели в покалеченной БМП и заметили наконец, что танк куда-то влепил снаряд. БМП завертела башней, и на чудовищную кошку обрушился град снарядов.       - Да, скорострелка против нее работает лучше чем пушка, – заметил Вест.       Прямое попадание снаряда в грудь, наконец, разорвало тварь на куски, так что конечности в стоны полетели.       - Есть! – заорал Вест. – Так его!       Однако триумф длился не долго – Вест заметил, что с той же стороны к ним приближаются еще несколько шестилапых кошек.       И на сей раз они были не одни.