Не в своем времени

Следующее утро. - Ну что, идем завтракать? - Тоома уже успел одеться, пока Луиз просто стоял и смотрел на него. - Наверное, да. Через секунду понял, что все это время со вчерашнего вечера так и провел обнаженным, потому натянул брюки и рубашку. Тоома же вызвался собрать его волосы. В итоге из зеркала на Луиза смотрел, кажется, другой человек. Волосы вместо тесемки собирала широкая атласная лента, отчего они казались еще гуще, чем обычно, и плавно спадали на плечи. Рубашка была наполовину расстегнута, обуви же не было вовсе. Это было так не похоже на его обычный вид! Строгость во всем приветствовалась во дворце, а уж во время сражений и тренировок и подавно! Потому рубашки его всегда были застегнуты на все пуговицы, да и форма всегда присутствовала. Но больше всего изменились глаза. Из них словно бы ушел тот стальной блеск, что приводил в ужас его недоброжелателей, появились какие-то теплые нотки. Луиз заглядывал в эти глаза и не узнавал их. Словно в нем открылось что-то такое, о чем он раньше и не подозревал. В этот момент пришла мысль о Луке. Может быть, все его предательство было не таким уж абсурдным? Весь Инфернус в свое время обсуждал, какой же Лука дурак, как он мог променять то, что ему светило в будущем, на какую-то человеческую девушку. Да не простую девушку… Сейчас же, осматривая эту теплую комнату, наблюдая за Тоома, застилающим кровать, он понимал: оно того стоит. Один день тут стоит всех почестей у его Повелителя. Всех девушек Инфернуса. Всей славы. - Ну ты чего так на себя уставился? Не можешь поверить, что такой красивый? Вот и правильно, я тоже не могу! Тоома, справившись со своим делом, приблизился к Луизу, обнимая того со спины за талию. Разница в росте у них была достаточно большая, и это обстоятельство делало их очень красивой парой. Строгий длинноволосый Луиз, постоянно думающий о чем-то своем и редко показывающий эмоции, и юный повар, слишком простой и жизнерадостный, слишком мягкий. Такой яркий контраст, как казалось на первый взгляд, должен был их очень отдалить друг от друга. У них не находилось бы ни одной общей темы для разговора. Как же они сблизились? Если бы у Луиза был ответ на такой вопрос. Что-то нужно было выяснить. - Слушай, Тоома… - Что? - А сколько я уже с вами живу? Повар задумался, выпустил Луиза из объятий и с задумчивым видом стал загибать пальцы. Через минуту выдал: - Полгода уже! А ты сам не помнишь? - Да, забыл что-то… Это, пожалуй, был единственный и самый безопасный вопрос, какой мог себе позволить опаст. Спрашивать о том, как он попал в особняк, было в большой степени просто глупо, никто не поймет. Признаваться в том, что он ничего не помнит - не хотелось. То, что это сон, Луиз не думал. Этой ночью ему было так хорошо, как во сне просто не бывает. Шелковая кожа Тоома, которой было так приятно касаться пальцами и губами, его негромкие стоны и полузакрытые глаза - все это возводило к самым вершинам блаженства и покоя. Честно говоря, впервые за всю свою жизнь Луизу было невероятно хорошо просто так. От одного того, что пареньку, делящему с ним постель, невероятно приятно любое его движение. Казалось, у Тоома в несколько раз больше нервных окончаний, чем у любого человека, и любое касание им чувствовалось в миллион раз сильнее, чем любому другому человеку. При таких воспоминаниях Луиз слегка покраснел. И правда покраснел? Странно. Такое поведение не в его стиле. Чтоб он стеснялся секса? Прежде он спокойно мог бы им заняться в присутствии десятков людей, если бы в этом была необходимость. Если бы ему очень сильно захотелось. Но то, что происходило этой ночью в этой спальне, было намного интимнее, чем просто секс. И назвать сексом их обмен ласками язык бы не