По прихоти демона

С недавнего времени - всего три месяца назад - я стал вести себя как можно незаметнее, хотя раньше всегда старался хоть как-то выделяться. За партой я теперь сидел один, постоянно носил байки с большим капюшоном, чтобы закрыться им от посторонних глаз, слушал музыку на переменах, чтобы ко мне лишний раз не цеплялись. Друзья и одноклассники считали моё поведение странным и необоснованным, пытались расспросить о чем-то, но я лишь на всех рычал, не давая шанса сказать хоть слово. Из-за этого от меня многие отвернулись и стали называть психом. Я не обижался, не пытался доказать обратное. Ведь правдой было то, что я превратился в психа. Когда меня неожиданно дёрнули за рукав, я дёрнулся и неосторожно поднял глаза, хотя обещал себе больше так не делать. Раньше бы я увидел перед собой весёлую, симпатичную одноклассницу с двумя милыми хвостиками, но теперь она для меня была одним из персонажей фильмов ужасов. Волосы девушки были всклоченны и покрыты каплями крови, глазницы были пусты, из них вытекала черная жидкость. Кожа на лице отслаивалась в нескольких местах и гнила, распространяя смрад, который мог почуять только я. Рот был полон маленьких белых червей и черных зубов, язык вырезан. И в довершение всего лишняя челюсть на правой щеке. Я, конечно же, люблю фильмы ужасов, даже фанатею по ним, но стоило мне увидеть такое вживую, как меня потянуло блевать, а по ночам я просыпался в холодном поту. Это было страшно. Так для меня выглядели все, на кого я бросал пусть даже мимолётный взгляд. Даже моя семья. Хотелось сорваться в туалет и хорошенько проблеваться, но пришлось перетерпеть спазмы и попытаться улыбнуться. Получилось криво и совершенно не искренне, но девушка не заметила. Она лишь приветливо улыбнулась в ответ, обнажая гнилые зубы. - Лёш, ты как? - поинтересовалась девушка, пытаясь высмотреть под большим капюшоном мои глаза. Я же их старательно прятал. - Всё в норме, Ань. Тебе не стоит волноваться, - удивительно, но у меня получилось сказать это довольно уверенно. Аня лишь пожала плечами и больше не стала ничего спрашивать. За это я был ей благодарен. Больше поддерживать маску спокойствия у меня вряд ли бы получилось. Прозвенел звонок. Я нехотя вытащил наушники и снял капюшон. Глаза предусмотрительно опустил. Ещё одного перса фильмов ужасов я не переживу. В кабинет вошла наша математичка. Внимательно осмотрев класс, она задержалась взглядом на мне. Я это ясно почувствовал. По телу дрожь пробежала. Мне внезапно сильно захотелось домой. Зашиться в комнате, включить ноут и смотреть комедии. Хоть как-то отвлечься от всего этого. Я просто скоро взорвусь! Рядом с моим лицом воздух ощутимо похолодел. Стоило догадаться, что и сегодня он не оставит меня в покое. "Какого хрена ты тут снова забыл?" - подумал я, зная, что он прочтёт мои мысли. Беркут ничего мне не ответил. Он молча сидел рядом, закинув ногу на ногу. Его яркие алые волосы были завязаны в низкий хвост. Они всегда привлекали моё внимание. Любимым развлечением Беркута было домогаться меня на уроках, особенно на контрольных, чтобы я не смог сосредоточиться и заваливал их. Я, конечно, не заваливал, но иногда был близок к этому. Сейчас демона тоже потянуло поразвлечься. Его левая ладонь легла мне на колено, от чего по телу прошёл электрический разряд. Беркут поглаживал меня по бедру, поднимаясь всё выше, к начинавшему напрягаться члену. Я сглотнул вязкую слюну и закрыл глаза, не представляя, чем это может мне помочь. - Филиппович, к доске, живо! - резкий и довольно громкий выкрик математички заставил меня едва ли не подпрыгнуть на месте. Ладонь Беркута