Венок

Это было нелепо и глупо, абсурдно. Нежность. Трепет. Жилы - провода, тяжёлые кованные браслеты, длинные белые пальцы, бордовые пластинки ногтей, и громоздкая железная махина, созданная чтобы крушить, чтобы кровь и разможжёные головы, чтобы мясо и обломки, созданная из боли и метала. И незабудки, много крохотных синих незабудок, цвета августовского неба. Юстасс Кид плетёт венок. Звучит нелепо, абсолютно нереалистично и вероятно жалко. И трогательно, до слёз. Протез не предназначенный для такого только выводяще скрежещет, Кид сильнее хмурится и сжимает зубы. Непривычные к нежности пальцы подрагивают от напряжения, неловко загибают тонкие стебельки, цепляют их один за другой. Кид кривит яркие, как и у многих рыжих по бабски нежно-красные губы. Крохотные цветочки выскальзывают. Эфемерная синева не метал, и не хочет подчиняться ему, она рассыпается лепестками и безразлично покачивается. Раздражение приходиться проглотить - погладить по колкой шерсти и отправить дремать. Юстасс Кид учится чувствовать. Ему 20 и он впервые встречает заботу. Едва уловимая нежность так врезается в кожу и память, что даже страшно, страшно и в груди щемит. Старается рассчитывать силу, и обуздывать ярость. Потом начинает замечать лучи солнца в воздухе, слышать чарующую тишину, ощущать умело сокрытую ласку и во второй раз влюбляется в Трафальгара Ло. Глупо сказать что острый как свои скальпели и ехидный от улыбки до ловких пальцев хирург располагает к теплу. Кид в бешенстве, а он ловит кайф. Юстасс ломает и держит крепко, до онемения - хирург подначивает и давится болью. Юстасс успокаивается, а врач заклеивает свои ссадины, замазывает кровоподтёки, прихрамывает и странно улыбается. Ло накрывает его одеялом и ласково перебирает рыжие волосы когда решает что тот уснул, а через несколько часов умело провоцирует, тащит в дом верёвки. Трао начинает кричать не просыпаясь. А потом и вовсе перестаёт спать и тащит в дом скальпели. Становится страшно. Юстасс учиться любить. Цветы от горизонта до горизонта, бесконечно прозрачное небо, ласковый ветер, человек с растрёпанными рыжими волосами и граблей-протезом вплетает в синеву золото и стальные острые травинки, маленькие дрожащие метёлочки вероятно ненавидят его и не хотят ложиться красиво. Юстасс Кид учиться плести венки. Трао наконец-то спит, спит посреди бесконечного поля у него на коленях. Рыжий выдыхает и волнуясь опускает на угольные волосы чуть косой венок. Серые глаза сонно моргают, пальцы с мягкими подушечками осторожно ощупывают цветы. Кид сцеловывает с искусанных губ по детски чистую, первую улыбку.