По прихоти демона

Беркут стоял возле окна палаты и смотрел на улицу. Внизу безостановочно сновали люди, спешили куда-то, к кому-то или за чем-то. Они жили короткими мгновениями встреч и расставаний, радости от приобретённой вещи или окончания рабочего дня. Их жизнь была короткой, лишь мимолётной вспышкой для долгой жизни демона, но слишком яркой вспышкой, от которой у слуг Ада слепило глаза. Демоны не могли жить так же, как люди. Они слишком много знали, слишком много пережили, их жизнь постепенно становилась скучной, серой, они теряли эмоции. Некоторые демоны когда-то давно были такими же людьми, но по истечению времени они забыли об этом. Беркут тоже забыл. Он забыл о том, каково это - быть человеком. Но теперь вспомнил, когда встретил этого парня. Откуда взялись потерянные, исчезнувшие эмоции, он не знал. Они просто вспыхнули в один прекрасный момент, когда Беркут наблюдал так долго за Лёшей и его семьёй. В первое мгновение они его оглушили, а потом он разозлился. Парень некстати попал под горячую руку. Беркут потом долго сожалел о том, что прошло тогда. У него словно снова появилось человеческое сердце, которое мучительно болело. Спустя какое-то время Беркут ясно понял, что потерял в одно мгновение то, что так было ему нужно, и никак теперь прошлого не вернуть. Это было чертовски больно. Всё, что оставалось, это стать прежней бездушной сволочью. И вот к чему всё пришло. Услышав за спиной шорох, демон обернулся. Лёша пришёл в себя и теперь пытался сесть. У него не получалось. Он шипел и злился. Беркут улыбнулся. - Очнулся? - решил заговорить он. Парень бросил свои попытки изменить положение и посмотрел на демона. - Я в больнице? - вопросом на вопрос ответил он. Беркут кивнул. - Я принёс тебя сюда, когда не смог залечить твою рану. - Оу, а ты даже пытался? - съязвил Лёша. Было неприятно слышать издевательские нотки в его голосе. - Да, но я ничего не смог сделать. Такие раны не заживают. От них... - Погибают? - парень понял всё сразу. - Верно, - смысла врать не было. - Мы не хотели, чтобы всё так обернулось. - Правда не хотели? - парень прищурился. Его голос сочился ядом. - Вы превратили мою жизнь в Ад, потом тебе приспичило меня изнасиловать, а теперь я вообще помираю! Прекрасно! Блеск! Лучшее приключение в моей жизни! - Прости, я правда не хотел, - у Беркута внутри всё разрывалось. Откуда у него эмоции, если сердце давно сгнило? - Да что ты говоришь?! Я заметил! Вы такие добрые и пушистые, что обнять и плакать! Я прямо таки щас разревусь! - Что мне сделать, чтобы ты поверил и простил? - Повтори последнее слово, а то я не расслышал. Простить? Ты спятил? Какое нахрен простить? После всего того, что ты и твой придурковатый хозяин со мной сделали, я смогу вас ещё и простить? Да ты шутник, оказывается! - Успокойся, - почти взмолился демон. Ему казалось, что он просто не выдержит всего этого. Лёша отмахнулся от него, как от назойливой мухи, и зарылся в одеяло. - Отстань и дай мне хоть умереть спокойно! Беркут отстал. Он сел на соседнюю кровать и стал пристально наблюдать за спиной парня, слушая его ровное дыхание. Они просидели в тишине до самого вечера, когда к Лëше стали пускать посетителей. Первыми к нему заявились одноклассники почти полным составом. Они долго разговаривали о всякой ерунде, вспоминали прошедшие годы и всё время смеялись, хотя Беркут заметил, что некоторые были готовы расплакаться. Лёша смеялся громче всех, утешал рыдающих девчонок, шутливо переругивался с парнями. А когда все ушли, едва сам не разрыдался. Потом пришла его семья. Здесь всё было по-другому. Они сидели в тишине, лишь часто переглядывались. Его младшая сестра собралась заплакать, но Лёша ласково прогладил её по щеке и сказал, что всё будет хорошо. Она поверила, а вот сам парень нет. Он прекрасно знал, что у него всего пара часов. Родители просидели с ним до глубокой ночи, пока их не заставили покинуть палату. Остались только Беркут и Лёша. - Сколько? - спросил парень, смотря так, что демона от этого рвало на части. Обьяснять Беркуту, о чем был вопрос, не требовалось. Он знал и сам. - Два часа, - ответил он, подсаживаясь на кровать к парню и прижимая его к себе. Тот не сопротивлялся. Сейчас он не хотел отвергать чужое тепло. - Не так уж и много, - Лёша невесело усмехнулся. - Слушай, могу я попросить об услуге? - Что угодно, - демон кивнул, касаясь губами макушки парня. - Позаботишься о моей семье? - Конечно. Внутри у демона что-то болезненно кольнуло. - Только на прощение не расчитывай, - напомнил Лёша. - Если попаду в Ад, я тебя там достану. - Я не заслуживаю прощения. А если ты вдруг попадёшь в Ад, я сам тебя найду. - Договорились... По истечении двух часов парень умер на руках у Беркута. Через пару дней состоялись похороны, где собрались все, кто знал Лёшу. Они плакали, рассказывали какие-то истории, когда закапывали гроб. Отец парня прижимал к себе плачущих жену и дочь. Рядом с его ногой сидел огромный пёс, прижав уши к голове и тихо поскуливая. Беркут тоже был там. Он стоял под раскидистым дубом и смотрел неотрывно на холодную могильную плиту. На его щеках были едва заметны тонкие дорожки от слёз.