повернулся - слишком прекрасно и слишком величественно. Слишком… Все слишком. - Ты чего это? - Ничего, - буркнул в ответ, отвернувшись. Было стыдно. Влюбился как маленький мальчик. - Хорошо, тогда завтрак! В это утро завтрак был приготовлен Токо. Видимо, все оценили старания Тоома по приготовлению вчерашнего замечательного ужина и потому решили дать немного отдохнуть. Оно и лучше - больше времени повара достанется Луизу. Как только опаст и Тоома вошли в комнату, Луиз остановился как вкопанный. Лука. Вчера за ужином его не было, потому единственной их встречей был обмен взглядами через стекло. И к тому, что придется разговаривать с братом, опаст был совсем не готов. Даже смотреть на него сил не было. Приподнятое настроение куда-то пропало самостоятельно. Тоома, словно догадавшись о напряжении брюнета, посадил того в противоположный конец стола, подальше от брата. А так как за столом царило оживление, все громко обсуждали вчерашний ужин, то Луиз начисто забыл о том, что Лука стоит совсем рядом, в той же комнате. До одного момента. - Луиз, ты готов? Голос брата вывел опаста из равновесия. Конечно, все, что творилось тут, было более чем невероятно, но встреча с Лукой, которая не должна была закончиться неизменно битвой — верх сумасшествия. Кинув взгляд на Тоому, который с восторгом угощал всех вкусным завтраком, Луиз решился все-таки постараться поговорить с Лукой мирно. Наверняка его ангел невероятно расстроится, если начнется драка. Кроме того, меч Луиз оставил в комнате, так что вооружаться было нечем. Можно было конечно попробовать выколоть Луке глаза… Ну да ладно. День сумасшедший, необычный, значит и действовать нужно под стать ему - нешаблонно. - Да, Лука. - Тогда идем. Луиз поднялся из-за стола и вышел вслед за Лукой из столовой. Почему-то на миг ему показалось, что сейчас брат нападет, что все время до этого лишь играл, притворяясь, что спокоен при виде темного генерала. Но нет - тот лишь пошел вперед, без оглядки подставляя спину врагу. И не важно, что в этот раз врагом был его собственный брат. Они с самого детства не были близки, боролись сначала за доброе слово родителя, потом за место при дворе. Уже позже старались друг у друга забрать женщин, любое стремление и любую мечту. И будь они сейчас в другой ситуации - Луиз без оглядки бы вонзил нож тому в спину, наслаждаясь видом текущей крови, предсмертных хрипов и полными страдания глаз родного брата. Которому доставалось в свое время все по той простой причине, что он был старше. Казалось, обучение ему тоже дается очень легко, а раны совсем не болят. Казалось, ничуть не довлеет над ним проклятое имя предателей. Еще бы, он и сам стал предателем, не оглядываясь и не думая о семье. Просто ушел. Только вот сейчас впервые за очень долгое время Луиз, кажется, начал понимать Луку. Понимать, что ради любви можно было решиться на что угодно. Это все Тоома на него так повлиял… Странно - обычный мальчик, не идущий ни в какое сравнение с красавицами Инфернуса, что делили с ним постель. Тоома, кажется, не был слишком умен, предусмотрителен. Тут все решала его искренность. Та, с которой он восхищался Луизом, старался позаботиться о нем как можно лучше. Как внимательно следил за Хоцумой, готовым в любой момент кинуться в драку. Этот мальчишка взвалил на себя слишком большую ношу, стараясь подарить счастье самому несчастному и запутавшемуся темному генералу. Пока Луиз придавался разрозненным размышлениям о себе и брате, они дошли до небольшой комнаты. Дверь была открыта. Внутри комната напоминала какой-то штаб главнокомандующего большой армией. На стене висели какое-то карты, небольшая настольная лампа освещала небольшую часть стола с лежащими на нем бумагами. Что его тут ждет?