исчезла с моего колена, а сам он издал разочарованный вздох. Впервые в жизни я был так благодарен этой крикливой женщине. Я медленно поднялся, всё ещё чувствуя напряжение в паху. Слава Богу, что у меня байка длинная, а то был бы пиздец. Спиной я чувствовал прожигающий взгляд Беркута. Что-то мне подсказывало, а именно моя задница, что сегодня дома я сполна расплачусь за сорванное развлечение демона. Математичка стала диктовать примеры, я их записывал. Решал чисто машинально, ни над чем не задумываясь. Голова была забита другим. - Филиппович, какого черта ты творишь? - заорала математичка. Я не понял сначала, чего это она, но потом посмотрел на доску. Да уж, писал я полный бред. А точнее, загадочные символы, которые снились мне почти каждую ночь уже неделю подряд. - Простите, - пробурчал я, стирая мел ладонью, и искоса посмотрел на Беркута. Тот был немного обеспокоен, но в целом ничего не изменилось. - Так, всё, хватит! Что с тобой творится, Филиппович? Я не ответил. Даже не повернулся. - На меня смотри! - приказала учительница. Пришлось послушаться, хотя мне этого очень не хотелось. Я прекрасно представлял, что сейчас увижу. Безобразное лицо, абсолютно без кожи. Мясо, сочащееся кровью. Во рту множество острых кривых зубов. Один глаз, болтающийся на нерве. И массивный дамасский кинжал, торчащий из головы. Красавица! Даже мозги немного виднеются. - Могу я продолжить? - спросил я, стараясь смотреть не на неё, а в сторону. - Ты... Что она хотела сказать, я так и не узнаю. Кто-то в классе громко, визгливо закричал. Я не мог понять, чего кричали, пока не увидел прямо перед собой торчащую из пола знакомую руку. Длинные пальцы крепко сжимали тонкий короткий кинжал, который сиял тусклым голубым светом. Спустя мгновение, которое показалось мне вечностью, я ощутил острую боль в правом боку. А рука отсалютовала мне двумя пальцами и исчезла. Ноги перестали меня держать. Я завалился спиной назад и осел на пол. Ладонь, которой я инстинктивно прижался к боку, была в крови. Значит, меня ранили. Больно. Очень больно. Это ведь всего лишь ножевое ранение даже не в жизненно важные органы, но боль такая, словно тело на куски рвёт. И она вспыхнула неожиданно. Я закричал. Хрипло, надрывно, потому что горло пересохло. Ко мне тут же бросились учитель и одноклассники. Они окружили меня плотным коконом, пытались докричаться, спросить, как я. Я слышал их, но ответить не пытался. Внезапно боль отступила. На её место пришли усталость и аппатия. Стало вдруг всё равно. Хотелось просто закрыть глаза и уснуть. Навсегда. - Лёш, ты меня слышишь? - знакомый голос. Я приоткрыл глаза. Надо мной нависал Беркут. Я не знал, могу ли его видеть только я или другие тоже? Да и не важно это было. Вокруг него я видел своих одноклассников. И они все были людьми. Просто людьми, а не монстрами из кошмаров. Это заставило улыбнуться. - Тебе больно? - снова спросил Беркут, протягивая ко мне руки. - Отвали, еблан! - сумел огрызнуться я, отталкивая его и с трудом поднимаясь. Кто-то кричал мне остановиться, но я не слушал. Хотелось уйти далеко-далеко. Кинжал я вытащил и бросил на пол. Он сразу исчез. Кровь потекла сильнее, заливаясь мне в ботинки. Джинсы прилипали к ногам. Противно. Больно. Немного. Не так, как раньше. Не представляю как, но я вышел из кабинета. Остановился посреди коридора, капая кровью на пол, осмотрелся. Меня качнуло. Я снова начал падать, но меня бережно подхватили и прижали к себе. Беркут. - Отпусти, - прохрипел я. - Успокойся, дурак, - это "дурак" от него звучало как-то слишком нежно. - Я помогу. Хотелось послать его куда подальше, но я не вовремя отключился.